Мегаполис Ленд - Алексей Вилков

– Ох, дети мои! Детский сад, – ухмыльнулась Груздева.

– Не обижайтесь, он у меня иногда теряет бдительность, – встала Вика на защиту избранника, отвесив ему подзатыльник.

– Милочка, а кто в этом городе полностью адекватен? Ступайте, увидимся или на том свете пересечемся. Я предчувствую, что потусторонняя встреча не за горами.

Ребята не ответили. Стыдно как-то отвечать и подходящих слов не нашли, зато приняли к сведению ее пожелание и предостережение. Довольные итогом, они развернулись и торопливо зашагали навстречу свежему воздуху и ожидающим их событиям.

Тетя Валя осталась одна. Рабочее время благополучно подошло к концу, покупатели разбрелись. Продавцы собирали пожитки и покидали арендованные лавочки до следующего утра. Она стояла за прилавком и представляла, что с ней случится завтра или даже сегодня. По сложившемуся годами расписанию подошли хилые запойные носильщики, помогающие разгружать товар и складывать остатки, чтобы отвезти в подвальные холодильные установки.

– Валька, что пригорюнилась? Мясо брать? – окликнули ее сзади.

Груздева опомнилась от тяжелых дум и машинально ответила:

– Загружай веселей, приду – проверю.

Грязные и неприглядные работяги по-молодецки принялись сваливать туши в телегу.

– Осторожнее! – скомандовала она. – После ваших валяний их даром не возьмут.

– Как умеем, так и работаем. Не с той ноги встала? – дерзко огрызнулись хлопцы.

– Помолчите, а то на бутылку не дам, – рявкнула суровая женщина.

– Э, мать, на бутылку – святое дело, обижаешь!

Опасаясь перспективы остаться без калыма, грузчики прибавили темп, не переча хозяйке. Опустошив стол, они повезли телегу в подвал к морозильникам, хранившим гигантский запас мясных продуктов. Грузная тетя Валя последовала за ними, чтобы проверить сохранность товара – алкаши могли прихватить с собой пару килограммов на закуску. Женщина спустилась по лестнице в подземелье и направилась к холодильным камерам, располагавшимся в конце коридора. В подвале никого не оказалось: ни продавцов, ни носильщиков, ни откормленных котов. Царила тишина, нарушаемая только гулом холодильников.

Тетя Валя открыла дверь холодильной камеры и зашла внутрь. Длинное помещение было заставлено кривыми металлическими столами с лежащими на них разделанными тушами. Гигантские куски замороженного мяса свисали на крюках с потолка. Не отвлекаясь на привычную картину, тетя Валя с легкостью нашла свой товар и пересчитала его. На удивление все было на месте – носильщики ничего не заныкали и честно заработали на бутылку. От приятной новости продавщица с облегчением выдохнула и направилась к выходу. Дойдя до двери, она обнаружила, что та почему-то закрыта. Тетя Валя нажала на ручку, но дверь не поддалась. Холодок пробежал по спине. Она толкнула дверь со всей силы – тщетно. Принялась стучать, что есть мочи, но удары получались глухими.

От бессилия она закричала:

– Пашка! Семеныч! Откройте, я здесь! Там есть кто-нибудь?

Дверь открылась, но это был не Семеныч и не Пашка – перед раздраженной Груздевой предстал высоченный мужлан с угрожающей и довольной физиономией.

– Вы кто, новенький? Разберитесь с засовом, так и замерзнуть недолго. Я пожалуюсь директору!

– Разберемся сперва с тобой, – буркнул хамоватый мужик и толкнул ее назад.

– Ты рехнулся, урод? Помогите! – закричала она во все горло.

– Заткнись! – рявкнул обидчик и отвесил ей мощную оплеуху.

От тяжелого удара Груздева упала на грязный промерзший пол. Она попыталась подняться, но поскользнулась и тут же получила сильный удар в живот. Съежившись, тетя Валя замерла на полу, издавая протяжные хриплые стоны. Голова кружилась, перед глазами, как в тумане, появились раздвоенные очертания фигур.

– Проходите, Михаил Николаевич, она обезврежена, – довольно произнес верзила. Он не отрывал взора от жертвы, которая распласталась на полу, как на сковородке.

– Так, что мы тут имеем? – присвистнул Мурский. – Валентина Груздева, законопослушная жительница столицы, исправная налогоплательщица и лицензированная оседлая гастролерша. Правильно?

Груздева лежала, не шелохнувшись. Она пыталась затаиться, не догадываясь, что находится на самом видном месте.

– Посади ее на стул! – приказал инквизитор.

Флиппер поставил перед Мурским валявшийся рядом металлический стул, поднял женщину и усадил ее, придерживая за плечи.

Тетя Валя взглянула на Мурского, держась обеими руками за живот, и прохрипела:

– Чем обязана служителям правосудия?

– Похвально, что не стоит представляться, – обрадовался Мурский. – Ты понимаешь, зачем мы навестили тебя?

– Я думаю, это досадная ошибка. Я гастролер в законе, и по всем законам межизмерительного правосудия вы не имеете права арестовывать и ликвидировать меня.

– В законах подкована, а гниешь на тухлом рынке. Нереализованная натура?

– Я не отличаюсь чрезмерными амбициями.

– Хм, какая скромница! Флип, зачем ты так грубо с ней обошелся?

Флиппер виновато пожал плечами:

– Это вы называете грубо? Бросьте! Грубо позже будет, а пока показал, кто здесь главный.

– Прохладно у вас, – поежился Мурский.

– Реальный колотун, Северный полюс в миниатюре, – подтвердил Флиппер. – Я предлагаю не мешкать почем зря, а сразу с ней кончить. Я могу простудиться!

– Не командуй, остолоп! А ты, Валентина, поведай нам, не появлялся ли у тебя в гостях Андреас Райс?

– Таких не знаем! – огрызнулась Груздева.

Мурский подошел к ней вплотную и с размаху влепил пощечину. От хлесткого удара женщина чуть не упала со стула, из носа пошла кровь.

Флиппер с уважением покосился на босса:

– Превосходный удар! Что называется, в яблочко.

Инквизитор не оценил похвалы и снова обратился к допрашиваемой:

– Валя, лгать глупо. Ты думаешь, я не в курсе ваших отношений? Напрасно, родная. Мне известен каждый твой шаг, каждая встреча, каждый прожитый день. Вы с Райсом связаны очень давно, а снюхались до твоего появления в земном измерении. Ты справедливо заметишь, что тогда он не находился в розыске. Я с тобой безоговорочно соглашусь, но ситуация изменилась – он преступник номер один. И каждый, кто покрывает его либо отказывается сотрудничать со следствием, автоматически становится вне закона. Поэтому я вправе прикончить тебя на месте, как помойную крысу, если ты откажешься помогать следствию или дашь ложную информацию. Прикинь хорошенько, что и кто тебе дороже. Я даю пять секунд на размышление. Итак: раз, два…

Груздева сидела, как статуя, не открывая рта. Флип достал из кармана нож, подошел к ней сзади и приставил лезвие к горлу.