Маленькие люди - Олег Рой

– Вот холера, – сказал Барт с досадой. – И что, скажите, пожалуйста, делать с этой молодежью? Девочка – умница, росла у меня на глазах, всегда такая была рассудительная, разумная, а сейчас ее просто не узнать, словно ее покусали бешеные осы. А главное, ведь я же знаю, что этот шалопай ее поматросит и оставит на мели одну, а сделать ничего не могу. Когда такой же хлыщ к моей Марго подкатывался, я его подстерег в пустынном переулке и от души надавал пинков. Да так, что он потом неделю ходил на полусогнутых, а нашего дома боялся почище старой части кладбища, стороной за версту обходил. Но это была моя Марго… А тут ребенок-то чужой…

– И что, – спросил я каким-то не своим голосом, – у них все серьезно?

– У Фредди ни с кем серьезно быть не может, – отрезал Блейк.

– И часто они так… уезжают?

– Да вот уже в третий раз. Может, я, конечно, зря паникую, но Фредди-то я знаю. Этот гаденыш хоть и мал, но уже полдюжине девочек успел в душу нагадить. Боюсь, что и Ариэль это ждет.

– А Блейку вы не говорили об этом? – спросил я.

– Нет, – ответил Барт. – Хотя, может, и стоит. Слушайте, док, да вы голова!

– Вот что, – решил я. – Я сегодня сам с ним поговорю. Я в городе недавно, но уже успел эту вашу шатию-братию невзлюбить. Честно, не понимаю, почему вы этих паразитов все время выбираете.

– Тут все очень хитро устроено, – усмехнувшись, ответил Барт. – После… провального президентства, скажем так, городской совет порешил, что кандидат в президенты должен вносить в Избирком приличный залог, который он теряет в случае проигрыша. А таких денег, кроме этой двоицы, ни у кого в городе нет. Ну, и не стоит забывать, что вся наша жизнь завязана на «Гроб» и «Харконен Энтерпрайзес».

– Барт, а скажите мне, – внезапно мне захотелось задать еще один мучивший меня вопрос. – Кто был третий президент? Тот, которого они так и не пустили к штурвалу?

Неожиданно рубаха-парень Барт сжался, как пружина:

– Да какая, в сущности, разница? Был себе и был.

– Это был Блейк? – спросил я в лоб.

Барт поднял на меня усталый взгляд. Уголок его губы подрагивал, словно не зная, подняться ли ему до улыбки или скорбно опуститься вниз.

– Нет, док, не Блейк. Это был я.

Получив все-таки свой сэндвич, Кэмерон не остался с Бартом, а по какой-то своей собачьей логике решил сопровождать меня, а я, распрощавшись с несостоявшимся президентом Хоулленда, не спеша пошел по Тринити-лейн в обратном направлении. Я чувствовал себя каким-то оглушенным и опустошенным. Маленький уютный Хоулленд оказался совсем не таким городом-без-происшествий, каким казался мне поначалу. Чего стоит свергнутый президент, охраняющий с нестреляющим автоматом того, кто его фактически сверг!

Теперь мне совсем не казались удивительными произошедшие со мной перемены. И вообще… что-то в моей душе исчезло как-то совершенно для меня незаметно, но на месте этой утраты появилась дыра, и через нее дул ледяной сквозняк, от которого душе было зябко. Я посмотрел вокруг. Ясное поутру небо вновь хмурилось невесть откуда набежавшими тучами, готовыми вот-вот пролиться дождем.

Первые капли этого дождя упали на землю аккурат у заветного перекрестка, на котором теперь располагалась моя аптека. Но, как это часто бывает летом, накрапывающий дождь моментально превратился в ливень. Я хотел было добежать до дверей моей будущей аптеки, но это оказалось невозможно – ливень разошелся не на шутку. Будь я по-прежнему шести футов росту, мне бы это, наверно, удалось, а так я просто метнулся под навес кафе, чувствуя спиной полновесные удары крупных капель.

Под навесом я слегка отдышался, а затем решил, пользуясь вынужденной паузой, заказать себе кофе с рогаликом. На террасе находилось несколько человек, по большей части тоже прячущихся от дождя. Среди них я заметил и Барбару, перед которой стояла пустая тарелка со следами кетчупа – должно быть, она все-таки нарушила свою строгую диету, на которой фанатично сидела. Кстати, совершенно не понимаю, зачем ей это, она и так худа, как сушеная сардина.

Я взял кофе, рогалик и присел за столик к Барбаре.

– Если сейчас кто-то станет грабить мой магазин, я смогу только беспомощно смотреть на это, – сказала она, поздоровавшись. – Выскочила, называется, перекусить. Как ваши дела, дорогой док?

Я неопределенно пожал плечами:

– Так себе. Есть хорошие новости – мой коллега и друг Чандрасвами Утрахатамахратапрадеш, работающий на «Фишер-групп», обещал закупить не только нужный мне товар, но и все торговое оборудование, и даже приложить схемы размещения товара и все необходимое программное обеспечение.

– Потрясающе, что вы без запинки произносите его имя. Я точно не смогу, даже если потрачу на это полжизни. И вообще здорово! – засмеялась она. – А денег вам хватит? Ведь вы начинаете с нуля…

– Даже слишком, – ответил я. – У меня накопились неплохие сбережения, поскольку на себя я почти ничего не тратил.

– Ну, тогда дело у вас пойдет, – горячо заверила меня Барбара. – Вообще весь город ждет открытия вашей аптеки. Готовьтесь к наплыву посетителей.

– Вот черт, – ответил я. – Первый день на новой работе, и…

– Да не бойтесь вы, – ободряюще улыбнулась Барбара. – Лепреконы – народ дружелюбный и понимающий.

Мы помолчали, думая каждый о своем. Дождь, кажется, начинал ослабевать, хотя, возможно, это просто разум выдавал желаемое за действительное. Я подумал, что не помню, когда в последний раз попадал под дождь. Такие вещи проходили мимо меня. А ведь это природа, живая жизнь…

А Барбара смотрела на меня испытующе, словно ожидая чего-то.

– Как ваша бухгалтерия? – спросил я.

– Уныло, – ответила она. – Все выверила, хотя под конец пришлось в глаза спички вставлять. На Большой земле я бы, конечно, не справилась, но в Хоулленде бухучет не такой уж запутанный. Сами вскоре убедитесь.

От этих слов меня прямо-таки передернуло. Откровенно говоря, убеждаться в простоте и доступности здешнего бухучета мне совсем не хотелось, бухгалтерии я побаивался.

– А где вы были? – спросила она словно бы невзначай, мимоходом, но я почувствовал, что этот вопрос ей по-настоящему интересен. И решил, что следует обсудить сложившуюся ситуацию именно с ней. Все-таки она женщина, может, ей понятнее, что, собственно, происходит с Ариэль?

– Ходил замолвить за вас словечко, – сказал я, опустив взгляд. – Да только без толку. Ариэль на месте не оказалось.

– То есть как это не оказалось? – удивленно подняла брови Барбара.

– А очень просто. Она куда-то уехала с Харконеном-младшим. Насколько я могу судить, у них роман.

Барбара вздрогнула, словно ее ударило разрядом тока:

– С молодым Харконеном? Я, конечно, в городе недавно, но ничего хорошего не слышала про этого… – тут она употребила слово, которое я скорей ожидал бы услышать из уст портового грузчика.