Новая жизнь - Ольга Мяхар

Плюсы: я могу войти в режим его скорости. Минусы… не смогу отвечать на том же уровне. Проиграю. Почти наверняка проиграю. Тень слишком нестандартно бьется.

А если спарринг? Смотрю на Грифа. Сработаемся? Нет.

Он одиночка, да и невозможно разработать спонтанную систему поддержи так вдруг, я только помешаю ему.

Варианты закончились. Единственно приемлемый — уйти с поля боя, пока Тень занят Грифом. Еще секунд десять, думаю, битва продлится — я как раз успею покинуть дворец и скрыться в городе. Смогу спасти душу…

А внутри так больно!

Приказ понят. Режим боя активирован.

Врезаюсь в противника, пропуская разом все удары, чувствуя, как трещины бегут по костям. Сжимаю в объятиях и пропускаю ток такой силы, что Тень начинает дымиться, но все еще сопротивляется, хаотично бьет куда попало, больше не нанося смертельных ран. Врезаю еще одним зарядом, прижимаясь лбом к его плечу. Хруст ломаемых позвонков, кажется, моих — смог-таки вцепиться в голову. И все равно он уже проиграл.

Падаем оба.

Гриф лежит неподалеку и пытается встать уже раз в пятый. Смотрит зло и прицельно.

— Бура!

Не откликаюсь.

Повреждения — сорок четыре, сорок семь, сорок девять…

Гриф подползает, рывком отдирает мои почерневшие руки от Тени, переворачивает на спину, отталкивая ногой тело противника. Смотрит в распахнутые глаза, сжимая зубы.

— Бура, ответь.

Картинка перед глазами мерцает и гаснет.

Пошевелиться не могу — поврежден спинной кабель. Ответить тоже не получается: что-то с речевым центром, а еще не бьется сердце… Я мертва?

Спокойно. Все нормально. Повреждения несмертельны. Надо подумать о чем-то другом — к примеру, Симка рассказывал: после атаки на одного из членов Совета от нападавшего не осталось даже пепла. Так что мне еще повезло… Да и Совет расслабится, поверив в мою смерть и в то, что я ему больше не угроза. А то уже наворотила дел — уничтожила одну из Теней, спасая Симку, слишком показала себя на турнире и после — в подземельях. Еще и Грифа у них увела…

Теперь, правда, придется покинуть город: оставаясь здесь, я подставлю всю контору. Но зато в итоге все решится как нельзя лучше.

Хорошо бы только еще… в себя прийти или чтоб Гриф до конторы донес.

В крайнем случае — придется самовыкапываться из могилы.

— Отойди.

Голос Сима, что ли?

Звук отвинчивающейся крышки фляги. В горло что-то льется, проскальзывая по пищеводу. Все еще не могу ни дышать, ни глотать.

— Что это?

— Настойка игиса. Высвобождает внутреннюю энергию, способствуя восстановлению повреждений. Элв дал, должна помочь.

Точно Сим. Но откуда он здесь?

— Рёва, я больше не… могу.

— Феф, ша настойка подействует, ты ж слышал. Еще немного.

— Она умирает, — Слезы в голосе. — Ты теперь тоже прозрачный, смотри.

— А ты меня не разглядывай, а лечи давай. Если погибнет мозг, ты не то что прозрачным станешь… ты вообще исчезнешь.

Всхлип.

— Фефа, не реви. Лечи лучше.

— Я лечу.

— Она не дышит, — Гриф, тихо.

— Погоди, еще не все. Должно пройти время.

— Сколько?

— Не знаю. Просто жди.

Повреждения — пятьдесят пять, пятьдесят семь, шестьдесят пять, семьдесят три…

Я вообще выберусь?

Тень врезал-таки мне напоследок чем-то очень мощным — чем, я так и не распознала. И оно теперь медленно разрушает тело изнутри…

Лежу, слушаю, как тяжело дышит маленький Феофан, отдавая последние силы. Чувствую, как мою руку держат чьи-то теплые пальцы. А еще… меня куда-то засасывает. Вокруг становится темно, тихо и мрачно… Наверное, люди это и называют смертью.

Тук.

Тук-тук…

Тук-тук-тук…

Бьется. Сердце.

Зрачки сужаются, пальцы слабо дергаются.

— Она…

— Тихо. Пошли. Быстро.

Меня подхватывают и куда-то несут.

— За мной! Нельзя выносить ее через парадный вход. Она мертва, понимаешь? Так что иди за мной.

Слышу шипение вампира. Меня легко покачивает, на груди лежат потерявшие сознание духи. Начинаю видеть.

— Теперь в подземелья. Идти будем на ощупь. Сможешь?

— Да.

— Тогда пошли.

Бег вниз, повороты. Бесконечные повороты и команды Сима.

Зачем он это делает? Откуда вампир вообще взялся? Не понимаю. Мозг виснет. Ах да: выход из режима боя.

Все болит, не чувствую ни ног ни рук. Голова словно отделена от тела, а внутри что-то щелкает, движется, срастается и заживает. Куклу дети поломали, кукла чинится — бывает.

— Сюда.

Неясный свет, такой тусклый — ночной, но ярче тьмы подземелий, — касается глаз. Зрачки чуть сужаются. Меня выносят наружу. Сим кивает и бежит вниз по улице. Выход так далеко от дворца? Странно. Хотя…

В конторе светло. Нас ждут.

Гриф заносит меня внутрь, маг качает головой, велит срочно положить на стол. Суетится, роняет пробирки и ругается под нос. Элв и гном помогают меня укладывать и закрепляют руки и ноги в зажимах.

Глупо. Я не буду дергаться. Я не смогу.

Вкалывают какое-то лекарство. Потом второе, третье. Маг постоянно что-то бормочет, хмурится. Правильно, на, меня ничто не действует. Элв принес еще той настойки, а гном вливает в горло свое вино. Странно, но оно помогает. Энергия, пусть и настолько слабая, высвобождается и идет опять же на восстановление.

А самое странное — мне не больно. Все хмурятся, переживают. А я просто лежу, слушаю их голоса и жду, когда смогу пошевелиться.

Под утро меня спрятали в подвал. Там оказалась потайная комната, куда меня и запихнули. Кажется, днем приходили стражники Теней. Им позволили все осмотреть. Меня не нашли.

Вскоре пришли в себя и Иревиль с Феофаном и следующие два дня постоянно спали рядом со мной на подушке, восстанавливая силы. Феф сказал, что все будет хорошо.

Только через неделю пошевелила рукой. Через месяц — смогла ползать, потом ходить. Постоянно хотелось есть, причем металл. И не железо или медь, а по крайней мере хорошую сталь… Долго не могла найти ничего похожего, но Гриф иногда притаскивал удивительно вкусные мечи и доспехи из непонятного сплава. Прочный и жаростойкий, он прекрасно встраивался в кости. И я могла поглощать его килограммами буквально за секунды — пугая окружающих и заставляя Грифа искать новые куски.

А потом однажды спустилась вся команда и сказала, что мне пора. Меня уже не искали по всему городу, поверив в гибель, но на всякий случай назначили неплохую награду за мою голову. Так что… действительно пора было исчезнуть.