Сесилия или брак по-расчету - Ирина Муравьева

Что ж. Тогда стоит помолиться на призрак Эмилии. Далекой бывшей невесты. Ныне замужней барышни с детьми. Ведь если он окончательно перестанет являться ко мне, то что останется между мной и человеком из плоти и крови, лежащим сейчас на кровати?

Я медленно убрал Сесилии за ухо выбившуюся прядь волос. Волосы светлые. Мягкие. Будто сквозь пальцы струится вода. Или идет шёлковая лента.

Между нами любимый Сесилии,- напоминаю я себе,- Тот у кого ее отняли, чтобы зачем-то вручить тебе.

Я встаю с кровати. Вместо того, чтобы раздеться и лечь, направляюсь обратно на крыльцо. Мне необходим свежий воздух и что -нибудь, чтобы погасить эти глупые мысли.

Оказывается, этой ночью не спится не только мне. На крыльце, в своем любимом кресле, сидит дедушка.

-Привет,- я робко улыбнулся и присел на ступеньку, как часто делал это в детстве, когда мы с дедом часами могли разговаривать обо всем на свете. Теперь все изменилось. Многое изменил я. Хотя какая-то часть души и подсказывает, что очень близкие люди могут и помолчать вместе. И мы молчим, каждый думая о своем. Долину внизу уже давно поглотил мрак. Цепкий, абсолютно мертвый черный цвет. Порой мне кажется, что скоро во всем мире останется только он, и никакие золотые искры магии не помогут справится с тем, что мы упорно сами создавали годами. Но пока легкий свет, вырывающийся из окна тети Мардж, разгоняет тьму, и от этого мне становится чуть легче.

Я знаю, что там-наверху-Марджери спит, но отчего -то она панически боится делать это без света, и от того окно ее всегда словно маяк в кромешной тьме. Эгоистично думать, но может и хорошо, что тетя так и не вышла за Джо. Тогда окно ее было бы погашено, и тьма смогла добраться до нас.

-Расскажи, как твоя работа?- прерывает молчание дедушка.

Вопрос не ожидан. У нас с дедом кардинально разные позиции по вопросу моих планов и проектов.

-Пока стоит,- мрачно ответил я.

-Гм...

Дедушка вернул взгляд во тьму под нами. Прошло не менее пятнадцати минут, прежде чем он снова заговорил.

-А мне казалось, ты уезжал, чтобы изменить мир.

-А ты был совсем не согласен с тем как я буду его менять,- буркнул я деду.

Сейчас, когда отношения только наладились, глупо было поднимать старую тему, но это было сильнее меня. К тому же-дедушка начал первым.

-Конечно не согласен!- ответил дед,- Не был и не буду! Ты, как и твой отец, вечно ищите ответы в книгах и технике, игнорируя то, что энергия и сила заключены в вас самих.

Слова его заставили меня встрепенуться. В голове закрутилась мысль, которую еще надо было поймать и сформулировать, но рождение ее уже произошло.

-Но,- продолжил дедушка,- Я никогда не говорил ни тебе, ни Керольду, что пытаться это плохо. Наоборот. К цели надо идти. Иначе как потом смотреть себе в глаза?!

Я с удивлением смотрел на дедушку. Откуда он все это знает? Неужели по мне можно читать, словно по открытой книге?

-Засуха приходит и к нам, -наконец сказал дед,- Южные поля. Со стороны города.

Меня будто пробило током.

-Но это же...

-Да. Да,- угрюмо ответил дед,- И я даже не знаю, что делать!

В бессильном гневе он сжал ручки кресла.

Я посмотрел вниз. Во тьму. Да, что-то надо менять...

Внезапно, мне безумно захотелось вернуться в свою лабораторию. Прямо сейчас. Открыть записи. Сверить с тем, что я смог отыскать по теме в отделе книг. Перепроверить некоторые наблюдения. Я ведь был близко. И все, что встало между мной и работой-какая то глупая записка, о том что кто-то считает меня посредственным.

Да к черту Тэодора Наумана! Он был не прав. А если даже и так- то почему не доказать всем обратное?

Впрочем, все доказательства тоже к черту.

Я начинал свою работу не для чужих слов и глупых похвал. Я лишь хотел, как когда-то и мой отец, оставить миру шанс.

Я посмотрел на наш огромный старый дуб. Что-то внутри меня сжалось. Нельзя позолить, чтобы и его листва навсегда опала на землю.