Избранная дракона - Алиса Ганова

— Отец, я помогу! — раздался дерзкий голос, и прежде чем сообразила, кто это, меня вырвали из потных лап Эбека. Посмотрела на мужчину, как две капли воды похожего на родителя, только моложе, и поняла, что теперь подобно красному знамени перешла в руки одного из бастардов. Тизария после такого поворота точно разорвет меня на мелкие кусочки.

— Пшел вон! — зло прохрипел задыхающийся Эбек и ринулся отвоевывать добычу — меня.

— Сама пойду! — заерзала я: но соперники продолжали тянуть меня в разные стороны, толкаться, даже пинаться, несмотря на родство. Эбек не молод, но из-за веса походил на колосса, которого фиг сдвинешь с места, зато помощник оказался более юрким.

— Соет! — крикнул проигрывающий тизар охраннику, и на нас двинулся амбал. Я бы непременно, как муха Цокотуха, досталась бы озабоченному жирному пауку, любящему тащить в уголок сладких мушек, но примчался мой спаситель со своими телохранителями.

— Отец, я благодарен за заботу! — прерывисто дыша, процедил Ковен, — И матушка оценит твое мужество! — недобрым взглядом остановил телохранителя отца и грубым рывком вырвал меня из рук сводного брата. Что платье пошло по шву, никого не волновало. — Она знала, на тебя можно положиться! — На прощание лучезарно улыбнулся родственникам и поспешил уйти. Когда свернули за поворот, прошипел:

— Хотела ревности? Довольна?!

Я отчаянно завертела головой. Гордость гордостью, но если тизарин с мамулей-змеей заподозрят меня в желании усидеть на двух стульях, «сиделка» пострадает, поэтому принялась как можно искреннее уверять:

— Мы с тобой немного не сошлись в некоторых вопросах, и все же твое общество мне предпочтительнее, чем их. И в сад вышла в надежде встретиться с тобой и переговорить.

— Неужели водопадом не соблазнилась? И тем, что сам тизар нес на руках? — не поверил Ковен.

— Он меня под зад пинал!

— Я пропустил что-то интересное? — удивленно взглянул на меня.

— У него дрожали руки, и он пинал меня коленом под зад, чтобы не уронить. Было больно.

— Зато теперь оценишь разницу, — используя момент, тизарин попытался поцеловать, но я замахала руками, отстраняясь, и не сразу поняла, чего это он застыл на месте? Повернула голову и увидела: на дороге застыла воинственная Фрося и смотрит так недобро…

— Гленапупа, снова твои шутки? — спросил Ковен, а сам медленно поставил меня на дорожку и отодвинулся.

— Если бы! Я не умею ей управлять! Клянусь лучезарной Авсией!

Под почетным караулом, в сопровождении компаньонок, Ковена, его телохранителей и гордой маленькой ящерки я прошествовала в свои покои. А когда осталась наедине с Фросей, с укором обратилась к ней:

— А когда тизар лапал, где была? — и она, как нашкодивший щенок, юркнула под кровать.

День был сложным, я много волновалась, поэтому собиралась раньше лечь спать. И совсем не ожидала перед сном еще одного визита.

Громкие шаги Нельмелы услышала еще за дверью. За мгновения, пока она входила, перебрала самые ужасные догадки, однако тизария вошла и натянуто улыбнулась.

— Тебе нужен наставник? Будет! — пусть в завершении не добавила: «Разочаруешь

— пожалеешь», это подразумевалось. М-да, научусь управлять драконами — всех негодяев скормлю голодным зверюшкам.

Едва на горизонте забрезжил рассвет, меня разбудили, без объяснения причин спешки наскоро причесали, умыли и куда-то повели. Оказалось, на одну из садовых террас.

«Зачем? Что это значит?» — тревожно недоумевала я, а, увидев, знакомую фигуру — испугалась.

Варка, это точно он, унизительно обыскивали несколько охранников, что для гордого жреца подобно пощечинам. При нашем приближении он обернулся, окинул меня равнодушным взглядом и отвел глаза.

Пытаясь совладать с волнением, замедлила шаг. Нельзя показывать чувства. Но он как всегда оказался расторопнее, предусмотрительнее и, прежде чем я успела открыть рот, опустился на колено и склонил голову.

— Рад служить, избранная, — произнес официально-отчужденно, и мое сердце ухнуло вниз.

— Сожалею, что доставила хлопоты.

— Воля богов, — он склонился ниже. Нет, зная настоящего Варка, подозрительно видеть его покладистым. Не о такой встрече мечтала. Но все же рада, что жив.

— Позволь, избранная, начать обучение.

— Не возражаю.

Варк выпрямил спину и зашагал к зеленой лужайке. Дойдя, опустился прямо на траву и обхватил колени руками, приняв задумчивую позу.

— Избранной не пристало сидеть на земле, как простолюдинке! — возмутилась Авела, следовавшая за мной по пятам. Варк на замечание не ответил, даже не глянул в сторону придворной дамы.

— Значит, так надо, — заверила я рассерженную компаньонку. Села рядом с ним и скопировала его позу. Не уверена, что так долго высижу, но попытка — не пытка.

Охрана стояла поблизости, над душой и, как пить дать, собирались «греть» уши. Варк продолжал невозмутимо сидеть с закрытыми глазами, а я сталась сидеть так же и не пялиться на него. Хотя очень хотелось обнять широкие плечи, пожалеть, признаться, что сильно волновалась. После происшествия прошло не более двух суток, а у него синяки залегли под глазами, цвет кожи обрел нездоровый цвет. И как будто бы похудел. И ссадины, полученные в Асхаме, зацвели. Так еще гордый жрец вынужден стоять передо мною на коленях и изображать слугу. Вряд ли это добавит ему симпатий ко мне. Расстроилась…

От неожиданного звука, разорвавшего утреннюю тишину, вздрогнула и открыла глаза. Охрана побежала к кустам. Еще щелчок… Стрелой с дерева слетела Фрося и заметалась по поляне, издавая тот самый звук. Когда златокрыла выловила в траве рядом с Варком нечто мохнатое и многоногое и сомкнула челюсть, я сообразила, чем она хрустит… Завизжала, вскочила и, прыгая по траве, побежала на дорожку. Охрана тоже испугалась больших, мохнатых пауков, притаившихся в траве, и помчалась следом. Лишь Варк продолжал безучастно сидеть, даже глазом не моргнул. Зато Фроська сновала вокруг своего любимца и, как орехи, грызла паучищ. А когда расправилась, уселась на мое место и посмотрела с укором: «Трусиха».

Телохранители с немым восхищением взирали на крылатую ящерку. Я тоже. И все же возвращаться на поляну боялась. Но упрямец жрец продолжал сидеть там. Деваться некуда.

— Можно подходить? — спросила шепотом и, получив в ответ кивок, с опаской побрела к нему.

Вторая попытка приступить к занятиям увенчалась успехом.

— Закрой глаза и представь, будто из крохотной светлой точки появляется свет… — наставлял жрец. — Свет медленно растет и превращается в маленькой яйцо. Оно набирает силу, нагревается…

Повернулась и скептично посмотрела на наставника. Зная его, вполне допускала, что издевается. Неужели нельзя по-человечески объяснить суть медитации и концентрации внимания? Сразу яйца да пафос! Вздохнула, но пришлось делать, как велит.