Ярроу - Айлин Лин

Ну а сейчас я стояла за углом на первом этаже и слушала перепалку между лекком Свеном (он так и остался в этой Лечебнице, перевёз сюда своих помощников и учился в моей вечерней школе, на мой вопрос, а как же его клиника, я получила странный ответ: пока он не научится хотя бы делать ровные аккуратные швы, он отсюда ни ногой, и если я решу куда-нибудь переехать, он отправится за мной. Это меня рассмешило, и я больше не задавала ему вопросов), и знатной эрой. Вообще в Лечебнице тоже многое поменялось: от потока пациентов было не продохнуть.

Все шли именно к нам: и богатые, и бедные, им мёдом тут намазано, что ли? И непременно требовали меня! Даже если у них просто «жидкий стул». Поэтому мне приходилось большую часть времени скрываться у себя в кабинете, я брала только тех пациентов, кому мои лекки не могли помочь. Все лекари уже умели задавать правильные вопросы и ставить предварительные диагнозы, писали отчеты, которые шли мне на стол. Я их просматривала и выделяла случаи, в которых без моей консультации было не обойтись.

В свою очередь я настояла, чтобы каждый лекк взял себе в ученики детей, у которых были склонности и талант к медицине, поэтому каждого лекка окружало минимум два-три ребенка. Это было их платой за те знания, которые я им давала. Но самыми моими талантливыми «студентами» стали: Али Шин, у него была светлая голова и чуткие руки, иногда я уже позволяла ему заканчивать операцию, лекк Дориус, он был основательным и въедливым — всегда задавал вопросы по теме и очень часто правильные, и травники Цвета, Ирис и Васк — они уже умели делать прекрасные настойки и мази. Я не скажу, что другие не старались, просто им было сложнее воспринимать информацию, хоть и давала я её дозировано и с подробными объяснениями, но любое дело будет спориться, если быть ответственным и упорным. А обвинить лекков в небрежении и нежелании — невозможно, все старались не за страх, а за совесть.

Лечебница начала получать постоянный доход. Хорошо, что мы с Али когда-то придумали разделение на бесплатные случаи (в основном детям и старикам), платные, и бартер (нет денег на лечение, так сделай для лечебницы хорошее дело). Бартером нам уже побелили всю лечебницу снаружи, на кухне не переводились свежие продукты, дети были одеты чисто и опрятно.

Половину второго этажа отвели беременным женщинам, которые боялись рожать дома, в другой половине разместились кабинеты врачей. Пришлось потесниться. Детей распределили по домикам на территории лечебницы, совместными усилиями мы привели их в полный порядок, починили печи, поставили новую, добротную мебель.

В последнее время детей, которые должны были попасть в Коробку, сразу приводили к нам, мы брали их в аренду, оплачивая сразу за два месяца вперёд, теперь Лечебница могла себе это позволить. Жизнь налаживалась, и казалось, что дальше будет только лучше.

— У меня особый случай, мне нужна именно Ярроу Бейж! — я не выдержала и вышла из-за угла со словами:

— Светлого дня, уважаемая! Лекка Яррру это я. Вы ко мне по какому вопросу? — кивком головы я отпустила Свена и вопросительно посмотрела на даму.

— Светлого дня! Уважаемая лекка Ярроу, как я рада с вами познакомиться, вы просто не представляете! Меня зовут эра Сара Мин и у меня очень деликатная проблема, могу ли я вам о ней рассказать где-нибудь в укромном месте?

— Да, конечно, пройдемте в смотровой кабинет.

Не успели мы остаться наедине, как эра начала рассказ:

— Моя дочь должна выйти замуж за уважаемого человека, но так случилось, что у нее под грудью есть огромная ужасная родинка, я не знаю, как быть, и мне сказали, что, возможно, вы сможете мне помочь!

Я про себя хмыкнула, такие операции мне еще не приходилось здесь делать:

— Приводите свою дочь завтра, я её осмотрю.

Дама всплеснула руками:

— Так зачем же откладывать!? Она в карете сидит, сейчас кликну её, сразу и осмотрите, — засуетилась женщина и устремилась к выходу.

Я пожала плечами и присела на стул в ожидании пациентки.

Девушка, вошедшая в смотровой кабинет, смущенно застыла посередине помещения.

Симпатичная, невысокая с пепельно-серыми волосами и большими карими глазами на худом лице.

— Светлого дня, уважаемая! Прошу вас снять платье, мне нужно осмотреть вашу родинку.

— Лекка Ярроу, — вмешалась мать девушки, — Уля очень стеснительная, не могли бы вы отвернуться?

— Да, конечно, — выполнила я просьбу эры и закатила глаза в недоумении, у меня много дел, а тут отвлекают ерундой. Послышался шорох одежды и через мгновение эра сказала:

— Лекка Ярроу, взгляните.

Повернувшись и подойдя к Уле, которая прикрывала грудь рукой, я попросила её показать мне родинку, которая так беспокоила её суетливую мать. И резко выдохнула: под левой грудью рос на широкой толстой ножке интрадермальный бородавчатый невус тёмно-коричневого, почти черного цвета, размером с детский кулачок.

— Одевайтесь.

И быстро выйдя за дверь позвала Свена:

— Лекк Свен, прошу вас распорядитесь готовить операционную! — а в голове мысль: «невус не выглядит злокачественным, надеюсь, обойдется, жаль, что я не могу взять и сделать соответствующий анализ».

Вернувшись в кабинет, сказала:

— Эра Сара, сделаем маленькую операцию и удалим эту родинку — следа не останется.