Рыцарь Ртуть - Кристофер Сташеф

— Конечно, плачу, но сомневаюсь, чтобы деньги ко мне вернулись, — Джеффри с широкой улыбкой пожал руку своему будущему деверю.

— Как приятно видеть тебя, Ален, здорово, что ты прилетел на помощь! Хотя нельзя подвергать опасности принца! — это он сказал уже Корделии.

— Ты сам демонстрируешь глупость такого поведения, — улыбнулся Ален, отвечая на рукопожатие. — Когда я стану королем, мне придется вести армию в бой, поэтому я должен привыкать к схваткам. — И уже к Корделии;

— Ты мне не говорила, что нас ожидает здесь.

— Я сама не знала, — сестра сердито посмотрела на Джеффри. — Хотя следовало бы догадаться, ведь здесь ты! Ты собираешься сразиться с разбойниками?

— Да, — послышался голос у них за спинами, — и сравнять их с землей!

Все повернулись и увидели приближающуюся Ртуть. У Джеффри перехватило дыхание, она была одета, как невеста: в белое платье, с венком в волосах.

Мгновение он стоял неподвижно, мучаясь от сверхъестественного предчувствия. Неужели он видит свое будущее? Он испытал острое желание, какого не было еще прежде. Хотелось схватить это прелестное создание и сжать его в объятиях.

Но тут Джеффри заметил, что на юбке мелькнули разрезы, сквозь которые виднелись ноги, а в руках Ртуть держала меч.

Девушка позаботилась, чтобы свадебное платье не мешало свободе движений в бою.

«Тем не менее она великолепна, — подумал Джеффри, — в этой развевающейся юбке, с разбросанными по плечам рыжими волосами, которые на солнце отливают золотом».

В это мгновение он ощутил напряжение в воздухе — растущее соперничество двух женщин! Обе ведьмы увидели одна в другой возможную соперницу. Джеффри предпочел действовать, чтобы снять напряжение.

— Ртуть, это моя сестра Корделия и ее жених Ален, — представил он гостей. Ему показалось уместным опустить титул «принц».

Джеффри заметил, что взгляд Ртути задержался на красивом открытом лице Алена и его широких плечах, и удивился, ощутив укол ревности. Чтобы скрыть это, он продолжил представление:

— Корделия, Ален, это Ртуть, предводительница разбойников в графстве Лаэг.

— И его пленница. Он слишком галантен, чтобы напомнить об этом, — проговорила Ртуть, не протянув руки для рукопожатия. — Очень мило с твоей стороны, миледи, что ты пришла, но впереди у нас сражение, и тебе не стоит задерживаться.

— Мне приходилось и раньше наблюдать схватки, — улыбнулась Корделия, — и если понадобится, я приму в ней участие.

Ртуть, нахмурившись, повернулась к Джеффри.

— Знаешь, я не могу руководить боем, когда эта женщина расстраивает мои планы своими представлениями о помощи.

— Думаешь, я ничего не понимаю в войне? — спросила Корделия. — Я буду смотреть сверху и предложу помощь только в том случае, если замечу, что кто-то из ваших людей оказался в трудной ситуации.

— И то хлеб, — с неохотой согласилась Ртуть, и Джеффри пришло в голову, что она не хочет, чтобы кто-то из мужчин оказался в таком положении.

Но Ален обратил внимание на то, что не заметили другие.

— А что за люди, которыми ты командуешь, Ртуть?

— Разумеется, разбойники графства Лаэг, — медленно ответил Джеффри, — вернее, половина их.

Ртуть недовольно повернулась к нему.

— Ты знал!

— Они двигались очень тихо, — пояснил Джеффри, — но уж очень шумели мыслями. И вообще, услышав крик совы после рассвета, я стал подозрителен — особенно после того, как вы с ней переговорили.

Глаза Ртути сузились.

— Пожалуй, ты слишком быстро соображаешь.

— Хвала Небу за это, — ядовито ухмыльнулся Джеффри.

Корделия изумленно посмотрела на него.

— Она ведь твоя пленница.

— Пленники довольно редко ходят с оружием, — заметил Ален.

— Он только что вернул мне меч, — оправдывалась Ртуть, — потому что понадобилась моя помощь против разбойников.

— А когда бой завершится? — преспокойно спросил Ален. — Ты вернешь ему меч?

— Если он потребует.

— Давайте сначала выиграем сражение, — вмешался Джеффри. — Корделия прилетела лечить жителей деревни, Ртуть.

Предводительница разбойников нахмурилась.

— Они больны? Чем?

— От неполноценной пищи, — объяснила Корделия. — Мой брат уже дал им витамины, и мы должны уговорить их забрать бобы, пока их не растащили птицы.

— Это нетрудно, — уверенно проговорила Ртуть и повернулась к домам. — Эй! Тетки! А ну выходите к Ртути! — Немедленно показались женщины, поколебались немногие, остальные же побежали к предводительнице разбойников.

— Она не очень-то тактична, — шепотом заметила Корделия.

— Да, — согласился Джеффри, — но результатов достигает потрясающих.

Корделия проницательно взглянула на брата.

— Не стоит ожидать результатов, которых не может быть!

— Не бойся, — тихо ответил ей Джеффри. — Она совсем другая.

— Я не заметила, — сухо сказала Корделия.

— Как не заметила? Она настоящий мотор, она…. — Джеффри, — негромко вмешался Ален, — твоя сестра; иронизирует.

Джеффри удивленно посмотрел на Корделию, потом широко улыбнулся.

— Я сел на своего конька, верно?

— Нет, — резко ответила Корделия, — и лучше не надо!

Женщины уходили в дома, неся полные передники бобов, а Ртуть вернулась к Джеффри и его гостям.

— Я заставила их дать слово, что до ухода разбойников они не станут их варить. — Затем она недоверчиво и сердито посмотрела на Джеффри:

— Как ты принес их сюда, чародей?

— А то ты сама не знаешь, ты же ведьма, — отмахнулся Джеффри.

— Она и правда ведьма? — заинтересовалась Корделия. — И, конечно же, необученная.

— К сожалению, — неохотно призналась Ртуть, — если ты имеешь в виду, что мне самой приходилось овладевать своими способностями.

— Еще бы. Знай же, гордая женщина, что чародей может перенести любой предмет, просто подумав о нем. Мы называем это телепортацией.

Ртуть возмущенно посмотрела на нее.

— Мужчины могут, а женщины нет? Это несправедливо!

— Ну и что, — спокойно отозвалась Корделия, — зато они не могут заставить летать предметы, хотя сами летают.

— Твой брат может.

— Все мои братья могут, — ответила Корделия. — Одни из всех чародеев Грамария, и ты правильно сказала: это несправедливо.

Ален встревоженно поднял голову:

— Я слышу звон упряжи.

Все смолкли на некоторое время. Затем Ртуть подтвердила: