Лифчики и метлы - Сара Млиновски

Я должна включить воду. Три, два, один. Я бросилась к раковине, повернула кран и метнулась обратно в туалет.

Надеюсь, это быстро. Конечно же, нет. Я здесь, наверное, уже целый час.

Наконец-то я закончила. Я вымыла и вытерла руки, затем открыла дверь.

Раф стоял, прислонившись к стене, и выглядел сказочно в джинсах с низкой талией и зеленой футболке. Я с трудом могла себя контролировать. Он горячее солнца. Горячее взрывов на солнце. Горячее солнца, облитого бензином и подожженного. Горячее…

— Что случилось? — спросил он. — Я все думал, где это ты прячешься?

Он меня искал? И вот нашел. В туалете. Здорово.

— Я была здесь. То есть внизу. Ну ты понимаешь.

— Я просто хотел воспользоваться туалетом, — сказал он. Конечно, хотел. А я занимала его целый час. — А потом, может, мы с тобой чего-нибудь выпьем и поболтаем?

— Конечно, — ответила я, поражаясь, как легко он относится к подобного рода физиологическим потребностям. Может просто взять и сказать: «Мне нужно в туалет».

Он улыбнулся и исчез внутри. Он хочет поболтать! Я не знаю, о чем мы будем говорить, ведь мы знакомы всего неделю. Или он хочет поцеловать меня? У меня наконец-то будет первый поцелуй? А должна ли я здесь стоять? Я не хочу, чтобы он подумал, будто я помешана на ванных комнатах. Но что мне тогда делать? И в этот момент я поняла, почему Мири грызет ногти. Сейчас я и сама была готова к этому.

На мое счастье, Раф вышел через две секунды.

— Пошли поищем себе местечко, — сказал он, и мы направились вниз по лестнице. Он улыбнулся мне, и сердце запрыгало в груди. У него такая приятная улыбка. Почему я раньше этого не замечала? И еще у него белые ровные зубы. А о широких плечах, вкусном запахе и прекрасных глазах я уже упоминала.

Я вошла следом за ним в гостиную и огляделась. Мелиссы и Джевел не было видно. Спасибо, что подождали меня, девочки. На самом деле в комнате была всего пара человек. Снизу до нас донесся дружный смех, что меня очень обрадовало. Я могу побыть наедине с Рафом.

Он принес мне содовой, и мы уселись на диван.

— Ну, что ты думаешь о шоу?

Мое колено было всего в двух дюймах от его.

— Будет здорово.

— Да? А почему ты не пробовалась в октябре?

— Откуда ты знаешь, что не пробовалась?

— Тебя бы взяли, если бы пробовалась.

Это что, комплимент? Мне их никогда не делали, но я слышала в фильмах, так что немного в этом разбираюсь.

— Не знала, хватит ли у меня времени.

На его губах появилась широкая улыбка.

— Была слишком занята, побеждая в соревнованиях?

Он что, знает о математической олимпиаде?

— О чем ты говоришь?

— Я видел на стенде приз с твоим именем. — Он кивнул. — Впечатляет.

Мне казалось, я сейчас умру от счастья. Но потом я подумала, что это палка о двух концах. С одной стороны, если я победила, значит, я молодец. С другой стороны, это математика. Может, он толком не прочел, что написано на призе. Может, он думает, я победила на соревнованиях девушек-болельщиц? Ха-ха.

— Быстро скажи мне квадратный корень из двухсот восьмидесяти девяти.

Очень просто.

— Семнадцать, — автоматически ответила я.

Он сделал глоток содовой.

— А из пятисот двадцати девяти?

— Двадцать три. — Я засмеялась.

Он поднял глаза к потолку и попытался посчитать.

— Верю. Ты очень умна. Впечатляет.

Он впечатлен! Я впечатлила самого горячего парня на планете!

— Да не очень. Это всего лишь математика. А вот во французском я не смогу правильно проспрягать глагол, даже если от этого будет зависеть моя жизнь. Мадам Диамон готова меня убить. А у тебя кто ведет?

— Монсеньор Парош.

— А еще какие у тебя учителя?

— Хендерсон, Вольф.

Во это да! Все продвинутые классы. Почему этих классов вообще так много? И почему он учится не со мной?

— А что ты выбрал дополнительно?

Его щеки залила краска.

— Поэтические курсы.

Он бы стал совсем красный, если бы узнал, что я часто представляю, как он поет мне серенады. Я стою у окна, а он на улице, у гаража и читает свои стихи. Надеюсь, у него с рифмой лучше, чем в колдовской книге.

— Не смущайся. Это звучит здорово.

— Наверное, ты права. Но все же не так здорово, как победить в олимпиаде по математике. — Он рассмеялся. — Шутка.

Тут мимо нас прошла группа старшеклассников, и на Рафа налетел Уилл.

— Флиртуешь с девушкой?

Как мило! Братская борьба.

— Флиртовал, пока ты на меня не плюхнулся, — ответил Раф из-под брата, его голос звучал раздраженно, но ему льстило, что старший брат интересуется его делами.

Уилл слез с Рафа, растрепал ему волосы, а затем обратился ко мне:

— Так ты его новая партнерша?

— Ага. — Я на диване с Рафом, любовью всей моей жизни, и Уиллом, президентом школы. Это, наверное, сказка.

— И его новая девушка тоже?

Раф стал такого же цвета, как диван. Уверена, и я тоже. Пожалуй, президент школы мог бы быть и повежливее. Хотя я не против. Скажи это еще раз! Скажи это еще раз!

— Уилл, позже я тебя побью, — пробормотал Раф из-под брата, который снова на него взгромоздился.

Уилл рассмеялся, снова растрепал ему волосы и ушел.

— Братья, — сказал Раф, тряхнув головой. — У меня их два. Митч на третьем курсе Университета Нью-Йорка. Они оба невыносимы. А у тебя?

— Одна сестра. — Присси никогда не поднимется до этого уровня. И я не хочу, чтобы он узнал про потенциальную свадьбу. Ни в коем случае.

— Какая она?

— Она… — Ведьма? Помешанная? С коричневым поясом? — …От нее одни сюрпризы.

Мы проговорили весь вечер. По крайней мере, я думаю, что мы разговаривали. Трудно сказать, поскольку я была на седьмом небе от счастья. Мы болтали о школе, друзьях и телевидении. Оказалось, он, как и я, ненавидит реалити-шоу. (Видите? Мы просто созданы друг для друга.) Около полуночи Раф посмотрел на часы.

— Я скоро должен уходить. Завтра в семь утра я играю в хоккей. Ты как поедешь домой?

Он гений, поэт, фантастический танцор и спортсмен. Разве такое возможно?

— Возьму такси на пару с Джевел. — Мне тоже скоро нужно идти домой. Здесь здорово, но я понимала, что должна вернуться до половины первого.

Он начал теребить свои руки.