Ускользающий мир - Марина Ефиминюк

– Почему за тобой гонятся эти собаки? – спокойно спросил парень, ловко лавируя в дорожном потоке и стараясь уйти от погони.

Я глянула в зеркальце заднего вида – преследователи не отставали – и прокомментировала, кивнув:

– Теперь они и за тобой гонятся.

– Не страшно. – Сжав зубы, парень крутанул рулем и прибавил газ. – Меня им все равно не догнать.

Мы неслись как сумасшедшие. Я привычно выжимала несуществующую у пассажира педаль тормоза и молилась про себя остаться живой. Зато от погони сумели скрыться. После очередного ловкого маневра с заездом в узкий переулок машина преследователей исчезла из поля зрения. Водитель сбавил скорость, спокойно проезжая по ярко освещенной улице с многочисленными питейными заведениями, светившимися разноцветными вывесками. На тротуарах толпились люди, горели красные фонари, придавая улице мистическую, почти потустороннюю красоту.

– Это они тебя так? Те, кто гнался за тобой, – намекнул на мои синяки парень, когда молчание стало буквально неприличным.

– Похоже, что они, – хмуро отозвалась я, тяжело вздыхая.

– Похоже? – Он вскинул брови, покосившись. – Ты еще и не уверена? Куда тебя отвезти? – задал он вопрос, который пугал меня больше всего.

Отчего-то здесь, в чужом мире, становилось не так панически страшно, когда кто-то был рядом, пускай и на время.

Я помолчала, а потом выдавила из себя, стараясь справиться с некстати подступившими к горлу слезами:

– Не знаю. – Голос прозвучал жалко и тоненько.

Прикусив губу, я всхлипнула.

Парень внимательно глянул в мое разбитое лицо и хмуро отозвался:

– Так, понятно.

Он остановился у заведения с темно-зеленой дверью и скомандовал:

– Выходи!

Я испуганно вытаращилась, готовая отдать полжизни, лишь бы еще немного остаться в салоне рядом с ним, а не в одиночестве на незнакомой улице, не понимая, что делать и как поступить дальше.

– Да не смотри так, – он поморщился, – просто чего-нибудь горячего выпить хочется.

Чайная с вывеской «У Катрины» оказалось совсем маленькой, с интимным полумраком, затаившейся в углах темнотой, крохотными круглыми столиками и большой барной стойкой. На самом видном месте стояла непонятная конструкция: горизонтальный плоский экран на тонких хромированных ножках.

Официантка в бесстыдно коротеньком платьице, старавшаяся не пялиться на мой заклеенный лоб, показала нам самый дальний от входа столик, накрытый скатертью и украшенный едва теплившейся толстой свечой посередке.

– Тебя как зовут? – Парень развалился на маленьком стуле и положил на столешницу локти.

Я осторожно уселась на краешек, бросив сумку на пол рядом.

– Женя.

– Роман, – кивнул он. – Будем знакомы. Почему они за тобой гнались?

Я пожала плечами и дотронулась трясущимися пальцами до ноющей опухшей переносицы. Цепким взглядом Роман впился в крохотный медальон на моем запястье, обмотанном тонким кожаном шнурком. Ловец Люкки переливался красным блеском особенно ярко и игриво.

Парень кивнул:

– Ну теперь понятно.

Какие ложные выводы он умудрился сделать, я уточнять побоялась. От тепла и сладких запахов травяных чаев я расслабилась и даже смогла вымученно улыбнуться.

– Что-нибудь будешь? – галантно предложил он, больше не поднимая тем, которые я все равно не смогла бы обсуждать.

– Кофе было бы здорово.

Парень насторожился:

– И давно увлекаешься кофе? – спросил Роман таким тоном, словно я призналась в пагубном пристрастии к тяжелым наркотикам.

– Ну, – почувствовав себя идиоткой, промямлила я, – у меня давление низкое, поэтому без кофе по утрам не могу проснуться… И вечером тоже. Пью. Иногда.

Роман внимательно разглядывал меня, а потом вдруг огорошил:

– Они за тобой ведь из-за кофе гоняются, да?

Они за мной гоняются из-за парня, который оказался настоящим подонком. Именно он виноват, что я каким-то образом попала в незнакомый опасный мир, где «много лесов и одиноких людей», превратившись в растерянную брошенную тень с заклеенным лбом! Увижу когда-нибудь гада – врежу по физиономии! К сожалению, новому знакомому подобного я рассказать, конечно, не могла, поэтому только неуверенно кивнула.

Роман подозвал официантку и попросил два травяных настоя. Может быть, в мире Люкки было не принято пить кофе по вечерам, поэтому парень отреагировал на мою просьбу по меньшей мере удивленно.

Девушка скоро вернулась с двумя чашечками, в которых плескался ароматный напиток ярко-алого цвета, а на дне словно порхала лепестками-крылышками распустившаяся от кипятка лилия. Над чашечкой струился горячий дымок, от первого глотка в желудке стало тепло и приятно. Я втянула носом сладкий запах, стараясь не смотреть в худое лицо своего спасителя с круглым, словно монетка, родимым пятном на щеке.

– Знаешь, Женя, не постесняюсь спросить у тебя одну вещь.

Я глянула на него приглашающе.

– Чей это ловец энергии?

– Что?! – опешила я, поперхнувшись.

– Ты носишь очень заметный ловец с агрессивной энергией, за тобой гонятся какие-то люди, ты громко просишь кофе, не видя причин, почему должна помалкивать на эту тему. Ты не можешь ничего толком объяснить и боишься сказать лишнее слово, чтобы я не разгадал правды. И самое главное… – Он вытянул из-за пазухи крупный гладкий медальон, переливавшийся голубоватым свечением, как у медсестры в больнице. – Еще полчаса назад, до встречи с тобой, мой ловец был почти разряжен, меня даже шатало от слабости, а теперь я словно в энергетическом хранилище нахожусь. Медальон полный…

Я жалобно хлопала глазами, чувствуя, что горло нехорошо перехватило, а сердце забилось, как сумасшедшее.

– Ты из второй параллели? – Он внимательно разглядывал меня, ожидая ответа.

Мои мысли метались в поисках правдивой лжи, но, как всегда, ничего в голову не шло. Как ни крути, врать я не умела.

– Не знаю, как сюда попала, – честно призналась я и, облокотившись на стол, устало потерла переносицу. – Но самое главное, я не понимаю, как вернуться обратно.

– Они тебя сюда перетащили?

Я только пожала плечами.

– Это из-за хозяина ловца? – кивнул он на медальон. – Кто он?

Быстро спрятав руку под стол, я почала головой:

– Неважно.

– Благородный… – усмехнулся невесело Роман, разглядывая бармена, протирающего за стойкой стаканы. – Устроил даме неприятности и свалил. Очень благородный.

Я безучастно пожала плечами, не собираясь спорить или пускаться в объяснения. Наверное, со стороны ситуация выглядела подобным неприглядным образом.