Красавица для дракона - Настя Ильина

Когда служанки уже закончили наряжать меня и принялись суетиться, убирая ванну, в комнату влетела Мэнди. Она была вся в слезах, с краснющими глазами и, когда увидела меня, сразу же рухнула мне в ноги.

— Госпожа, мне никогда не было так страшно, как этой ночью! — заикаясь и содрогаясь рыданиями, лепетала Мэнди. — Ведь без вас мне и свет не мил. Если бы с вами что-то случилось, если бы Богиня Далиния не проявила свою великую благодать к вам, не знаю, куда бы я подалась…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мысленно я хихикнула признаниям Мэнди: своя шкура всегда важнее… Однако я ничуть не злилась на неё, ведь это нормально для человека: игра на выживание, так сказать. Я заметила, что девушка действительно переживала, и заставила её подняться на ноги.

— Госпожа, довольны ли вы уходом, который мы вам оказали? — спросили служанки, переводя всё моё внимание на себя.

— Если вам что-то не понравилось, то нам не сдобровать, потому что принц приказал выполнить все ваши поручения. Если вы хотите чего-то особенного…

— Нет-нет! Всё хорошо! Спасибо большое. — Я выдавила из себя вымученную улыбку.

Большего ухода я наверняка не переживу и мысленно дополнила: «Было бы ещё лучше, если бы вы все ушли».

— Можем ли мы сделать для вас что-то ещё? Чтобы ужасная, непростительная ошибка, больше не омрачала ваше прекрасное лицо?

— Я благодарна вам за оказанный уход, но я чувствую себя превосходно и стану ещё счастливее, если вы позволите мне поговорить с Мэнди наедине.

Девушки поклонились и радостно заулыбались друг другу. До меня донеслось, как одна из них шепнула другой, что теперь им точно будет житься лучше, чем в прошлые времена. Почему именно, я так и не поняла, но расспрашивать не посчитала нужным.

Когда мы с Мэнди остались в комнате одни, она кружила вокруг меня, с восхищением разглядывая мой наряд и твердя, как чудесно я выглядела.

— Сегодня вы прекраснее самой Богини Далинии! — воодушевилась Мэнди. — Да простит и не покарает она меня за такие слова!

Мэнди не спрашивала о проведённой в башне ночи, учтиво решив не напоминать мне об этом кошмаре. Она что-то отыскала в сундуке и поспешила ко мне.

— Госпожа, я выполнила ваше поручение и сшила лоскутки ткани так, как вы просили! — произнесла она и посмотрела на меня, широко улыбнувшись. — Вот, взгляните, какие чудесные стежки получились.

Я негромко прыснула от смеха, так как никогда раньше не видела столь милого недоумения. Мэнди всё ещё не понимала, зачем мне это нужно. Она показывала получившиеся экземпляры нижнего белья, что-то надевая на руки и растягивая немного, чтобы были заметно стежки. Не всё получилось так, как нужно, но большая часть трусов вышла просто идеальной.

— Вот эти ты сшила не так, но мы непременно исправим это, — улыбнулась я. — Достаточно будет распороть и собрать комплекты заново.

Мэнди чуть выпятила нижнюю губу и посмотрела на трусы, где сшила два переда вместе. Вряд ли в них было бы удобно передвигаться, ведь нет ничего комфортнее классики, а надевать подобие стрингов мне уже не хотелось, в конце концов, здесь я вряд ли когда-то надену облегающие брюки или юбку-карандаш…

В дверь комнаты постучали, и Мэнди быстро собрала результаты своих трудов, пряча их в сундук.

8.3

— Войдите, — негромко произнесла, надеясь, что это служанки, но в комнату вошёл кронпринц со своими советниками, и я окаменела, увидев того самого, который приказал выбросить меня на съедение дракону. Пусть я и увидела его лишь мельком, но лицо насмерть отпечаталось в сознании. Я его даже в кромешной темноте теперь узнаю!

Мэнди тотчас мягко выпроводили из комнаты, а я не могла даже пошевелиться, чувствуя на себе пристальный взгляд того самого советника. Озноб пробирал всё тело, но я пыталась вытеснить страх и ничуть не проявить его. Он разглядывал меня своим едким змеиным взглядом и при этом пускал пыль в глаза принцу.

— Великая Госпожа, мы крайне обеспокоены тем, что слуги допустили столь ужаснейшую ошибку. Вы пострадали незаслуженно, и мы постараемся исправить ситуацию, сделаем всё, чтобы виноватые понесли наказания. Слуга, бросивший вас в темницу, будет вскоре казнён. Нам очень жаль, что один из священнослужителей отрёкся от Бога и совершил непростительное.

Я широко распахнула глаза, но тут же постаралась подавить все эмоции в себе. Вспомнив того обеспокоенного бедолагу с трясущимися руками, который бормотал себе под нос извинения, я ощутила страх. Для всех этих высоких людей чужая жизнь не имела высокого значения и, чтобы оправдать себя, они могли убить невиновного… Вот так легко и просто. Мне стало жаль его, но я понимала, что если бы и попыталась вступить за слугу, то снова накликала бы на себя беду. Здесь нужно действовать иначе — осторожно. Если бы можно было как-то осторожно подсказать принцу, что это его приближенный решил забросить меня в темницу… А вдруг и сам принц знал правду? Да и поверит ли он мне? Бедной сиротке? Скорее всего, он больше доверится своим советникам…

Принц приблизился ко мне и взял за руки. Гладя большими пальцами рук мою кожу, он с заботой смотрел прямо в глаза, и внутри дрогнуло что-то. В это мгновение мне казалось, что я вижу другого человека, совсем не того напыщенного павлина, коим принц представлялся раньше. Он смотрел на меня с нескрываемым обожанием, а его мягкий голос обволакивал, помогал успокоиться и согревал, совсем как крыло дракона.

— Моя милая Алисия, не в моих силах вычеркнуть из вашей памяти эту ужасную ночь, которую вы провели в сырой тюремной камере с промозглым ветром наедине…

Принц положил ладонь мне на правую щеку и принялся поглаживать её, виновато улыбаясь и продолжая смотреть на меня особенно. Краем глаза я заметила, с какой брезгливостью советник наблюдал за нами, но сделала вид, что не обратила на это никакого внимания. Я не стала отталкивать от себя принца, потому что его близость была единственным спасением и успокоением в эту секунду. Возможно, всё это могло сыграть мне на руку, возможно, теперь принц будет куда внимательнее ко мне, и советники не рискнут повторить то, что уже пытались сотворить со мной…

— В камере даже почти нет света. Не представляю, что вы пережили, находясь в кромешной тьме. Но я постараюсь сделать всё, чтобы вы вспоминали эту ночь как можно реже. У нас будет так много ночей, которые затмят прошлую, заставят вычеркнуть из памяти…