Три мести Киоре. Книга 1 - Наталия Корнеева

— Поверьте, это будет достойная партия. Но сначала мы поправим ваше положение карточными выигрышами. Ну что, готовы увидеть большие деньги?

Она поднялась, как дух возмездия, прислонила к его лицу маску и завязала, после чего вернула на лицо и свою. Они спустились в игровой зал и заняли место за первым подвернувшимся столом, притом Киоре бросила в качестве ставки от них двоих целую россыпь золотых.

Первую партию они проиграли, потому что птица счастья обернулась капризной девчонкой, которая лезла в карты напарника, мешала ему и сама постоянно делала неправильные ходы. Кеэрел нервничал, проклинал в сердцах напарницу, а их соперники лучисто улыбались, ведь даже не надеялись на такой выигрыш.

Дальше — хуже. Киоре визгливо возмутилась проигрышем и пожелала отыграться, бросив на стол еще большую сумму. И опять они проиграли. В третий она бросила вообще невероятную сумму, гораздо больше первых двух ставок, и сказала, что ставит всё. Противники с легкостью поставили всё выигранное и добавили еще денег сверх того, поскольку уже не сомневались и в третьей победе против незадачливой прожигательницы денег. Что что-то пошло не так, они поняли, когда из-под рук незадачливой картежницы они оба получили слишком плохой для случайного расклад, но всё еще надеялись выиграть у дурочки и поддакивавшего ей мужчины. Третья игра для них закончилась проигрышем, после которого довольная Киоре забрала себе кучу золота и, отсчитав всё, поставленное лично ей, протянула Кеэрелу увесистый мешочек. И никто не заметил, как вместе с деньгами она стащила со стола еще и карту.

— Хочешь выиграть большее, упусти малое, — с улыбкой заметила Киоре, утаскивая барона за другой стол, где они оказались напротив ненавистного обоим типа и хлыща с зализанными волосами.

Киоре сладко улыбалась новым соперникам, понимая, что амплуа дурочки за этим столом использовать нельзя, что сразу придется играть на страх и риск. Первую игру они с бароном выиграли, вторую — проиграли, как и третью.

— Какая скука — игра на деньги? Вы со мной согласны? — спросила она оппонентов.

— На что же желает сыграть высокая госпожа? — Киоре поморщилась от галантного обращения к знатной особе, титула которой не знали.

Неуместно. Слащаво. Но Файрош всегда был этаким обольстителем!

— Ох, знаете, я так люблю риск, так люблю!.. Мужчины, подтвердите ли вы, что карточный долг всегда следует платить? — три голоса подтвердили ее слова. — Какие вы храбрые! А если ставкой в игре будет жизнь? — подтвердили уже менее уверенно, не зная, что услышат дальше. — Один из пары проигравших в этой партии застрелится!

Барон вздрогнул, впрочем, как и их соперники, не ожидавшие такого поворота. Но к громкому разговору за столом прислушался весь притон, и потому условие оказалось услышано, как и хотела Киоре.

— Что ж, сыграем, — кровожадно улыбнулся Файрош, а хлыщ только сглотнул. — Сдавайте, высокая госпожа!

Киоре тасовала карты, абсолютно спокойная и отрешенная, также спокоен оставался ее заклятый враг, и карикатурами возле них сидели барон и хлыщ, на чьих бледных лицах крупными буквами был выписан ужас. «Ширмы», — поморщилась Киоре, раздавая карты. Еще она знала, что в игре на жизнь противник будет жульничать и мухлевать, а потому не собиралась вести игру честно.

В полной тишине карта летела на стол за картой, соперники нервничали, карты вздрагивали в потных руках двоих, и одни нарисованные картинки сменялись другими. Киоре смотрела в ошеломительно красивые карие глаза напротив, наблюдала за ловкими руками. Оба они не могли уследить за трюками друг друга, а потому принимали мошенничество как данность.

В очередной раз приняв карты, Киоре незаметно подбросила в отбитые еще одну, пользуясь тем, что Кеэрел, которого она толкнула, пролил вино на стол, что отвлекло всех игроков. Приближалась развязка. У всех на руках остался минимум карт, и последний ход должен был определить победителя. Карты двоих вскрыты, и казалось, что воздух застыл в помещении, потому что тоже жаждал узнать финал партии.

— Нас ждет женский труп, — улыбнулся красавец, опуская на стол козырной туз.

С таким раскладом Киоре могла только признать поражение, и рядом побледнел барон, трижды проклявший идею связаться с птицей счастья.

— Высокий господин шутить изволит? — она вскинулась, как молодой и дурной жеребец. — Козырной туз был отбит в середине партии! Мошенничаете!

— Его не было, — с непроницаемым лицом заявил оппонент.

Барон и хлыщ, переставшие что-либо понимать, молчали. Казалось, в этот момент, если бы они заговорили, то стали бы лучшими друзьями.

— Как же! А это что? — в этот момент Киоре методично переворачивала отложенные в сторону карты, пока не наткнулась на нужную.

Подняв туз над головой, она продемонстрировала его всем присутствовавшим, которые тут же стали припоминать, что да, карта была использована в партии, а значит, среди них и в самом деле мошенник.

— С тем же успехом вы, высокая госпожа, могли подбросить его туда.

— Но как? Все наблюдали за нашей игрой, — и она повернулась к зрителям. — Есть ли тот, кто видел, как я подбрасываю карту?

Ответило ей молчание.

— Попрошу вас покинуть мое заведение, — к смявшему туз Файрошу подошел владелец заведения, приторно-сладкий старик с седыми бакенбардами, — и более никогда здесь не показываться.

Взгляд к взгляду. Узнавание. Карие глаза обещали Киоре сотни смертей, одна другой ужаснее, а она сидела, безмятежная, спокойная и уверенная в собственных силах. Он и так знал, что Киоре в столице, ведь у Кровавой Эши была лишь одна ученица, которую он страшно обидел. Карточная партия — ее насмешка, ее объявление войны.

Когда его вывели, Киоре рассмеялась, запрокинув голову. Она смеялась и смеялась, пока не выступили слезы, но всё равно не могла остановиться. Месть, месть и еще раз месть! Она отомстит! Всё сделает для этого! Втопчет его в грязь, уничтожит! О, как же вовремя ей подвернулся этот барончик! Подумав, что с долгами она ему всё-таки поможет, Киоре повернулась к совершенно потерянному Кеэрелу и от души поцеловала его, долго, сладко, под аплодисменты зрителей.

— Мы его утопим, — спустя время заверяла ходившего туда-сюда по комнате барона Киоре. — И не сомневайся!

Он присел на кровать, всё еще бледный.

— Я умирать не собиралась и тебе бы не позволила. Моей целью было выкинуть его из притона, — пояснила она. — Считай это причудой женского самолюбия.

— А если бы он смог перехитрить тебя? Если бы мошенницей оказалась ты?

— Риск был, но всё сложилось как можно лучше. Я знаю, что рано задавать такой вопрос, но доверяешь ли ты мне?

Барон посмотрел на нее совершенно тупо, как будто смена темы разом лишила его всего мозга.

— Я уже вверил свою судьбу в твои руки. Чего ты еще желаешь?

— Желаю опередить нашего врага, — отрезала воровка. — Он узнал меня и непременно захочет открыть тебе глаза на мою личность. Я — Киоре, ученица Кровавой Эши. И если тебя это пугает, лучше нам немедленно разойтись.