Школа чернокнижников - Матильда Старр

– Ну что, готова? – улыбнулась Филая.

– Готова… – зачарованно прошептала я и, неохотно оторвавшись от зеркала, посмотрела в окно.

– Тепло и сухо, – проследила за моим взглядом Филая, подхватила меня под руку и потащила из комнаты. – Старшекурсники ради бала постарались, устроили над территорией школы прекрасную погоду. Пальто не понадобится.

* * *

Я шагнула за Филаей в бальный зал и ахнула.

Он был огромным, сверкающим, праздничным и ослепительно прекрасным… Сияло все: высокий потолок, витые колонны, живые цветы на стенах, проемы высоких стрельчатых окон, огромные хрустальные чаши на круглых кованых столах, наполненные чем-то рубиново-красным. Казалось, даже гладкий мраморный пол слегка светился.

Зал был полон. Толпа искрилась, двигалась, смеялась, гудела, то сливаясь в сплошное яркое разноцветное пятно, то распадаясь на девушек в чудесных платьях и нарядных ребят. Кто-то ходил по залу, кто-то сидел на уютных диванчиках у стен.

А нам куда? Я нерешительно замерла у входа. Но Филая покрепче ухватила меня за локоть и уверенно куда-то повела.

– В жизни не видела в одном месте столько красоты, – прошептала я.

– Да уж, я тоже в первый раз обалдела, – улыбнулась Филая, притормозив у одной из колонн. – Ладно, стой тут, никуда не уходи. А я принесу нам что-нибудь выпить…

– Выпить? – удивилась я. – Разве тут можно?

Сейчас я увидела, что у многих студентов в руках изящные бокалы с чем-то красным.

– Да ты что! Собрать в одном помещении толпу молодых и пьяных темных магов? Руководство школы не идиоты. Тут подают безалкогольный пунш. Но очень вкусный!

Она быстро затерялась среди веселящегося народа.

И тут я спиной почувствовала чей-то неприятный пристальный взгляд, недоуменно обернулась и вздрогнула. Селеста смотрела на меня с такой ненавистью, что стало не по себе. Я надеялась, что взглядами все и ограничится, но увы. Она быстро подошла ко мне и, встав почти вплотную, недобро прищурилась:

– Откуда у такой нищенки, как ты, это шикарное платье? Ты его украла?

Я вовсе не собиралась отчитываться ни в чем перед гадкой девицей, но обвинение было настолько абсурдным и обидным, что слова сами сорвались с губ:

– Нет, это подарок…

– Подарок?! – Селеста задохнулась от гнева. Сделала шаг ко мне, почти вжав в колонну, и прошипела: – Рилан подарил тебе его, крыса?

Уже знакомые алые всполохи заплясали в ее глазах.

– Нет, не Рилан, нет, – испуганно сказала я. – Это…

И снова накатила слабость. Клятва, опять эта клятва. Неизвестно еще, сможет ли испепелить меня Селеста вырвавшейся из-под контроля силой, но смертельная клятва меня точно убьет. А умирать из-за того, что кто-то сходит с ума от ревности, мне точно не хотелось.

– …Это не твое дело, – резко закончила я, опираясь спиной о колонну.

Голова кружилась так, что подташнивало. Селеста еще какое-то время буравила меня взглядом, а потом вдруг алые всполохи в ее глазах потухли, и она злорадно протянула:

– Ну конечно не Рилан, так я и думала…

То-то ты мне минуту назад готова была выцарапать глаза.

– … Что еще остается такой, как ты, чтобы выглядеть прилично? Разве что быть содержанкой.

Содержанка… Это слово хлестнуло, как пощечина.

Наверное, я бы ответила злобной гадине, но сейчас было не до того. Мне все еще было плохо. Очень плохо. Зал казался жарким и душным, перед глазами плавали темные круги.

Черт! Еще немного, и я просто рухну в обморок!

Оттолкнув Селесту, я отклеилась от колонны и быстро направилась к дверям.

После яркого сияния зала небольшой холл показался совсем темным. Я вышла из него в коридор, свернула за угол, чтобы меня не видели охранники, прислонилась к прохладной стене и перевела дыхание, чувствуя, как отступает дурнота.

И чем лучше мне становилось, тем больше я злилась на ректора вместе с его смертельной клятвой. Я ведь и не собиралась выдавать его тайну, но мне все равно становилось дурно всякий раз, когда речь заходила хоть о чем-то, связанным с тем днем. Вроде как предупреждение, но очень неприятное.

В полумраке коридора я увидела знакомую фигуру.

Ректор.

Он стоял и молча смотрел на меня. А потом в несколько шагов преодолел расстояние между нами. Больно схватил за плечи, вжал в стену и навис надо мной, обдав жаром своего тела. Я испуганно вскрикнула, вскинула голову, и очередной крик застрял в горле.

Ледяная маска разлетелась в пыль. Ничего не осталось от холодного, высокомерного, сурового ректора. Передо мной стоял разъяренный мужчина. Стальные пальцы обжигали кожу, синие глаза горели таким бешенством, будто он готов меня убить. Я хотела объяснить, что не собиралась выдавать тайну, но он не дал мне сказать ни слова.

– Элайна… – почти простонал он. – Ты и с того света явилась, чтобы меня мучить?

Элайна? Он просто в темноте ошибся, принял меня за другую. За ту, что когда-то носила это платье.

– Я Аллиона. Аллиона Брентор, – сдавленно прошептала я, но меня словно и не слышали. – Магистр Линард, я Аллиона!

Несколько долгих мгновений он смотрел на меня невидящим, безумным взглядом. А потом отпустил. Ярость в его глазах медленно гасла. Когда в следующий раз он посмотрел на меня, взгляд был спокойным и ровным, как обычно.

И все же было в нем что-то такое, отчего странно защемило в груди, а руки сами потянулись обнять, прижаться изо всех сил, прислониться щекой к теплой груди, туда где бьется сердце и…

И будь что будет…

Я сглотнула, в последний момент отдернув руки, не понимая, откуда взялось это непонятное, неправильное, абсолютно глупое желание.

Видимо я слишком испугалась…

– Откуда у тебя это платье?

Этот вопрос я слышала уже трижды за сегодняшний день и впервые могла на него ответить.

– Вы же сказали, бери что хочешь, я и взяла. Простите, я и предположить не могла, что оно такое дорогое…

Ректор только махнул рукой:

– Извини, что напугал тебя.

Напугал? Не то слово. Я не сомневалась: моя жизнь никогда не была еще в такой опасности. Даже когда магическая повозка сбила меня с ног.

– Я его верну… Сегодня же!

– Оставь, мне-то оно зачем, – хмыкнул он.

Это уже был тот самый магистр Линард, которого я знала. Насмешливый, высокомерный, совершенно невыносимый. Но привычный. И я наконец-то перевела дух. Но у облегчения был странный привкус разочарования.

– Не стоит никому рассказывать о том, что сейчас случилось, – тихо сказал он.

– Конечно, я и не собиралась… – начала я, но обнаружила, что говорю это в удаляющуюся спину ректора.