Старшая. Предназначение - Мила Вернер

В ее глазах вспыхнул огонек любопытства, но тут же погас. Наверняка у экономки было множество вопросов, но задавать их Вите, и тем более мне, она не стала.

Я вернулась к себе, и на моей кровати уже лежало платье очень красивого темно-серого цвета из плотной ткани. Платье было простым, без украшений, только лиф был отделан какими-то серебряными камнями. В комнату тихонько юркнула Кати:

– Мисс, наконец-то вы сможете нормально принять ванную, я помогу вам, – она завертелась вокруг меня, помогая снять дорожный костюм.

– Тебя хорошо устроили? – между делом спросила я.

– Да, все отлично, – Кати улыбнулась, – комната удобная, и мадам Заранак, это повар, сказала, что я могу в любой момент обратится к ней, мол, милорды редко едят, и поэтому готовить ей приходится не часто, но сегодня уж она расстарается, – Кати рассмеялась, – там хорошие люди, мисс, и не задают вопросов.

Я кивнула и прошла в ванную комнату. Какое же это было блаженство, мы уехали из дома всего несколько дней назад, но мне казалось, что прошла уже целая вечность. Я лежала в большой ванной до тех пор, пока вода не начала остывать, и вылезла только после того, как Кати недовольно проворчала, что вода скоро покроется коркой льда. Тело мое наполнилось бодростью и усталость как рукой сняло.

До ужина было еще пол часа и мне пришла в голову мысль, что можно побродить по дому, пока никто не видит. Я вышла из своей комнаты и огляделась, думая в какую сторону пойти. На стенах не было никаких портретов, как принято в знатных домах, но в тяжелых рамах, почти на протяжении всей стены висели мрачные пейзажи. Ни одного с солнечным светом, только сумерки, туманы и ночь. Тоска. Я прошла по коридору и свернула налево. Коридор заканчивался огромным витражным окном и в этом небольшом ответвлении я увидела всего одну дверь. Массивная, она, как и все в доме, была отделана неизвестной мне породой темного дерева. И она была приоткрыта. Я огляделась, чтобы убедиться, что за мной никто не подсматривает и заглянула в комнату. Помещение оказалось не большим, ни маленьким. Тяжелые шторы на окнах были плотно задернуты, посреди комнаты стояла массивная кровать. «Пешком можно гулять», – подумала я, и открыв шире дверь вошла. На полу лежал толстый джарагский ковер, и звук моих шагов тонул в причудливом узоре полотна. Кроме кровати, у которой были массивные опоры-столбы, поднимавшиеся к потолку и поддерживающие что-то вроде изящного полога, в комнате был только огромный шкаф, и тумба, на которой стоял светильник, освещавший небольшую часть комнаты. Горит свет, значит здесь сейчас кто-то живет. Я подошла ближе. Почти во всю ширину ложа раскинулась огромная, с длинной черной шерстью шкура неизвестного мне животного. Я провела по ней рукой, и живо вспомнила похожие ощущения. Волк так и не пришел с нами, и сколько я не пыталась его «позвать» у меня ничего не получалось. В тот вечер, на берегу реки все было так легко, и позже я несколько раз пробовала протянуть ниточки к огромному зверю, но тщетно.

На тумбе стояла небольшая резная шкатулка с откинутой крышкой и я с любопытством заглянула внутрь. И онемела от восторга. Дно ларца было разделено на две половины небольшой перегородкой и в каждом отделении лежали два браслета изумительной красоты. Один с искусно вырезанными цветами из розового камня, в обрамлении золотых листочков, на первых взгляд таких хрупких и почти живых, что казалось, любое дуновение ветра – и они зашуршат. На них угадывались мелкие капельки росы, и я снова восхитилась таланту художника. Протянула руку, вытащила браслет и заметила на обратной стороне узкую, маленькую табличку, с выгравированными изящными буквами. Сандрия. Надпись была витиеватой, и ее вензеля уходили ровно к стеблям листочков. Я положила браслет обратно и перевела взгляд на второй. И моментально поняла, что эти два браслета были парой. Цветы на втором украшении были выполнены менее изящно, но именно это придавало ему какое-то странное очарование. Неизвестный мастер слегка оформил черные камни, в которых лепестки только угадывались, и усыпал браслет черными-каплями бусинами. Они были очень мелкими, и от того работа казалась еще более сложной, чем первая. Через весь браслет тонкой змейкой пролегала изящная серебряная веточка. Мне стало любопытно чье имя было на этом браслете. Я взяла его в руки и внимательно осмотрела изнури. Надписей не было. Браслет вдруг чуть потеплел в моих руках, и я подумала, что к моему серому платью он подходит как нельзя лучше. У меня возникло такое непреодолимое желание его померять, что я не задумываясь обвила его вокруг кисти. Скорее угадала, чем услышала, как защелкнулся маленький замочек, и вдруг испугалась. Попробовала расстегнуть, но все мои попытки ни к чему не привели. Стянуть тоже не получилось. Я стояла и думала, как его снять, когда услышала в коридоре чьи-то шаги. Дверь распахнулась и в комнату заглянул Макс. Я резко развернулась к нему и спрятала руки за спину.

– Ты чего здесь делаешь? – улыбнулся он.

Я пожала плечами:

– Заблудилась, пошла осмотреть дом и увидела открытой дверь. Чья это комната? – я с любопытством посмотрела на него.

– Лиена, – Макс снова улыбнулся, – вот угораздило тебя заблудиться именно сюда.

Я слегка смутилась, но потом взяла себя в руки:

– Здесь горел свет, и я подумала, что тут кто-то есть.

– Свет здесь горит всегда, это же магический огонь. Пойдем ужинать, тебя уже потеряли, – он призывно махнул и вышел в коридор.

Я перевела дыхание и вытянула руки из-за спины. Браслет не ярко поблескивал в свете лампы. И вдруг, я заметила, что он начал погружаться под кожу. Боли не было, легкое покалывание, но смотреть на это было очень странно. Я попыталась его схватить, или просунуть под него палец, но бесполезно. Браслет исчез в моей руке и я изумленно смотрела туда, где только что было украшение. Татуировка вдруг вспыхнула неясным светом и погасла, снова став просто рисунком.

– Эль, ну, где ты? – послышался голос Макса.

– Иду! – крикнула я и торопливо закрыв шкатулку, вышла из комнаты. Разберусь позже.

Мы шли по коридору и Макс успел у меня спросить:

– Не пробовала больше? – он имел в виду звала ли я Лиена. Я покачала головой и уже по привычке мысленно потянулась к зверю. «Лиен!», и сразу же возник ясный ответ: «Хранительница?». Я резко остановилась и Макс удивленно посмотрел на меня. Закрыла глаза и снова мысленно произнесла: «Возвращайся», и опять получила моментальный ответ: «Да, Хранительница». Ощутив, что связь пропала я открыла глаза и с радостью взглянула на Макса:

– Он ответил!

Макс одобрительно усмехнулся:

– Ну вот. Смогла же, я и не сомневался.

В малую столовую мы вошли шутя и смеясь. Настроение у меня было приподнятое, что сразу отметили все сидящие за столом. Вита удивленно приподняла бровь, а Рус широко мне улыбнулся:

– Что тебя так развеселило, Эль?

Я присела на отодвинутый Максом стул и расправила салфетку на коленях:

– Лиен ответил.

– Вот как, – в глазах брата зажглось нетерпение, он давно уже хотел пообщаться с волком, но понимал, что всему свое время.