Магия лжецов - Сара Гэйли

Табита уже ушла домой, когда я добралась до ее класса. Запертая дверь стала словно отсрочкой, данной мне вселенной: у меня есть еще один день, прежде чем мы поговорим об ее отношениях с Сильвией. Еще один день, прежде чем я буду вынуждена спросить, знает ли она что-нибудь о смерти своей девушки.

Я вышла на парковку, когда большая часть облаков, весь день расчерчивающих небо, сгустилась у горизонта, и от бьющего в глаза солнца мне пришлось зажмуриться. В багажнике своей машины я отыскала многоразовую сумку для продуктов – купила ее когда-то из добрых побуждений, да так ни разу и не воспользовалась. Высыпала в нее содержимое своего пиджака, наполнив ее до краев бумажными звездами. Затем аккуратно сложила пиджак, чтобы коридорная грязь оказалась внутри, и положила в мешок, поверх звезд. После этого отправилась домой.

Нет, не домой. Я там не живу. Это не мой дом. А всего лишь дело. Не моя квартира. Не мое место.

Хотя в настоящий момент оно является мне домом. Тогда буду думать о нем в таком ключе. Все равно это ненадолго.

По пути к себе я металась между самобичеванием и самолюбованием. Надо было сказать Рахулу, что никакой я не маг, но для дела лучше, чтобы об этом никто не знал. Если они узнают, что я не своя, начнут по-другому со мной говорить. И дело не в том, что я стремилась понравиться ему – все это было ради дела. Ради работы.

С другой стороны, когда я спросила, не заигрывает ли он со мной, Рахул ответил «вполне может быть», как будто это стало для него восхитительным открытием. Я старалась не поддаваться его чарам, но рот сам невольно растягивался в улыбке. Так приятно с кем-то пофлиртовать. Я изо всех сил закусила губу, чтобы прогнать легкомысленное настроение. Оно не для меня. А для той, с кем, как ему казалось – и как позволяла думать я, – он флиртовал.

Я пыталась отделаться от этого ощущения. Но не очень-то усердно.

Когда я подошла к входной двери, у меня в кармане снова зажужжал телефон. Я вытащила его, смахнула с него оставшуюся после пребывания под шкафчиком грязь и разблокировала с первой попытки. Меня ждали четыре сообщения от субподрядчика с новыми сведениями по делу и одно – от неизвестного абонента. Проигнорировав субподрядчика, я открыла загадочное послание.

Внутри оказалась фотография. Размытый от дождя снимок, сделанный с хорошо освещенной улицы напротив. На нем были запечатлены мы с Табитой. Мы сидели возле того модного бара; она смотрела прямо в камеру. Выглядела при этом сердитой. Не испуганной или заинтересованной, а злой, как если бы фотограф застал ее в самый неподходящий момент. Я пила воду, не глядя в сторону сестры.

Я принялась разглядывать фотографию. Мне следовало бы искать намеки на то, кто и зачем сделал снимок, чего он хотел и почему прислал мне. А вместо этого я рассматривала нас. Как наши плечи слегка отклонялись друг от друга. Как мы обе сидели, закинув ногу на ногу: она – правую на левую, я – левую на правую. Точно зеркальные отражения. Я немного приблизила снимок: он стал еще более зернистым, но это не помешало мне четко разглядеть, что на нем ее глаза выглядели несколько иначе, нежели в жизни.

Они были в точности как мои.

Я прокрутила в голове тот вечер, но так и не припомнила ни одного раза, когда она использовала заклинание, сделавшее ее похожей на меня. Даже не вспомнила его мерцания. Так, когда она применила его? И почему? Для кого оно предназначалось?

Войдя в квартиру и плотно затворив за собой дверь, я тут же ответила на незнакомый номер: «Кто вы?»

Оставила телефон на кухонном столе и прошла в ванную. Там я ополоснула лицо водой, провела мокрыми ладонями по волосам. Затем решила наполнить раковину целиком и окунуть туда всю голову. Обхватив раковину руками, я старалась не смотреть в зеркало и держать голову прямо под струей воды.

Правда имеет значение. Я всегда стремилась к ней, она была для меня самым важным. Но порой, чтобы докопаться до истины, необходимо пройти через вымысел. Такова уж работа. Осторн – серьезное дело, поворотное для всей моей карьеры и имеющее существенные последствия. И я сделаю все возможное, чтобы его раскрыть.

Из ванной я вышла с мокрым лицом. Заглянула в пустую спальню. Ничем не прикрытый матрас по-прежнему лежал криво. Я окинула взглядом голые стены, выкрашенные в бледный желто-коричневый оттенок.

Я не могла спать в этой комнате. Ее безжизненность была слишком знакома. Сначала притворяться тем, кем я не являюсь, потом спать одной в чужой кровати, – пропасть между двумя этими состояниями чересчур велика.

Но то, что я здесь не сплю, еще не значит, что из пространства нельзя извлечь выгоду.

Поэтому сходила за сумкой со звездами. А когда вернулась, меня охватило новое ощущение: комната ждала меня. Вся квартира ждала. Целый день в мое отсутствие она ждала, чтобы принять меня обратно.

Я закрыла за собой дверь в спальню и оставила привычное двойное видение за порогом. Здесь я ощущала ясность. Что-то в этой пустоте возвращало меня к себе. Я опрокинула сумку на кровать и рассыпала звезды по матрасу. Взявшись за работу, я впервые за день смогла вдохнуть полной грудью.

Я была дома.