Пена колдовских доменов - Виктор Чирков

________

Словно невидимая рука резко отбросила штору реальности перед повелителем нижнего мира. Дандо бросился к ступеням трона. За его спиной высилась циклопическая трехмерная модель фрагмента пены в обычном состоянии.

– Что произошло?

– Пассажиры остановили поезд метро на перегоне и вышли из него вместе с вагоном…

– Что?

– Сферообразного сегмента в транспортном канале нет. Он куда-то выпал.

– Каким образом?!

– Не знаю. Но совершенно точно, только по им ведомым соображениям они выбрали направление и трансформировали пространство, благо это на перекрестке относительно легко. «Вагон» двигался по выбранному маршруту, пока не произошло что-то, выбросившее шар в другую реальность, скорее всего, прямо на тракт.

– Что произошло?

– Не знаю. Не успел разобраться. Может, кончилась энергия?

– Здесь?! Ладно, посмотрим!

Картина выросла, на линии, обозначавшей дорогу, светился яркий огонек.

– Энергия нашлась и ее немало…

– И это надгробный памятник.

– Нет, Дандо, – покачал головой повелитель, – в этом я разбираюсь хорошо. Живее всех живых. Куда они идут?

– Можно посмотреть узлы, но по одной линии их слишком много…

– И тем не менее самое привлекательное здесь…

Слуга кивнул и развел руками.

– Нужно уточниться, итак… – повелитель встал.

– Вы хотите переставить фигуры?!

– Нет.

– ?!

– Подвину клетки на поле для игры, – и владыка засмеялся.

– Но тогда же?!

– Связи вернут все на место, и будет легкий шторм. Игра началась, Дандо, первый мяч бросил, кстати, ты! Астероид помнишь?

У слуги потемнело в глазах, он начал кое-что понимать, и окорок из собачьей ноги, бивший по затылку, показался такой мелочью…

________

В бархате ночи, под звездами неведомого мира над хрустальным, едва светящимся холмиком, замерли три силуэта. В полной тишине у одного открылись большие желтые глаза, кошачьи зрачки раздвинулись. В пригорке отчетливо щелкнуло, по вершине пробежало несколько трещин. Обладатель желтых глаз нагнулся, взял отколовшийся кусок и бросил вперед. Прозрачный камень описал дугу, но налетел на что-то, по звуку похожее на твердую резину, отскочил обратно, затем скатился по склону вниз.

– Все целы? – наконец нарушил тишину Марк.

– Угу, – отозвался Ян.

Обладатель желтых глаз кивнул.

– Уже хорошо.

– Шеф, вы как? – спросил Пуфф.

– Обдумываю.

– Да. Озерная болезнь отступила. Сначала сделал, потом подумал, что, – констатировал Марк.

– А может, это и хорошо, – согласился, Пуфф, – и веселее.

– В закрытой стеклянной хлебнице, неизвестно где – весело.

– Ну, стекло можно…

– Кокнуть! – воскликнул Пуфф, и желтые блюдца просто засветились от предвкушения предстоящего безобразия.

Собственно, это остановило Яна от дальнейших необдуманных действий по высвобождению путешественников.

– Это еще что?!

– Где? – удивился котище, и желтые глаза сузились.

– Не притворяйся, тебя глаза выдают. Где набрался этих слов паразитов?

– Нет на мне никаких паразитов, подождите, а, вот, это что?

– Не переводи разговор…

– Да ну вас, в самом деле. Не время для урока словесности!

Черная лента, в которой застрял стеклянный шар, окрасилась багровыми тонами, как и туман, в котором она плыла. Марк и Ян обернулись. Гладкий шар, светящийся как остывающий темно-красный уголь, занимал полнеба. Кокон с путешественниками качнулся и начал медленно всплывать из дороги. Ян непроизвольно зажмурился, открыл глаза, еще раз зажмурился и машинально погрузился в иную плоскость мира. Знакомый объект, похожий на апельсин на черенке, напомнившем растянутую резину, приближался к троице. Одна долька выступала. Ян открыл глаза.

– Это кажется…

– Захват из озера, – перебил котище.

Над поверхностью шара росла лиана, похожая на инверсионный след сильно петляющей ракеты.

– Нет. Это опять перекресток ста дорог.

– Отлично, мы знаем, как им пользоваться, потер лапой и все, – обрадовался Марк.

– Не разделяю ваш оптимизм, – котище уставился на свою лапу.

– Ну, я не настаиваю, дорог, может, и меньше или больше. Дольки не посчитать.

Сферическая прозрачная «хлебница» уже едва касалась дороги, когда лиана нависла над путешественниками.

– А это что или кто? – проворчал Пуфф.

– Пылесос, – фыркнул Ян, – ну откуда я знаю. Может, канал между доменами в прослойке так выглядит.

– А не знаешь, не тыкай во что попало жезлом, – строго сказал Марк и осекся.

– Типа субординацию нарушил? – Ян усмехнулся, – постараюсь. Мои действия более-менее мог прогнозировать и предвидеть только один субъект.

– Я, – выпятил грудь Пуфф.

– Ты и сейчас здесь и в основном провоцируешь, а Локи мог и предвидеть. Да ладно, может, еще когда-нибудь встретим. Смотрите, она раскрывается!

Конец лианы поделился на сектора и развернулся словно цветок, капсула с путешественниками отделилась от дороги и поплыла навстречу.

– А как оно там? – поинтересовался Марк.

– Где?

– В иной плоскости… Где «апельсин».

Ян прикрыл глаза и попытался сосредоточиться.

– Так же. Чищеный апельсин с выдвинутой долькой. Сегмент активен. Все. Постойте, а что вы видите?

– Я кишку от пылесоса, лиану или что-то такое…

– Согласен, – подтвердил Пуфф, – правда, не думал, что кишки у пылесоса так выглядят…

– Хобот, – поправился демон.

– Объяснил. Мне казалось, что кишки внутри, а хобот снаружи?! Но у пылесоса, – Пуфф задумался.

Тем временем расстояние между прозрачным шаром и лианой сократилось достаточно, объект попал в зону захвата, и обсуждение, на что это похоже, пришлось отложить. Все, что успел инстинктивно сделать демон, создать поручень, вмонтированный в остаток холма.

– Вцепились, живо!

Из покачивающегося исполинского цветка в сторону шара вытянулся лес длинных и тонких нитевидных отростков разной длины. Вдоль извивавшихся нитей пробегали желтые огоньки. Рост щетины сопроводился выбросом искрящейся пыли. Несмотря на сохранившийся в шаре микроклимат перекрестка ста дорог, фиксацию положение хрустального холма, мягкий наконечник приемного рукава, оболочку сильно тряхнуло.