Руины Изиды - Мэрион Зиммер Брэдли

Цендри вспомнила, она где-то читала о приближении цунами. Сначала на берег приходит небольшая волна, единственная, она же является первым и последним предупреждением о надвигающейся опасности. Затем, буквально через несколько минут, на берег обрушивается лавина воды и сметает все на своем пути. Это и есть цунами. Цендри посмотрела на Ванайю, она понимала, почему Миранда не хочет уходить. Она знает, что физически слабая Ванайя может не успеть укрыться от волны и ее унесет в море. Цендри решительно взяла Ванайю за руку.

— Уходите, Миранда, я останусь рядом с вашей матерью и уведу ее в безопасное место, прежде чем цунами обрушится на берег.

Миранда слабо улыбнулась, крепко сжала ладонь Ру и стала торопливо спускаться. Ванайя проводила их твердым, спокойным взглядом. Спустившись, Ру и Миранда пошли наверх, к подножию гор, за которыми лежало священное место. Увидев, что ее дочь находится в безопасности, Ванайя с благодарностью посмотрела на Цендри, принимая ее помощь и присутствие. "Конечно, — думала Цендри. — Я молодая, сильная женщина и обязана находиться в самом опасном месте". Она чувствовала страх, но еще сильней в ней было желание доказать и себе и Ванайе, что в этом мире она имеет право называться женщиной.

— Что я могу для вас сделать, Ванайя? — спросила Цендри.

Ванайя показала рукой на стоящую на самом краю утеса башню.

— Твои ноги моложе и быстрее. Беги туда, Цендри, и узнай, почему не звучит колокол. Разве оттуда ничего не видно? Затем возвращайся ко мне, и мы поведем женщин в горы, поближе к "Нам-указали-путь".

Цендри бросилась вниз, скользя по мокрым водорослям подошвами своих тонких сандалий. Вскоре они превратились в жалкие куски материи, острые камни разорвали их в клочья. Ноги Цендри начали кровоточить, но она бежала, стараясь не обращать внимания на боль. Добежав до башни, она остановилась немного передохнуть и внезапно увидела широко раскрытые двери. Заглянув внутрь, она увидела большую комнату, внутри которой не было никого.

— Это очень странно, — услышала Цендри чей-то взволнованный голос. — Где же дозорная?

Цендри обернулась. Позади нее стояла молодая женщина в темной рубашке и такого же цвета шортах. Ее рыжие кудрявые волосы были коротко острижены.

— Если бы дозорная была здесь, она обязательно ударила бы в колокол. Куда она подевалась? Давайте попробуем позвонить в колокол. — Женщина обратилась к Цендри.

По кривым полуразрушенным ступенькам они бросились внутрь. "Разумеется, — на ходу подумала Цендри, — в таком месте первое, что нужно строить, — это сторожевую башню".

— Глядите-ка, сегодня утром было землетрясение, но никто не удосужился прийти сюда, — произнесла спутница Цендри и кивнула куда-то в сторону. Цендри взглянула туда и увидела лежащую на спине женщину. Голова ее была пробита, а рядом валялся тяжелый горшок. "Вероятнее всего, он упал на женщину в момент землетрясения", — подумала Цендри. Женщина выглядела довольно старой, на ней была зашитая во многих местах накидка из грубой ткани, залитая кровью. Судя по всему, дозорная умерла сразу. Спутница Цендри подошла к ней и опустилась на колени.

— Мы ничем ей уже не поможем, — быстро сказала Цендри. — Пойдемте к колоколу, где он?

Пошатываясь, рыжеволосая встала.

— Вы правы, — ответила она и переспросила: — Колокол? Он наверху. Вон та деревянная лестница ведет к нему.

Трясясь всем телом, Цендри начала подниматься. Лестница тоже была повреждена, перекладин кое-где не было. Стараясь не смотреть вниз, осторожно поддерживая друг друга, женщины ползли вверх по шаткому сооружению, с опаской ступая на мокрые непрочные перекладины.

Поднявшись на самый верх башни, они увидели свешивающиеся сверху длинные канаты. Цендри схватила их и повела в сторону, но вдруг канаты вырвались из ее рук. Цендри услышала крик, рыжеволосая женщина подскочила к ней, крепко обхватила за талию, и в этот момент тяжелый канат с размаху ударил их. Сначала наверху раздался тихий звон, и вслед за ним послышался гул колокола, такой сильный, что Цендри вскрикнула и зажала уши ладонями. Они снова взялись за канаты и ударили еще несколько раз. Отраженный горами тяжелый звук поплыл по побережью, распугивая птиц.

— Все, — сказала рыжеволосая, — теперь можно уходить, нас услышали. — Она показала вниз. Цендри, оглохшая от оглушительного звона, не слышала, что ей говорят, но видела, как по деревне заметались женщины и дети. Она посмотрела на море, на бесплодную борьбу ловцов жемчуга, пытавшихся на своих жалких скорлупках опередить всепожирающую волну и пристать к берегу.

— Неужели им нельзя ничем помочь? — спросила Цендри.

— Кое-кто из них успеет добраться до берега, — ответила рыжеволосая. — Нам самим нужно спасаться. Пойдем. Хотя башня и высокая, ее уже не раз трясло и от удара она может развалиться.

Повторять не пришлось, Цендри как ошпаренная бросилась к лестнице, и вскоре обе женщины заскользили вниз. Спуск оказался значительно короче, не больше чем через минуту они уже выбежали из башни. Спасаясь от цунами, женщины и дети устремлялись в горы, достигнув их, цепляясь за выступы и кое-где торчащие кустики, они медленно ползли к Руинам.

Цендри вместе с рыжеволосой подбежала к Ванайе.

— Пойдемте, пойдемте скорее отсюда.

— Почему Гранайя не ударила в колокол? — невозмутимо спросила Проматриарх.

— Она не могла этого сделать, — ответила рыжеволосая. — Примите мое уважение, дарительница жизни и жрица, но вам следует уходить отсюда немедленно. Вы не имеете права рисковать своей жизнью.

Взяв Ванайю под руки, женщины повели ее в горы.

— Они только-только починили сети и лодки, — печально прошептала Проматриарх. — Зимой в деревне будет голод. Да что там деревня, — она покачала головой, — вся Изида пострадает, если они не успеют наловить достаточно жемчуга. — Она внезапно остановилась, повернулась и посмотрела на море. Губы ее шевелились, казалось, она молится за женщин, выбивающихся из сил в своем стремлении достичь берега.

— Пойдемте быстрее, дарительница жизни, — сказала рыжеволосая, и Ванайя, спотыкаясь, еле передвигая ногами, зашагала к спасительным горам.

"Какое же нужно иметь мужество и силу воли, чтобы в таком возрасте переживать постоянные трагедии?!" — подумала Цендри.

Цендри шла к горам, думая только об одном: успеют или нет ныряльщицы добраться до берега, прежде чем на него обрушится удар цунами и смоет всю деревню в море?

Тропа наверх была очень крутой, но хорошо утоптанной, и Цендри вспомнила процессию, то факельное шествие, которое она наблюдала в свою первую ночь на Изиде. Должно быть, женщины двигались тогда этим же путем. Раны на ногах Цендри начали болеть, но она упорно шла вперед. Ванайя, тяжело ступая и выбиваясь из сил, все сильнее и сильнее опиралась на руку Цендри.

— Вам не тяжело? — спросила Цендри Проматриарха.

— Мне было бы намного лучше, если бы все ныряльщицы находились в такой же безопасности, как и я, — мрачным голосом ответила она.