Последний Намсара: Плененная королева - Кристен Сиккарелли

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

Дакс взглянул на перо, а потом на чернильницу. По столу были разбросаны пергаментные листки, и он попытался судорожно их собрать. Роя дотронулась до его плеча. Дакс замер, и тогда она поставила свечу на стол и взяла один листок.

Это было письмо.

Ее письмо.

Всю зиму она писала ему письма – это было частью ее занятий. «Для тебя это будет хорошей практикой, – говорили ее учителя, – ведь когда-нибудь ты станешь хозяйкой Поющего Дома».

Она разглядывала собственный аккуратный почерк. Дакс выбирал разные слова из ее письма и переписывал их снова и снова. Так ему велели учителя прошлым летом.

Роя глянула на него поверх листка.

– Я думала, они до тебя не доходят.

Дакс опустил голову.

– Почему ты ни на одно не ответил? – строго спросила она.

– А как ты думаешь? – полушепотом отозвался он, нервно дергая коленом.

– Если бы я знала, – отрезала Роя, – я бы не спрашивала.

– Потому что я не смог их прочитать!

Ее рот приоткрылся от удивления. Но именно по этой причине он и провел прошлое лето в Поющем Доме. С ним занимались учителя Рои – потому что его собственные учителя так и не смогли ничему его научить.

Роя была уверена, что с тех пор он хоть что-то запомнил.

– Ты не прочел ни одно мое письмо?

Его молчание было ответом.

Почему-то ее это разозлило.

– Ты же сын короля, Дакс. Ты мог приказать, чтобы кто-нибудь тебе прочел!

Щеки Дакса вспыхнули.

– И ты мог бы продиктовать ответ, – продолжала она. – Многие так делают, это нормально.

Дакс взглянул на нее, и в его взгляде мелькнула боль, словно он пытался ей что-то объяснить, а она отказывалась понимать.

Роя взяла листок, сплошь исписанный кривыми буквами. Одно-единственное слово. Ее имя.

Сердце Рои учащенно забилось.

– А вдруг Тео прав? – тихо произнес Дакс, не сводя взгляда с чернильницы и пера. – Может быть, со мной действительно что-то не так, и я никогда не научусь читать и писать?

Воспоминания о Тео и его утренних словах всколыхнуло в ней новую волну злости.

– Слушай.

Она уселась перед ним на стол.

– Во-первых, Тео грубиян и задира.

Дакс уставился на ее голые лодыжки, болтающиеся прямо перед ним.

– А во-вторых, с тобой все в порядке.

Он поднял голову.

– Тогда почему я не могу запомнить, как делать то, что всем остальным так легко дается?

Роя замолчала, не находя ответа на этот вопрос.

Дакс отвернулся и двинул стулом, вставая.

– Уже поздно. Нам лучше разойтись. Если твой отец…

Роя схватила его за руку, и Дакс моментально застыл.

– У меня есть идея, – сказала она и спрыгнула со стола.

Она быстро раздула тлеющие в камине угли и подбросила несколько поленьев. Когда огонь разгорелся, она уселась перед ним на ковер и велела Даксу принести ее письма. Он собрал их со стола и осторожно присел рядом.

Роя развернула первое письмо и начала читать.

Она прочитала ему каждое письмо, что написала в ту зиму. Скучные письма о том, как они работали в полях. Откровенные – о том, как они дерутся с Эсси. Серьезные – о страхе, который сковывает ее при мысли, что однажды ей придется унаследовать Поющий Дом. И даже одно письмо, в котором она признается, что скучает по нему – или точнее, по игре в «Богов и чудовищ» с ним.

Во время чтения она вела по словам пальцам, чтобы Дакс смог различить их написание и звучание. Она читала, пока ее голос не охрип, а глаза не начали слипаться. Она читала, пока не начала клевать носом.

Так они и уснули – на ковре рядом с камином в кабинете ее отца. А когда Роя проснулась, солнце еще только готовилось выплыть из-за горизонта, и мир за окном переливался голубым и золотистым в ожидании рассвета. Она повернулась и взглянула на Дакса, спящего рядом. Его грудь мерно вздымалась, и Роя вдруг подумала, что ему уже тринадцать, и он не только стал выше, чем был в прошлое лето, но и раздался в плечах. Он подложил под голову согнутую руку, и она заметила, как окрепли и налились силой его мускулы.

Какое-то необъяснимое теплое чувство внезапно пронзило Рою, пока она рассматривала его, скользя взглядом по шее, линии подбородка, по мягким очертаниям губ.

Она вдруг почувствовала вину.

Ведь Дакс нравился Эсси, а не ей.

Ей следует прямо сейчас подняться и тихо ускользнуть. Это будет самый правильный поступок.

Но Роя не совершала правильных поступков.

Вместо этого она приподнялась на локте и продолжила разглядывать лицо Дакса в неярком свете раннего утра.

Снова и снова ее взгляд возвращался к его губам.

Каково это будет – поцеловать королевского сына?

Роя чуть наклонилась вперед.

Словно почувствовав это, Дакс пошевелился.

Роя быстро отпрянула и легла рядом, притворившись спящей. Сердце учащенно забилось. Она услышала, как Дакс повернулся, и приоткрыла глаза. Он сидел спиной и смотрел в сторону, потирая шею. За окном занимался рассвет, и слышно было, как где-то вдалеке в саду ведут утреннюю перекличку горластые петухи.

– Нам нужно уходить отсюда, – повернувшись к ней, сказал Дакс. – Пока твой отец не нашел нас и не выгнал меня взашей из дома.

Он невольно вздрогнул при этой мысли, но тут же улыбнулся.

Роя догадалась, что он имел в виду, и зарделась. Он прав. Они уже не дети. Нельзя, чтобы их увидели здесь. На рассвете.

Вдвоем.

Роя поднялась первой.

Они тихо пробрались к двери, и Роя выглянула в коридор. Он был пуст.

Дакс повернул было к главному залу, но Роя схватила его за руку и покачала головой. Там могли быть слуги – в это время они уже наверняка разжигают потухший огонь в каминах, чтобы прогреть дом. Она потянула его в другую сторону, в темный коридор, ведущий в гостевое крыло в обход.

Они подошли к двери спальни Дакса, и тогда он отпустил ее руку.

Но прежде чем он скрылся в комнате, Роя мягко тронула его за плечо. Перед глазами у нее стояло собственное имя, написанное нетвердой рукой.

– Дакс…

Он взглянул на нее сверху вниз.

Щеки Рои горели. Что она делает?

Должно быть, Дакс все понял. Он слегка склонил к ней голову, глядя прямо в глаза.

Не раздумывая, Роя поднялась на цыпочки и поцеловала его.