Графиня на стриме - Эмма Ласт

Слуги сновали по коридорам, маршировали под окнами, перекрикивались у конюшни. И даже с кухни на том конце дома доносился гул разрозненных голосов.

Мне было все равно.

Ночь без сна, проведённая в бесплотных попытках найти выход из капкана, в который я угодила, забрала последние душевные силы. Апатия поглотила разум и даже присутствие ненавистного кота, который снова явился без приглашения и теперь с невозмутимым видом наблюдал за служанками, что безуспешно пытались меня растолкать, не трогало.

Я трижды посылала Сиззи и Роззи в места не столь отдаленные, но приказ графини мешал им отправиться в заданном направлении. А я пряталась ото всех под одеялом и обливалась слезами, просматривая на телефоне видео и фото своей старой жизни.

Первые бумеранги, сделанные на новый телефон, вырезки из совместных эфиров с Пашком и Беном, коллажи с наших посиделок в Маке, мама с Яшей на руках и моя уютная, хоть и небольшая, комната, украшенная к Хэллоуину.

Как же я скучала!

— Леди Элиза, ванна готова… пожалуйста, позвольте нам подготовить вас к празднику.

— Оставьте меня в покое! — рычала я в ответ на уговоры близняшек и от отчаяния кусала угол подушки .

Наконец, они не выдержали и ушли. Я почувствовала, как просел край кровати с одной стороны и подумала, что пришла Аннабель, но это был Яша. Он перешагнул через меня, как через незначительное препятствие, и уселся на подушку рядом.

Мяукнул раз другой, но я только плотнее подоткнула одеяло. Не хватало еще остаться без глаз, когда этот уродец решит вцепиться мне в волосы и выгнать из постели.

Но Яша заурчал.

Как трактор внушительных размеров. С гортанными переливами и вполне различимым мурлыканьем. Я обалдела. Отодвинулась от него на расстояние вытянутой руки и приподняла край одеяла.

Мамин кот был похож на сфинкса, только с носом и без уха.

Зеленые глаза с узким вертикальным зрачком внимательно наблюдали за мной, а кончик хвоста ходил из стороны в сторону. Такт его движений завораживал. Словно почувствовав, что я на крючке, Яша распластался на подушке и только его пушистых хвост, как камертон, продолжал дергаться из стороны в сторону.

Что-то предпринимать было поздно. Уставший разум потускнел и я провалилась в сон.

Ты уезжаешь сегодня, улетаешь опять.

Я не подам виду, что больно, я тебя буду ждать.

Как за мной ты скучаешь, продолжай мне писать.

Ты всё и так понимаешь, я тебя буду ждать

Я в тебе нашел абсолютно все,

Все, что надо мне, и чуть-чуть еще…

В воздухе пахло цветущей вишней и дешевыми духами. Девочки группками стояли по краю танцпола, а мальчишки, по двое и трое громко разговаривали и смеялись.

Такие смелые на озере днем, когда нужно было столкнуть кого-то из девчонок в воду или обрызгать тех, кто загорал на берегу. И такие смешные, когда в сумерках летнего вечера пытались найти толику храбрости, чтобы пригласить на танец ту, что понравилась.

Владу не нужно было притворяться смелым и крутым. Он всегда таким был. И когда флиртовал со мной в столовой, и когда шел через танцплощадку, чтобы первым пригласить на танец.

Играла песня нашего лета, его руки лежали на моей талии, а губы были так близко, что я видела одинокий темный волосок над верхней губой, что пропустила бритва.

Но даже это не могло принизить его в моих глазах. Танцующих было немного и мы двигались так, как нам хотелось. Я чувствовала, что этот вечер обязательно закончится первым поцелуем и предвкушала, как мягкие губы мальчика, который мне нравился, коснуться моих.

Но песня закончилась и Влад с улыбкой победителя обернулся на друзей, что мялись у края площадки. Потом буркнул мне что-то незначительное типа “спасибо за танец”, и ушел.

Разочарованная, я тоже вернулась к своим.

Ди джей поставил новый трек, на этот раз зажигательный и шальной, и площадка для танцев мигом заполнилась ребятами. Подружки завизжали, узнав модный хит, и потянули меня танцевать.

Я не понимала, почему Влад оставил меня после первого танца, и от этого было грустно, но не настолько, чтобы испортить общее впечатление от вечера. Потому что иногда я ловила на себе его взгляд (и начинала двигаться еще соблазнительнее, но, конечно, совсем не специально), а еще взгляд Паши.

Через два трека объявили белый танец.

Влад с друзьями стоял на другом конце танцпола. Чтобы пригласить его, придется пройти через пустую площадку на виду у всех. Стоил ли этого первый поцелуй?

Определенно!

И я пошла. Внешне уверенно, но с замирающим от ужаса сердцем. Напролом, на глазах у целого потока, чтобы пригласить на танец мальчика, который мне нравился. Мир вокруг замер и когда до Влада оставалась пара шагов, как чертик из табакерки, прямо передо мной выскочила Римма.

— Потанцуешь со мной?

Невысокая и не по годам фигуристая, она была дочерью поварихи лагеря. С темным вьющимися волосами, в мини юбке и, конечно, с декольте, который подчеркивал и без того притягивающую внимание грудь. Дружить с Риммой было классно, и не только из-за маминых пирожков вне очереди…

Она увела Влада прямо у меня из-под носа.

На глазах у всего лагеря выставила полной дурой!

И если бы не Паша, что сделал шаг вперед, заняв место Влада напротив меня и вынудив тем самым пригласить себя на танец, я бы умерла от стыда на месте.

— Не обращай внимание, — сказал Пашок, так и не дождавшись от меня спасибо.

Он был выше на целую голову, гладко выбритый, в футболке поло белого цвета и черных джинсах. Симпатичный шатен, жаль только звали его не Влад.

— Да мне вообще пофиг! — я дернулась и Пашок засмеялся.

— На белый танец приглашают дамы, конечно, но в самом танце ведут все-таки кавалеры, — и в подтверждение своих слов, он зафиксировал мою талию ладонью, а потом уверенно повел подальше от ненавистной парочки.

Только недостаточно быстро, так что их поцелуй я успела рассмотреть во всех подробностях. Римма впилась во Влада как пиявка, разом разбив все мои мечты!

Я перевела взгляд на Пашу. Он ничего не видел, конечно…

Зато увидит Влад.

Я поднялась на цыпочки, обвила шею Пашка руками и потянула на себя так, чтобы со стороны выглядело, будто это он собирался меня поцеловать. Его глаза расширились от удивления, а потом взгляд замер на моих полуоткрытых губах.

Как недавно в танце, Паша опять взял инициативу на себя и поцеловал меня. Только теперь по-настоящему.

Музыка вокруг смолкла, куда-то пропали ребята. Площадка для танцев превратилась в огромную виниловую пластинку, которая медленно вращалась, заваливаясь на один край.