Кафе лунатиков - Лорел Гамильтон

Закрыв за собой дверь, я поняла, что не добилась ничего, только вывела Берта из себя. Вполне приличный результат часовой работы, но не слишком большое достижение. Сейчас я собиралась сказать мисс Дрю, чем я могу ей помочь. Берт был прав насчет хорошей прессы. Проходя мимо Гундерсона, я ему кивнула. Он улыбнулся мне в ответ. Почему-то мне казалось, что на самом деле ему нужен не подъем мертвых. Что ж, вскоре выясним.

Мисс Дрю сидела, положив ногу на ногу и сложив руки на коленях. Воплощение элегантного терпения.

– Может быть, я смогу вам помочь, мисс Дрю, – сказала я. – Не уверена, но среди моих знакомых может найтись тот, кто вам будет полезен.

Она встала, протянув мне наманикюренную руку.

– Это было бы чудесно, мисс Блейк. Я очень буду вам благодарна.

– У Мэри есть телефон, по которому с вами можно связаться?

– Есть, – улыбнулась она.

И я улыбнулась, открыла дверь, и женщина прошла мимо меня в облаке дорогих духов.

– Мистер Гундерсон, я к вашим услугам.

Он встал, отложив журнал на столик рядом с фикусом. Двигался он без той танцующей грации, как другие оборотни, но ведь лебеди на суше не особенно грациозны.

– Присядьте, мистер Гундерсон.

– Каспар, если можно.

Я прислонилась к краю стола, разглядывая Гундерсона сверху вниз.

– Зачем вы сюда пришли, Каспар?

Он улыбнулся:

– Маркус хочет извиниться за эту ночь.

– Тогда ему надо было бы прийти лично.

Каспар улыбнулся шире:

– Он считает, что предложение значительного денежного вознаграждения может возместить недостаток нашего гостеприимства.

– Он ошибается.

– И вы ни на дюйм не уступите?

– Нет.

– И вы не станете нам помогать?

Я вздохнула:

– Над этим я работаю. Но не знаю, что смогу сделать. Кто или что может устранить восемь оборотней без борьбы?

– Я понятия не имею. И никто из нас не имеет понятия. Вот почему мы обратились к вам.

Ничего себе, они еще меньше меня знают! Это не слишком успокаивает.

– Маркус дал мне список людей, которых следует расспросить. – Я протянула ему лист. – Есть мысли или дополнения?

Он нахмурился, сведя брови. Белые брови, не из волос. Я моргнула, стараясь сосредоточиться. Кажется, меня тот факт, что Каспар покрыт перьями, беспокоит больше, чем нужно.

– Все это соперники Маркуса в борьбе за власть. В кафе вы их почти всех видели.

– Вы думаете, он действительно их подозревает или просто хочет осложнить соперникам жизнь?

– Не знаю.

– Маркус сказал, что вы сможете ответить на мои вопросы. Вы знаете что-нибудь такое, чего я не знаю?

– Я бы сказал, что знаю об обществе оборотней куда больше, чем можете знать вы, – ответил он, несколько обиженный.

– Извините. Наверное, предположение Маркуса, что его соперники имеют к этому отношение, – это всего лишь принятие желаемого за действительное. Это не ваша вина, что он плетет интриги.

– Маркус часто старается взять все под свое управление. Вы это видели прошлой ночью.

– Пока что его искусство управленца не произвело на меня особого впечатления.

– Он считает, что, если у оборотней будет единый правитель, мы станем силой, способной соперничать с вампирами.

Может быть, он в этом и прав.

– И этим правителем хочет быть он, – заметила я.

– Конечно.

Зажужжал интерком.

– Прошу прощения. – Я нажала кнопку. – Мэри, кто там?

– Ричард Зееман на второй линии. Говорит, что отвечает на ваше сообщение.

Я задумалась, потом сказала:

– Соедини меня с ним.

И взяла трубку, ни на миг не забывая, что Каспар сидит и слушает. Можно было бы попросить его выйти, но мне уже надоело обращаться с клиентами, как адвокат в водевиле.

– Привет, Ричард!

– Я нашел твое послание на автоответчике, – сказал он, и голос его был очень осторожен, будто он балансировал бокалом, до краев наполненным водой.

– Кажется, нам надо поговорить, – сказала я.

– Согласен.

Ну и ну, до чего же мы сегодня деликатные.

– Я думала, это мне полагается беситься. Отчего же у тебя такой голос?

– Я узнал о том, что было ночью.

Я ждала, чтобы он сказал еще что-нибудь, но молчание тянулось до бесконечности. Заполнить его пришлось мне.

– Послушай, у меня сейчас клиент. Хочешь встретиться и поговорить?

– Даже очень.

– У меня перерыв на ужин около шести. Встретимся в китайском ресторане на Олив?

– Как-то не очень уединенно.

– А что бы ты предложил?

– У меня.

– У меня будет только час, Ричард. Не хватит времени так далеко ехать.

– Тогда у тебя.

– Нет.

– Почему?

– Просто нет, и все.

– То, что нам надо друг другу сказать, не очень подходит для общественного места. Ты и сама знаешь.

Я знала. А, черт с ним.

– Ладно, встречаемся у меня в начале седьмого. Мне что-нибудь привезти?

– Ты на работе, проще будет мне что-нибудь привезти. Свинину с грибами и крабовый суп?

Мы достаточно давно встречались, чтобы он мог заказать для меня еду, не спрашивая. Но он все равно спросил. Очко в его пользу.

– Значит, в шесть пятнадцать, – сказал он.

– До встречи.

– До встречи, Анита.

Мы оба повесили трубку. У меня живот свело узлом от напряжения. Если нам предстоит “то самое” выяснение отношений, последнее перед разрывом, то мне никак не надо, чтобы оно было у меня дома, но Ричард прав. Не стоит вопить про ликантропов и убийства людей в ресторане. И все равно такая перспектива восторга не вызывала.