Миссия «Демо-2020» - Антон Краснов

Между тем Сильвия фон Каучук вовсю демонстрировала перед высокой комиссией достоинства системы «Опрокинутое небо». Система стояла на голосовом управлении, и Сильвия разговаривала с ней, как беседуют с не очень умным, но все-таки вменяемым учеником на уроке физики:

– Выдвини панель «А». Так. Очень хорошо. Потоковые накопители F и N2 активируй. Прекрасно.

Обратите внимание, – с непроницаемым лицом заправской иллюзионистки повернулась она к развалившейся на плазменном экране высокой аудитории, – вот на эту мышь. – Она вытянула из одного из бездонных карманов сосуд, в котором в самом деле сидела мышь. Чем-то она напомнила Афанасьеву безымянного члена миссии № 4, которого спустили в зал в прозрачной колбе два на четыре метра. Между тем фрау фон Каучук продолжала: – Помещаем мышь на выдвижную панель и ставим минутное перемещение в будущее. Параллельно запускаем систему клонирования. Мышь исчезнет, переместившись в будущее, а по прошествии одной минуты на панели возникнут уже две мыши. Запускай! – бодро скомандовала она.

«Все это мне напоминает очередную армейскую историю», – включился неугомонный бес Сребреник.

– Какую там еще историю, Серега?

«Ну как же! Видишь, как эта человек-гора нежно обращается с машиной времени?.. Вот и в армии: „Товарищ прапорщик, остановите танк!“ – „Есть, товарищ майор! Та-а-анк… стой, рррраз-два!!!“

Между тем чудеса, обещаемые фрау Сильвией, не замедлили сбыться. Генерал Бишоп закивал своей чурбанообразной головой, а президент Нэви Буш-третий важно надул щеки и сказал:

– В самом деле, впечатляет. Такое… новотворчество…

– Господин президент хотел сказать: новаторство, – поправила сенатор Кэтлин Буш. – Кстати, а почему все это… машина, система и весь проект… почему это называется «Опрокинутое небо»?

– Видите ли, – внушительно сказала фон Каучук, – чтобы понять смысл названия, надо самому пройти через перемещение во времени…

– Well, – наперебой закивала головами комиссия.

На этом предварительные испытания машины времени закончились.

Настали суровые будни для финальной подготовки и тестирования отобранных к миссии людей.

4

Впрочем, ближе к вечеру того же дня Афанасьеву удалось выбиться из жестокого графика и отправиться на станцию метро «Марксистская», близ которой находился центральный офис банка «Вега-кредит». Председателем правления этого банка был Н. А. Ковалев, в просторечии Колян. Впрочем, время просторечий безнадежно миновало, понял Афанасьев, когда увидел внушительное здание, сверкающее стеклом и металлом, и высоченные двери из тонированного стеклосплава, прозрачного изнутри и абсолютно непроницаемого (и непробиваемого) снаружи. В лиио Жене тотчас же ткнулось несколько камер, и он понял, что попасть к старому другу будет не так уж просто.

С боем ему удалось одолеть несколько заградительных бюрократическо-охранных редутов, стоявших на пути между ним и вожделенным кабинетом Ковалева, и наконец он оказался в приемной банкира, где миловидная секретарша, наповал сражая вырезом блузки, сообщила Афанасьеву, что Николая Алексеевича нет и ни для кого не будет. Это «ни для кого» вызвало у Афанасьева сдержанную улыбку.

– Милая, скажите ему, что пришел Евгений Афанасьев, – сказал он. – Коля-а-а-ан!! – вдруг крикнул Женя, не дожидаясь, пока милая девушка развернет свои прелести и сообщит боссу о приходе посетителя. – Слышь, Колян! Меня тут пускать не хотят!

– Что вы себе позво… – начала было та, возмущенно округлив губки, но тут же осеклась.

– Впустите его, впустите! – услышал Афанасьев знакомый голос Коляна Ковалева.

