Когда байкер встретил варвара - Анна Соломахина

- Я не тороплю, - сказал этот невозможный садовник и тут же наклонился, чтобы завладеть моими губами.

Встал, приподнял меня за плечи, одним мощным, но аккуратным движением отодвинул стол и укутал в свои горячие объятья.

Нет, это он так меня не торопит? Вот хитрец!

Урлух

Я ликовал. Она разговаривала о дальнейших совместных планах, не отвергала меня, более того, поделилась сокровенным. Да, я пообещал не давить на неё, и в то же время не смог удержаться от поцелуя, от того, чтобы ощутить её хрупкое тело в своих руках.

Она заставляет мою кровь течь быстрее, манит своей женственностью, поражает истинно воинской стойкостью. Узнав о том, что с ней произошло, я почувствовал жажду убивать. И то, что я собирался сделать сегодня с теми четырьмя балбесами не идёт ни в какое сравнение с моими желаниями относительно её бывшего мужа. Тех я просто хотел обезглавить, для этого же я бы припомнил все приёмчики Ортоса – нашего дознавателя. Жаль, что Надя против, а без неё я точно не смогу его найти.

И куда девались мои нейтральные взгляды? Кажется, мой отказ от воинской стези пошёл крахом. Что ж, ради такой женщины я готов победить всех, дали бы только возможность!

- М-м, Урлух, подожди, не так быстро, - Надя слегка отстранилась от меня, насколько это вообще возможно.

Я ослабил хватку, давая ей свободу для манёвра.

- Прости, не удержался, - несмотря на слова, на самом деле я ничуть не раскаивался – слишком сильно меня к ней тянуло.

Похоже, она прочла это в моём взгляде, потому что лишь усмехнулась, но злиться не торопилась.

- Меня тоже к тебе очень тянет, настолько сильно, что весь здравый смысл отключается, - она пробежалась своими тонкими пальчиками по шнуровке рубашки и тут же убрала руку.

- Давай я тебе расскажу немного о Земле, чтобы ты знал, как правильно себя вести.

Я не собирался сопротивляться, единственное, что мне нестерпимо хотелось – это сгрести её в охапку и никуда не отпускать. Но я держался, да и Надя принялась не только рассказывать, но и чистить картошку для следующего блюда.

- Значит так, говорить о том, что ты из другого мира категорически нельзя, иначе тебя примут за сумасшедшего, - нож так и мелькал в её руках, то снимая кожуру, то делая выкрутасы в воздухе, когда она жестикулировала. – А если кто-нибудь всё-таки поверит, то может захотеть использовать тебя в корыстных целях.

- Знаешь, я ведь не маленький мальчик, как-нибудь соображу, - хмыкнул я и взял второй нож, торчавший из деревянной подставки.

Взял картофелину и тоже принялся снимать с неё кожуру.

- О! – только и смогла выдать она, с изумлением уставившись на мои руки.

- А ты думаешь, кто мне варил все эти годы? – я не сдержал ухмылки.

- Не знаю, замковые повара, например? – она покачала головой и продолжила чистку.

- Да, иногда я хожу есть на общую кухню, но нечасто – предпочитаю одиночество. До последнего времени, - многозначительно посмотрел ей в глаза. – А вообще, когда я странствовал, а до этого воевал, то всякое бывало. Готовить я умею давно.

- Надо же, сколько в тебе талантов: воинские навыки, садоводство, готовка, - её тон был шутлив и в то же время полон восхищения. А потом она о чём-то вспомнила, состроила серьёзное лицо и выдала: - не вздумай выпалывать мою крапиву! Я её специально выращиваю.

- Помню, в качестве оборонительного элемента, - я тоже не шутил, ибо понимал причины. - Кстати, какие у нас планы на завтра?

Мне понравилось произносить это слово: нас. Оно объединяло, дарило чувство сопричастности.

- С утра мне надо уехать на одну из работ, тебя брать не буду, чтобы не задавали лишних вопросов, а потом заеду домой, и мы пройдёмся по магазинам – купим тебе нормальную одежду.

- Зачем? – на мне были вполне приличные штаны – кожаные, да и рубашка не рабочая, а из ткани тонкой выделки.

Я даже удивился, что умудрился в том угаре неплохо одеться, прежде чем идти в Храм, ведь обычно туда надевают ритуальный балахон. И да, я бы не сказал, что как-то принципиально отличался от сегодняшних прохожих – они тоже ходили в брюках и рубашках.

- О, нет, ничего-то вы, мужчины, не понимаете в этом, - покачала она головой. – Кстати, надо бы погуглить, где тут у нас магазин больших размеров.

После того, как мы дочистили картошку и поставили её вместе с курицей в печь, точнее духовку, как её назвала Надя, она показала, что значить слово «гуглить». И вот тогда я впервые понял, насколько сильно отличаются наши миры. Потому что одно дело повозки без лошадей или зместов, высокие дома, а другое – всемирная паутина с информацией, где можно найти всё что угодно.

У нас даже у магов такого нет – я бы знал.

Движущиеся картинки меня тоже впечатлили, создавалось полное впечатление, что ты подсматриваешь за чьей-то жизнью. А уж когда она подключила к прямоугольной коробке – монитору те самые страторы, которые забрала у напавших на неё «мужчин», то стало вдвойне любопытно. Оказалось, что камеры (так, оказывается, правильно называются те штуки) «зарисовали» момент моего попадания. На изображении ясно было видно, как поднялся вихрь, а потом рухнул мокрый я.

- О, надо бы постирать твою одежду! – спохватилась Надя. – Правда, машинки у меня нет, боюсь, к утру она не высохнет. Да и предложить взамен неё мне тебе нечего…

С каждым словом она краснела всё больше и больше, потому что до неё дошло – сними я одежду, останусь голым.

- Ла-ладно, завтра всё тебе купим и тогда постираемся, - она отвела взгляд в сторону, а потом и вовсе рванула проверять курицу.

Ага, совсем недавно поставленную.

- Можно вопрос, раз уж мы с тобой так много друг о друге поведали, - я подошёл к ней поближе, дождался, когда она закроет духовку и выпрямится, протянул руку к лицу.

- Давай, - она не отстранилась, наоборот, прижалась щекой к моей ладони.

- Почему ты не захотела избавиться от шрамов в нашем мире? – большим пальцем я провёл по её губкам, тут же задрожавшим от прикосновения. – Это было бы легко сделать с помощью эликсира.

Мгновение, и её лоб нахмурился, но отходить и увиливать от ответа она не стала.

- Чтобы помнить, - коротко обронила, глядя в сторону.

- Зачем? – нет, я понимал, что врагов нельзя забывать, потому что они могут нанести тебе удар в спину, стоит только расслабиться. Именно поэтому я предпочитал не оставлять их за спиной вовсе. - Есть же другие способы не забыть.

- Потому что когда каждый день видишь в зеркале результат твоей глупости, доверчивости, настраиваешься на нужный лад – не верить никому.

- Но со мной ты прокололась, - я поднял вторую руку, обнял её за талию.

- Не сразу и пока не до конца, - она смотрела прямо, не отводя в этот раз взгляд. – Но ты успел проникнуть мне под кожу.