Кухарка для дракона - Вероника Ягушинская

Успокоилась я не скоро, и, если честно, князя мне было откровенно жаль. Суровый мужчина, грозный дракон, второе лицо государства — бедный, он явно не знал, что делать с девушкой в истерике. Нет, я не кричала и не билась головой о стену, я просто плакала. Тихо, но навзрыд. Смотрелось со стороны, думаю, жутко. Будь его воля, влепил бы, наверное, оплеуху, но, памятуя последние события, видно, решил, что так обращаться с новоиспеченным магом опасно. Поэтому лорду Лирдоу не оставалось ничего иного, кроме как гладить меня по грязным, слипшимся и местами вставшим колом волосам и отогревать в своих объятиях.

В какой момент мы переместились на диван, а я оказалась у дракона на коленях, я не помню, но пришла в себя именно в таком положении. Всхлипнула в очередной раз и слегка пошевелилась.

— Ох, умоляю, только не надо опять плакать, — жалобно, если не сказать жалко, проговорил князь, явно ожидая продолжения.

— Простите, — неловко поерзав на чужих коленях, я осторожно слезла и села рядом.

Без его тепла сразу же стало неуютно, по спине побежали мурашки, и я не знала, что это: снова магия или просто легкий озноб.

— Есть хочешь? — бодрым голосом поинтересовались у меня.

Я удивленно воззрилась на дракона. Еда — это было последнее, чего сейчас хотелось. Поняв, что не угадал, князь погрустнел.

— Если честно, я просто не знаю, как успокаивать расстроенных дам, — признался он, попытавшись взлохматить свою шевелюру и совершенно забыв, что вчера он так же, как и я, принимал грязевые ванны. В итоге пальцы дракона намертво увязли в волосах. Пару раз он еще дернул руку, пытаясь высвободиться, но в результате бросил эти бесплодные попытки, аккуратно выпутавшись обратно.

— Ну, если не есть, тогда мыться, — наигранно бодро скомандовал он и поднялся с дивана, подавая мне руку.

Странно, у него всегда были прохладные ладони, а сейчас они едва ли не жгли кожу.

— Нет, так дело не пойдет, — вздохнул советник и, взяв меня за плечи, развернул к себе. — Тебе надо научиться контролировать и перенаправлять силу. Сейчас у тебя все векторы внутрь направлены.

— Это плохо, — скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла я.

— Это отвратительно. Ты морозишь сама себя. Еще немного — и сердце просто не выдержит. Надеюсь, ты не хочешь умирать? — Я отрицательно замотала головой. — Тогда должна мне довериться. Пойми, я не смогу тебе помочь, если не буду знать масштабов катастрофы. Согласна? — Очередной кивок. — Хорошо. Тогда по порядку. Скажи, почему ты настолько боишься… брата?

Может быть, мне показалось, но перед последним словом была небольшая пауза. Неожиданная догадка озарила: так вот зачем он все это затеял: не для того, чтобы помочь мне совладать с убивающей меня силой, а чтобы добыть нужную ему информацию. Волна горького отчаяния прокатилась по телу и смыла остатки разума. Очередная хитрая ловушка, чтобы вытянуть из меня сведения. Я бы с радостью сдала Тирана со всеми потрохами, но препятствием был договор и, что еще хуже, факт подмены. Я никому не могу ничего рассказать, не имею на это права. Если вскроется обман венценосной особы, в лучшем случае дело ограничится тюремным заключением. И повезет, если не окажусь с кошмаром всей моей жизни в соседних камерах. Пожизненно.

— Так, стоп, — резко скомандовал Лирдоу и слегка потряс меня за плечи, пытаясь заставить посмотреть на него. — Успокойся, пожалуйста!

Какое там! Успокоиться я просто не могла.

— Ларина! — перешел он на крик, но мне было все равно.

Как он говорил недавно? Выбор есть всегда?

Могильный холод сковал конечности. Было ли мне страшно? Однозначно! Ведь я понимала, что умираю, и от страха становилось еще холоднее.

— Ларина!

И вдруг заледеневшие губы обожгло поцелуем. Горячим, страстным. Таким, каким он и должен быть. Жаркие губы ласкали, даря ощущение полета, а сильные руки прижимали к твердому мужскому телу, давая почувствовать его силу и надежность. Надежность, которой мне так не хватало. Великий Двуединый, как же мне недоставало этого ощущения защищенности! Как же порой хотелось, а иногда даже и мечталось о том, что когда-нибудь придет сильный благородный мужчина и спасет меня. А вдруг…

Но думать о подобном в таком ключе было опасно, поэтому я решила не думать вовсе. Просто отдалась теплым рукам, ласкающим спину, нежным настойчивым губам, постепенно сводящим с ума, и этому мужчине. Отчего-то я была твердо уверена, что, в отличие от Тирана, он не причинит мне вреда, не сделает больно. Во всяком случае, не в том смысле, в каком обычно опасаются мужчин матушки юных леди.

Вихрь новых ощущений и сногсшибательных эмоций подхватил мое сознание и понес на волнах, жаром растекающихся по телу, к краю, за которым… Я не знала, что ждет за этой гранью, если мы сейчас же не остановимся, но не боялась, скорее, даже ждала этого, но, на миг задержав дыхание и крепко прижав меня к себе, князь отстранился сам, тяжело дыша.

— Так намного лучше, — улыбнулся он, поглаживая меня по щеке.

— Что? — ошарашенно похлопала глазами.

— Ты отогрелась наконец.

— Так это все… только ради…

В груди что-то оборвалось. Будто тонкая струна души с жалобным звоном лопнула. Я ошарашенно смотрела на дракона и понимала, что, в отличие от меня, глупой наивной дуры, невесть что уже себе вообразившей, для него этот поцелуй не значил ровным счетом ничего.

— Ну не бить же, — пожал плечами дракон.

Ну да, в чем-то он прав. Бить женщин как-то не по-мужски. Хотя лучше бы ударил: было бы не так больно.

— Не смейте так больше никогда делать! — зло прошипела я, начиная медленно, но неотвратимо закипать от ярости.

Руки сжались в кулаки. Сделай он хоть шаг, Двуединый свидетель, ударила бы. И не факт, что кулаком, а не ледяным копьем.