Не благословляйте мужа Тьмой - Александра Лисина

Пользуясь тем, что сижу на нем верхом, я накинулась на мертвеца, с бешеной скоростью полосуя его тело. Вот только когти увязали в нем, словно в патоке. С каждым ударом вырывали из гнилого нутра липкую зеленоватую слизь, но глубокие раны моментально затягивались, тогда как мои, к сожалению, не обладали такой сумасшедшей регенерацией.

Поняв, что мне слишком тесно в гробу, а костлявому некромансеру, напротив, там весьма вольготно, я отпрянула и, оставив на когтях лича немало чешуи, попыталась взлететь. Но внезапно обнаружила, что эта тварь порвала мне крыло, и самым настоящим образом озверела.

Умертвие удивленно булькнуло, когда я с ревом вцепилась в его горло клыками и принялась рвать его, как голодная волчица — оленя. Недовольно зашипел, когда в его брюхо впились шипы, очень кстати выросшие на моих коленях. И впервые дернулся, словно от боли. Да так, что саркофаг под нами опрокинулся набок.

С грохотом рухнув на каменный пол, тяжелая крышка разлетелась на куски. По полу что-то жалобно прозвенело, зеленоватой искоркой укатившись в темноту. Я тут же вскочила, намереваясь наброситься на умертвие снова, но согнулась от мощного удара в живот и отлетела прочь, сбив с ног сразу несколько скелетов.

От второго удара меня выгнуло от боли и как безвольную куклу протащило еще несколько шагов. Да с такой силой, что какое-то время я могла только ошеломленно лежать, судорожно хватать ртом воздух и машинально шарить руками в поисках оружия.

Некромансер оказался невероятно, просто чудовищно силен. Медленно поднявшись из гроба, он неторопливо двинулся в мою сторону, сверкая жутковатыми огнями в глазницах. И теперь вокруг него тоже появилась зеленоватая дымка, медленно растекающаяся по всей округе и густым туманом обволакивающая расступившихся мертвецов.

— Хель, держись! Я иду! — проорал сверху Шмуль и ястребом спикировал на умертвие. Но некромансер небрежно повел рукой, с его пальцев сорвались две зеленые молнии, и маленького фея отшвырнуло через половину зала. В воздухе остался лишь дымящийся след и слабый привкус горелой плоти.

Проводив мелкого налитыми кровью глазами и сплюнув с губ что-то соленое, я наконец нащупала на полу какую-то железку. Круглую, ржавую, потемневшую от времени и чем-то похожую на кастет с одиноким, загнутым на манер птичьего клюва шипом. О шипе узнала, естественно, лишь на него напоровшись. После чего встала, лихорадочно прикидывая, как укокошить неуязвимую тварь. Но так и не придумав ничего достойного, с хриплым воем прыгнула, без затей ткнув умертвие в глаз.

Наверное, мне крупно повезло в тот день. Или мертвяк не ожидал от суккубы такой прыти и поэтому промедлил. Не знаю. Мне было достаточно того, что от удара железным «клювом» его гнилой череп треснул и разлетелся на тысячу кусков, обдав меня россыпью липких ошметков.

— Хеля, скелеты! — крикнула баньши, не дав мне насладиться победой. — Они все еще движутся!

Я испуганно оглянулась и грязно выругалась, обнаружив, что с гибелью повелителя мертвецы не только не развалились, но, кажется, засветились еще ярче. Призрачная плоть на их костях стала более отчетливой. Кривые ухмылки демонов — радостней. А горящий в глазницах потусторонний свет — гораздо насыщеннее. Более того, они одновременно пришли в движение, в едином порыве качнувшись вперед, после чего сделали еще один шаг, второй, третий… и кольцо вокруг ребят начало неумолимо сжиматься.

Засадив кастетом меж зубов неосторожно наклонившемуся скелету, я одним движением расколошматила его в пыль. Затем остервенело двинула по морде его приятеля, который тоже протянул ко мне свои костлявые грабки. После этого с чувством ударила третьего, четвертого, с наслаждением услышав смачный хруст… А когда пространство очистилось, молниеносно создала портал и вывалилась из него прямо на руки пошатнувшемуся Рисьяру.

— Уля, ты же сказала, что этого гада надо просто убить! — прохрипела я, вцепившись когтями в плечо скривившегося вампира.

— Так написано в книжке, — с убитым видом сообщила спрятавшаяся у медведя под брюхом Улька. — Но, кажется, это был не тот лич, иначе скелеты бы уже упокоились. Где-то есть еще один!

— А ведь там остался Шмуль, — дрогнувшим голосом напомнил Рисьяр.

Я с тоской посмотрела на громадное море нежити, в котором погасла искорка жизни нашего маленького друга. На краткий миг зажмурилась, остро переживая миг потери. После чего глубоко вздохнула, покрепче сжала в руке кастет…

И вздрогнула всем телом, когда по залу пронесся легчайший, похожий на бриз ветерок, а чей-то потусторонний голос шепнул:

— Умрите…