Перед Евгением тотчас же угодливо распахнули дверь, и он оказался в просторном, со вкусом обставленном и приятно кондиционированном кабинете банкира Ковалева. Афанасьев поднял глаза… Никакого Коляна он не увидел. По прихоти судьбы он не видел своего старинного друга уже года четыре, и с тех пор Колян перестал существовать, переплавившись в Николая Алексеевича, в меру упитанного и чрезвычайно представительного мужчину средних лет, с респектабельными и ладно вылепленными чертами и цивилизованным выражением сытого лица. Однако стоило Афанасьеву появиться в кабинете, из банкира Николая Алексеевича Ковалева тотчас же вылез прежний Колян: он хлопнул себя ладонью по влажному, с блестящими залысинами лбу и длинно, замысловато выругался.

– Здорово, бродяга! Какими судьбами у нас в первопрестольной? Может, хоть ты, Женек, объяснишь мне, в чем дело? – отстрелявшись в плане нецензурщины, закончил он и вышел из-за стола. – Та-ак… дай-ка я на тебя гляну. Хорош, ничего не скажешь. Годы прямо тебя не берут.

– Ты тоже ничего. Кушаешь, наверно, хорошо?

– Ага, ага. И не говори. А как там Ленок? Жинка твоя, говорю, как? Сына воспитывает? Моя вот тоже взялась плодиться. Третьего два года назад родила. А, ну да ты слыхал. Тут, в общем, Женек, такая непонятка образовалась. Я спрашиваю: да вы что, оборзели, куда вы моего сотрудника тащите-то? А они: спросите у Афанасьева, он наверняка к вам заглянет к тому же. Вот ты и заглянул. Давно в Москве? Это… коньячку?

– Да нет, я сегодня ночью выпил с Коркиным, до сих пор прибаливаю.

– С Антохой? Анатольичем? Он у нас теперь важный чин, а ведь такой, прости господи, алкаш был!

– Да он и сейчас не дурак по этому делу.

– Да? Ммм… делу. Да, о деле! Вот, говорю, такой конфуз тут произошел. Забрали моего лучшего работника, замначальника охраны банка, и толком мне ничего не объяснили. Сказали даже, что если я буду сильно пузыриться, то возьмут да и приостановят мне банковскую лицензию, чтобы я поумнел немного. Какие волчары, а?

В голове Жени Афанасьева установилась окончательная неразбериха.

– Какие волчары? Какой лучший работник? Ты, Колян, по порядку скажи. Не так сумбурно. Может, я что-то и проясню, хотя у меня у самого в башке такие потемки, что хоть с фонарями ходи.

– Забрали у меня Ковбасюка, – сообщил Ковалев, расстегивая две верхние пуговицы на рубашке. – А он у меня незаменимый. Ты же знаешь, он у нас этот… экстра-секс.

– Экстрасенс.

– Вот-вот. И я об этом. Мимо него, как в русских сказках талдычится, ни муха не пролетает, ни волк не прорыскивает: всех останавливает и шмонает! Мне однажды под машину взрывчатку подсунули, так он прочитал мысли какой-то собаки, которая это все видела, и обезопасил! Собака натуральная такая, вислоухая, дворняга, в общем, облезлая… Я ее за такой подвиг потом к себе на дачу отправил, отъедаться. А Ковбасюк… ну! И вот такого человека у меня выдернули из обоймы, ну не обидно ли?

И тут Афанасьев понял, кого именно видел он сегодня у Добродеева. Конечно же! Ковбасюк, бывший таксидермист, теперь переквалифицировавшийся в элитного охранника. Он, он! Недаром этот хит-роглазый Астарот Вельзевулович говорил, что миссия будет доукомплектована еще одним ценным кадром, а именно сильным экстрасенсом! Ковбасюк, способный понимать зверей, станет четвертым членом парадоксальной группы, сформированной ушлым куратором Добродеевым. Да!.. Ковбасюк, чучельник Ковбасюк замыкает список участников миссии.