Война в раю - Стивен Рэй Лоухед

из старых историй и легенд. В конце концов это же была моя работа: миры животный, растительный, минеральный; люди, места, вещи. Шаг за шагом я выстраивал картину Потустороннего мира, описанного в кельтском фольклоре. Возможно, не полная и не самая точная картина, просто попав сюда, ошеломленному сознанию нечем было заняться. Я так увлекся, что не заметил, как ручей стал шире и, соответственно, мельче, а лощина перешла в широкий луг, стиснутый с обеих сторон высокими холмами, поросшими травой.

Солнце поднялось почти в зенит. Ручей прихотливо петлял по лугу, заворачивая все дальше к западу. На холмах я не заметил ни кустов, ни деревьев. Я решил подняться повыше и осмотреться. Возможно, с вершины холма я увижу что-то такое, чего не видно из долины.

Я начал подниматься по длинному покатому склону холма. Глянув вверх, я заметил нечто вроде маленькой темной тучки. Она удивила меня, я остановился и всмотрелся. Нет, это не тучка, это дым. Дым от пожара. А где огонь, там люди, значит, селение. Я заспешил. Хотелось побыстрее посмотреть, что там такое.

Странный, тревожный звук раскатился над холмами, он напоминал барабанный бой. А еще мне показалось, что звук идет из земли у меня под ногами. Не то отдаленный гром, не то стук бревен, которые бросают с телеги.

Я прислушался. Барабаны стали слышнее. Я недоумевал: что может издавать такие звуки? Лошади? Но я слышал ритм. Лошади же не могут гарцевать сообща?

Дым клубился в небе, ветер гнал его над вершиной холма. Я озадаченно слушал странный земной грохот и наблюдая за дымом.

А потом я увидел то, о чем читал в древних текстах: внезапное появление ясеневого леса! Разумеется, это эвфемизм. Я хорошо знал, что это такое. Копья! Много ясеневых копий!

Вслед за своим оружием появились и сами воины. Звуки, привлекшие меня, издавали боевые барабаны и слитный топот ног. Дым поднимался от их факелов.

Они заполонили всю вершину холма. Должно быть, их было что-то около сотни. Некоторые держали огромные продолговатые щиты и мечи, другие из вооружения имели факела и копья, третьи передвигались на лошадях, а некоторые и вовсе на колесницах. Большинство были обнажены или почти обнажены. На вершине холма они остановились.

Я почему-то подумал, что они пришли за мной. Я был чужаком в чужой стране, совершенно беззащитным. Какой смысл сопротивляться такому отряду? Но вот откуда они узнали, что я здесь?

Я застыл, тупо пытаясь разобраться в этой абсурдной ситуации, когда послышался оглушительный рев, как будто сразу взревела тысяча бешеных быков. Пронзительный, громкий призыв; звук, от которого внутренности превращаются в воду и подавляют любого, кто услышит.

БВЛЕРмммм! БВЛЕРмммм! БВЛЕРмммм! БВЛЕРмммм!

Ужасный шум бил прямо по мозгу; он скручивал нервы в нити из мокрых веревок, совершенно бесполезные не только в этой, но и в любой другой ситуации. Я зажал уши руками и начал искать глазами источник этого чудовищных звуков.

И я увидел его. Двадцать мужчин держали у губ огромные изогнутые рога; эти могучие инструменты издавали душераздирающий звук. И я вспомнил: легендарные боевые рога баньши. Бин Сидхе, жители Потустороннего мира, считались обладателями боевых труб такой ужасной силы, что их звуки могли обратить врага в камень. {Бин Сидхе — женщина-фея или дух, привязанный к определенному семейству. В Англии Бин Сидхе зовут баньши. По преданию, она начинает издавать ужасные стенания, если кому-нибудь из членов семьи вскоре предстоит умереть.}Теперь я понял, что это отнюдь не преувеличение. Ужас буквально приковал меня к земле. Ноги стали бесчувственными, как бетонные столбы.

Неземной рев продолжался совсем недолго, но как только он стал стихать, вступили воины со своим аккомпанементом. Они начали колотить мечами и копьями по щитам. А барабаны продолжали отбивать ритм. Долина переполнилась грохотом. В этом совсем недавно безмятежном мире сами холмы, как мне показалось, начали вздрагивать, с них начали сползать комья земли. Шум перерос в душераздирающую какофонию, после чего внезапно прекратился.

Эхо еще гуляло по долине роковыми отзвуками. Воины застыли на гребне холма, словно скованные тишиной. Но так продолжалось лишь мгновение. Потрясая оружием, они хлынули с холма как раз в мою сторону.

В испуге я отшатнулся и упал на землю. Очнувшись через мгновение, я, как краб, на четвереньках помчался по камням к ручью. Почему-то мне казалось, что русло будет надежным укрытием. Воины с криками мчались вниз по склону, мечи и копья сверкали, факелы дымились, барабаны гремели, ревели боевые рога. На таком расстоянии лиц я не мог разглядеть, но хорошо видел ярко-голубые узоры, которыми были разрисованы их тела, ну в точности как на картинках, изображавших кельтских воинов. Собственно, это они и были!

Конечно, нелепо надеяться спрятаться от них. И все-таки я в панике озирался. Впрочем, надежда умерла, не успев толком родиться. Вокруг не было больших камней, за которыми можно было бы укрыться. Значит, надо бежать. Я вскочил на ноги и помчался через ручей к противоположному склону холма. Если мне удастся обогнать преследователей…

Я сам удивился, но я бежал быстрее, чем мог от себя ожидать. Ноги казались длиннее, шаг — быстрее и увереннее, чем когда-либо прежде. Я буквально летел по земле, едва касаясь ее ногами. Ветер дул в лицо, волосы развевались. Я летел!

Полет завершился неожиданно. Я замер. Мне навстречу с холма неслась еще одна толпа воинов — ничем не отличающаяся от первой. Они, как и те, позади, приближались с ошеломляющей скоростью. Оказавшись между двумя отрядами, как муха между двумя тарелками, я развернулся и помчался обратно к ручью. У воды пришлось присесть перевести дух. Спасения не было.

Первые воины почти добежали до меня. Я уже видел их суровые, мужественные лица. Если у меня и были какие-то представления о благородстве, храбрости, мужестве, достоинстве и тому подобном, то все эти возвышенные качества я видел в лицах перед собой. Ясные глаза, решительные челюсти, мужественные, сильные и гордые — они были живым воплощением детской фантазии каждого мальчишки о мужественности, воплощенном героизме. А то, что они собирались меня прикончить, — это само собой. Зато они были красивы!

Два отряда сблизились. Я видел сверкание глаз, пот на их крепких мускулистых руках и ногах. Я видел, как блестят оскаленные зубы, как мотаются темные косы. Я услышал боевые вопли, когда они накатились на меня. Я вжался в камни, больше всего мечтая стать невидимым.

И, о чудо! Это сработало. Они меня не заметили. Ближайший воин добежал до того места, где я спрятался, вжав голову в