Новая порода - Андрэ Нортон

И тут привычный дискомфорт, всегда ощущаемый при посадке, почти полностью приглушил ее ощущения, и она сперва напряглась, а затем расслабилась, насколько смогла. Она делала так уже множество раз, но в этом случае поняла, что одно дело имитация, и совсем другое – само событие. И на некоторое время практически полностью отключилась.

Придя в себя от кошмара, она вновь обрела сознание происходящего. Потом, повинуясь зову долга, выскользнула из сети, которая коконом облегала ее тело. И только когда сеть плавно улеглась в свое гнездо, Айана внезапно ощутила, какая тишина стоит на корабле; все шумы и рокот прекратились. Она решила: это значит, что корабль приземлился, ибо мерный рокот двигателей замолк.

Корабль приземлился не просто так – ибо кабина оставалась точно на своем месте. Это говорило о том, что они приземлись по всем правилам, вместе с посадочными ракетами. Это значило, что Джейсель верно придерживался ориентира сигналов маяка.

Айана встала – и тотчас же почувствовала силу притяжения. Она неуверенно сделала пару шагов и, опираясь на перегородку, посмотрела на Тана.

Он неподвижно лежал на своем лежаке, и тонкая струйка крови вытекала из уголка его рта. Но стоило ей протянуть к нему руку, как он открыл глаза, свои огромные серые глаза, и сосредоточил на Айане взгляд.

– У нас все получилось! – воскликнул он. – Мы долетели! – и в каюте сразу воцарилась тишина, от чего Айана поняла, что Тан не был уверен в удачной посадке. И он начал раскручивать спеленавшую его сеть.

– С тобой все в порядке, Тан? – спросила она.

– Еще никогда я себя не чувствовал лучше, чем теперь! Понимаешь, мы сделали это! Мы приземлились!

Но Айана почувствовала в его интонации сомнение, и голос дал ключ ко всем его мыслям. Он явно сомневался, что полет и посадка пройдут, как надо.

Тан молниеносно выскочил из каюты и помчался к кабине управления. Айана услышала разговор по переговорному устройству, чтобы срочно весь экипаж собрался вместе. Айана внутренне убедилась, что они и вправду приземлились благополучно. Это значило, что чудо, в которое она почти не верила, все-таки свершилось.

Она огляделась. Виза-экран показывал окружающий ландшафт, и это зрелище успокаивало Айану. Они действительно приземлились в месте, когда-то служившем космопортом. Она разглядывала покореженные, растрескавшиеся посадочные полосы, специальные сигнальные огни, четкие следы выхлопов ракет. Можно было вообразить, как эта картина со временем изменялась. Она видела и какие-то здания, высокие, похожие на башни, какие она ни разу не видела на Эльхорне.

В какую сторону из корабля ни смотрели, хотя строения находились далеко от них, они не увидели на них следов разрушения. Но самое страшное было в том, что они не заметили никаких следов жизни. И Джейсель, внимательно глядя на монитор, проговорил, покачав головой:

– Ничего. Эфир абсолютно чист, если не считать тех сигналов, которые помогли нам приземлиться. Но, судя по всему, этот маяк установлен очень давно…

Установлен кем и зачем? – крутился в голове Айаны вопрос. Она не сомневалась, что и вся их команда думает только об этом. Если они приземлились в этот заброшенный и молчаливый мир, то в чем его ужас?

Масса сверилась с приборами.

– Воздух… Здесь есть воздух, а в нем нет никаких вредных для нас веществ. Мы можем им дышать. Что касается гравитации… то она на один-два пункта ниже привычной нам на Эльхорне. С другой стороны, и на Эльхорне такая гравитация была бы вполне допустима для нас.

– Как на Эльхорне? – негодующе воскликнула Масса. – Да вы только подумайте, сколько исследовательских работ придется нам провести?! – она махнула рукой на экран, где медленно проплывал огромный комплекс зданий. Должно быть, это город, – подумала Айана. Хотя эта громада своими башнями и строениями уходила далеко в небо намного выше, чем любой виденный до этого Айаной город… А может быть даже еще выше, чем ей казалось.

Она рассматривала эту громадину и чувствовала, как в ней постепенно растет странное раздражение, вкупе с ощущением, что туда вообще не стоило бы направляться. Даже приближаться к этим строением было ей противно. Это была так, словно где-то среди домов свернулось какое-то чудовищное животное и готовится к прыжку. Однако они были повсюду на экране на изображении посадочного поля, которое находилось среди этих строений – буквально окружали их.

Айана не заметила даже зеленых пятнышек растительности. Казалось, ничего не осмеливалось вырасти в этой каменной громадине. А на космодроме Айана не увидела ни одного космического корабля. Выходит, они были здесь совершенно одни.

– По-моему, мы прибыли на необитаемую планету, – откинувшись на спинку кресла, проговорил Джейсель.

– А что до меня, то я вовсе не уверен в этом! – громко возразил Тан. – Надо как следует осмотреться. Возможно, кому-то на руку, чтобы мы решили, что планета необитаема. А то, что никто не ответил на твои сигналы старым кодом, или тем, что мы считаем старым кодом, означает лишь, что никто на этой планете не в состоянии принять его и понять. Сколько времени прошло с тех пор, когда отсюда улетели Первые Корабли? Мы живем на Эльхорне пятьсот планетарных лет. И не имеем понятия, как долго длился наш полет. А ведь даже за одно поколение всегда происходят всяческие изменения.

Он говорил очевидные вещи, и Айане не хотелось слушать его. С каждым его словом отдаленные окна зданий становились все больше похожими на холодные глаза, подглядывающие за ними. В этих нагромождениях зданий легко найдется местечко, где можно хорошенько спрятаться тому, кто не хочет, чтобы его обнаружили.

– Мы не может все время сидеть в корабле, – решительно проговорил Джейсель. – Либо мы выходим наружу и начинаем разведку и исследования… либо поднимаемся, чтобы попытаться приземлиться еще где-нибудь.

Айана и другие закивали. Теперь, когда они опустились, самое лучшее решение – произвести разведку и исследования.

Айана с преогромным трудом подавила в себе страх. Даже если все население этой планеты погибло, то об этом должны остаться какие-нибудь записи. А если им повезет, они смогут обнаружить записи, объясняющие, как справиться с Облаком, или содержащие другую полезную информацию, которая окажется им весьма кстати. Долг экипажа состоял в том, чтобы отбросить все страхи и сомнения и произвести исследования планеты. Хотя внутри Айаны все время поднимался небольшой мятеж против всего этого; однако с каждой минутой страх становился меньше, и она почувствовала, что, по-видимому, с трудом обуздала его.

Они собрались на мостике. Тан отпер отсек, где хранилось оружие, и раздал всем бластеры. У пульта осталась дежурить только Масса, в каждую секунду готовая врубить защитные приборы или дать сигнал о надвигающейся опасности. Айана ощутила легкий ветерок, но солнце грело довольно сильно. Айана не почувствовала никаких запахов, которые приносил бы ветерок ей прямо в лицо. Ветерок казался самым обычным, как осенним утром на их родной планете.