Меченый - Василий Горъ

Бог-Воин смотрел на Неддара. Пристально и с одобрением. Поэтому перед самым закатом в лагерь, разбитый в Харрарском лесу, прибыл Генор д’Молт в сопровождении двенадцати мечников, двух с лишним десятков стрелков и почти сотни ополченцев.

К удивлению принца, почти все воины барона оказались в возрасте – самый младший из них выглядел лиственей на тридцать, а пара мечников уже не первый год чувствовали дыхание Темной половины Двуликого[93]. Впрочем, судя по уверенным взглядам, отточенным движениям и хорошо подогнанным доспехам, вассалы д’Молта знали, что такое война, не понаслышке.

Сотник Арзай пришел к тому же выводу. Так как, оглядев коротенький, но ровный строй, удовлетворенно хмыкнул:

– Ветераны…

– Да. Но их немного, – угрюмо буркнул Неддар. Потом подозвал к себе барона Генора и поинтересовался: – Это все?

– Да, ваше высочество… – подтвердил д’Молт. – Большая часть моих вассалов отправилась с вами в Алат. А это – почти все оставшиеся.

Принц отметил интонацию, которой барон выделил слово «почти», подергал себя за ус и вопросительно приподнял бровь:

– Орден Вседержителя?

Барон зло оскалился. Потом хрустнул суставами пальцев и добавил:

– Он самый! А ведь пять лиственей назад все выглядело иначе…

– Что значит «выглядело»?

– Я присутствовал на самой первой аудиенции, данной вашим отцом посланнику главы Ордена Вседержителя, и хорошо помню, о чем там говорилось…

Неддар склонил голову на плечо:

– А если без общих слов?

– Посланник брата Ансельма утверждал, что вера в Бога-Отца делает народ более управляемым. Что в государстве, население которого соблюдает заповеди, записанные в Изумрудную скрижаль пророком Аллаяром Светоносным, никогда не будет бунтов. И что при прочих равных условиях в нем можно собирать чуть ли не в два раза больше налогов.

– Хо-о-орошая наживка, – скрипнул зубами принц. – Вот отец и клюнул…

– Да, – сокрушенно вздохнул барон. – И предоставил Ордену полную свободу действий.

Латирдан подергал себя за ус и задумчиво пробормотал:

– М-да… Всего несколько лиственей – а какой результат?!

Генор д’Молт угрюмо кивнул:

– Теперь нам надо выбивать дурь из целого поколения, выросшего на этих заповедях.

– И чем быстрее, тем лучше, – продолжил мысль сотник Арзай. Потом повернул голову на полночь[94]и невидящим взглядом уставился в темноту: – Кстати, барон, а что вы слышали об обстановке в Авероне?

Хозяин лена Молт собрался с мыслями и усмехнулся:

– Многое…

Судя по рассказу барона, граф Иор Варлан оказался весьма самоуверенной личностью: вместо того чтобы сначала захватить столицу, а уже потом разбираться с теми, кто ему не покорится, он решил покрыть сразу двух кобылиц[95]. И разделил армию пополам.

Первая половина отправилась в Аверон, а вторая, разбившись на сравнительно небольшие отряды, разъехалась по дорогам королевства, чтобы перехватывать отряды дворян, мчащиеся на помощь королю, до их появления под стенами столицы. И заодно захватывать штурмом стратегически важно расположенные замки.

Последнее получалось сравнительно неплохо: по слухам, младший брат графа Иора, командующий второй половиной, захватывал лен за леном, почти не встречая сопротивления. А вот самопровозглашенному королю, пытавшемуся наложить лапу на столицу с половиной армии, солдат не хватило. Поэтому контролировал он только королевский дворец и его окрестности, южную и восточную части города, а также участки стен, примыкающие к Северным и Западным воротам.

Весь остальной город превратился в одно сплошное поле битвы: население Черной слободы чуть ли не в полном составе ринулось повышать свое благосостояние в более зажиточные районы и, сбившись в стаи, рвало всех встречных и поперечных. Жители Ремесленной слободы, объединив силы, противостояли желающим поживиться за их счет и не впускали на свою территорию ни вассалов графа Иора, ни группы мародеров. Жители Купеческой слободы, не успевшие покинуть Аверон в первые часы после мятежа, пытались перекупать друг у друга охранников, но все равно теряли дома, товары и жизни.

Белой слободе пришлось хуже всех.

– Графы Голон, Фьорн и Энейр со своими вассалами и домочадцами перебрались в особняк д’Ож и третьи сутки отбивают штурм за штурмом… – сияя, как начищенное копье, рассказывал барон д’Молт. – Кстати, говорят, что самозванец предлагал им должности при своем дворе и освобождение от налогов на десять лет.

– Кому, Упрямцу[96]? – расхохотался Неддар. – Представляю себе его ответ.

Барон Генор усмехнулся в усы: