Хильдегарда. Ведунья севера - Светлана Шёпот

– Например, плохо, если я решу убить кого-то, сварив заживо? – спросила, рассматривая рисунок в книге, который изображал человека в круге.

На его руках и ногах были нарисованы какие-то точки. Быстро пробежавшись глазами по тексту (с удовольствием отметив, что читать я могу отлично, даже несмотря на витиеватый почерк автора книги), поняла, что в коллекции Рагны есть не только рукописи об отварах и прочих безобидных вещах. В этой книге подробно описывалось, как принести жертву богу войны, чтобы умилостивить его и выпросить удачу во время похода.

– Именно. Мелодия мира от этого не станет хуже, просто на короткий миг ее звучание станет чуточку другим, более тревожным.

– То есть все сводится к тем же рассуждениям на тему, кто виноват: оружие или рука, держащая это оружие? Мне обязательно будет учить вот это? – я подняла книгу выше, так, чтобы Рагна ее видела.

– Учить не обязательно, но прочесть должна, чтобы иметь представление, – непреклонно сказала женщина. – Ты будешь не единственным человеком с силой. Всякое в жизни может понадобиться. И пусть нас мало, но все же. А сейчас я хотела бы отдохнуть. Возьми ту первую книгу, о которой я говорила. Прочти. И не пытайся ничего сделать сама.

Я внимательно посмотрела на женщину и кивнула, замечая, что та почти спит, склонив голову набок и положив руки на грудь. Сейчас она еще больше походила на мертвеца.

Аккуратно сложив рукописи на место, уложила на место сукно и тихо вышла из комнаты, не забыв захватить с собой книгу.

С тех пор спокойных дней у меня почти не было. Рагна заставляла меня читать книги, многое в которых мне казалось откровенным бредом. А еще я часами сидела и внимала звучанию мира. Что-то менять ведунья мне не разрешала, требуя, чтобы я вслушивалась как следует, запоминала и разбирала мелодию по тонким волокнам. Это было необходимо, по ее словам, для того чтобы в любой момент я могла парой слов что-то изменить – дополнить или направить мелодию в нужную мне сторону.

Да, да, именно волокнам. Несмотря на то что магия (а я думаю, что это была именно она) называлась мелодией, состояла она из волокон, которые соединялись вместе, образуя полотно мира. Впрочем, Рагна называла это еще потоками, реками, нитями, паутиной – в общем, по-разному.

Сама Рагна с каждым днем выглядела все хуже и хуже. Становилось понятно, что долго она на этом свете не задержится. Мне это не нравилось, но, наблюдая за женщиной, я понимала: она и сама торопится туда, в мертвый мир. Она больше не хотела находиться здесь, среди живых. И я не знаю, что именно стало причиной. То ли усталость от долгой жизни, то ли давняя потеря любимого, то ли лишение силы.

Впрочем, занимаясь с Рагной, я не забывала об остальных делах. Конечно, я пока слишком активно не вмешивалась, присматриваясь и изучая. Вскоре я уже примерно представляла, как здесь живут.

Если про нас с Тором все было понятно – мы являлись хозяевами замка и ближайших земель, а значит, почитались как господа, – то с воинами все было более интересно. И не так просто, как казалось на первый взгляд.

Как и в любой армии, здесь были различные чины. На самом верху стоял ярл, то есть Тор. Следом за ним шел воевода. После него – десятник, имеющий под началом, как понятно из названия, десять простых воинов. Были еще отроки – те, кто обучался военному делу, и берсеркеры – очень могучие, сильные воины, которые подчинялись напрямую только Тору и имели огромную силу.

Так что вокруг Тора в большинстве своем находились именно  берсеркеры и воевода – приближенные к ярлу.

Замок напоминал собой нечто вроде военной коммуны. То есть и воины, и их жены, и дети–все жили в замке в отведенных им комнатах. Конечно, семьи были не у всех, лишь у некоторых. К тому же многие отсылали жен и детей к своим родителям в деревни.

Понятно, что у молодых воинов и отроков никого не было, поэтому жили они по несколько человек в комнате.

Немногочисленные жены воинов, которые всё-таки решили оставаться рядом со своими мужьями, часто собирались вместе и занимались какими-нибудь полезными делами – сплетнями, вышивкой, вязанием, прядением или пошивом одежды.

Девочки часто либо помогали матерям, либо шли в служанки. Мальчики же крутились рядом с воинами, становясь со временем отроками.

Некоторые более обеспеченные воины могли даже позволить себе держать собственную прислугу. Но такое случалось редко. Обычно слуги нанимались к ярлу, который и платил им. Чаще всего в услужение шли девушки, так как это был самый простой способ найти себе мужа из воинов. А если повезет, то можно и на самого ярла замахнуться.

Если описывать жизнь местного воина, то можно обойтись всего несколькими словами – тренировки, еда, охота, драки и женщины. Все.

Мужчины вставали утром, завтракали, уходили разминаться – махать мечами и топорами. Или на охоту. Вечером все собирались в зале – пили, ели, отвешивали сомнительные комплименты служанкам, иногда дрались, ругались или пели, а потом разбредались по комнатам. Или спали тут же в зале, на лавке, а то и под ней.

Ну, со слугами и так все ясно.

Вот так и жили – скучновато и однообразно. Создавалось полное впечатление, что мужчины просто считают дни до весны, терпеливо пережидая зимнее время.

Отложив в сторону книгу, я поглядела на заметно колыхающиеся шторы. Сегодня на улице было как никогда ветрено, в окно задувало довольно ощутимо. Поджав недовольно губы, поежилась и встала.

Думаю, пора уже озаботиться тем, чтобы утеплиться немного. Шмыгнув замерзшим носом, отвернулась от окна и двинулась к выходу.

Осталось только придумать, чем бы заклеить окна, чтобы не дуло.