Дороги богов - Евгения Огнёва

Разумеется, были в ту ночь недовольные, их Нити королева оборвала легко и безжалостно. После этой демонстрации власти, Истинные крепко задумались.

Вик был рад встрече. Он изменился: осунулся, зарос щетиной, добавилось седины в волосах, но улыбка по-прежнему оставалась добродушной и открытой.

– Я собирался штурмовать Волчий замок, чтобы вызволить тебя. – Рассмеялся он, обнимая Жанну. – Но вижу, что опоздал. Кто сделал это с тобой?

– Ты знаешь ответ. – Кивнула Жанна.

– Да, я догадывался, что полукровка, занявшая трон, – моя случайная знакомая! – Признался Вик. – У кого еще хватило бы сил выжить в Маледиктусе после Уз крови хотя бы две ночи?

– На все воля божья. – Тяжело улыбнулись ее губы.

В ту ночь Вик долго рассказывал, как они с сыном добрели до восточных охотников, как выживали среди голых холодных гор, скрывались от полукровок князя, собирали единомышленников.

– Я хочу, чтобы смертные обрели свои права на жизнь. – Произнесла Жанна, дослушав рассказ до конца. – Я вижу твою душу, Вик.

– Я и сам теперь знаю… – Угрюмо отозвался мужчина.

Белые искры плясали по венам Вика. Он был сантерцем.

– Но это ничего не меняет для нас с тобой! – Запальчиво воскликнула Жанна. – У нас одна цель. Дай мне шанс.

– После сегодняшнего сражения, молва о тебе разойдется по всему миру! – Воодушевленно отозвался Вик. – Сдержат ли Истинные свои обещания?

– Это – моя забота, Вик. – Девушка тепло пожала руку сантерцу. – Просто поверь мне.

До рассвета они не могли наговориться. Вик расспрашивал Жанну о Лорин, о том, что случилось с ней и как она вообще попала в Верес. Жанна жадно слушала его истории о жизни восточных охотников, о том, как планировалось восстание и захват в плен королевы.

– Почему-то я не сомневался, что Кейн пойдет на сделку. – Вик разворошил палкой угли в костре. – Но, как видно, он сам давно думал над тем, как изменить порядок вещей.

– Это – идея Эрика Раска, его секретаря. – Возразила Жанна. – Король и пальцем не пошевелил бы, чтобы вызволить меня из плена. Я ничего не значу для Кейна.

– Нет, Жанна. Раск – лишь исполнитель. Думаю, бог сам долго ждал повода, чтобы реализовать этот план, но не было возможности: война с одной стороны оправдывала жестокие законы. Аристократы Домов с другой стороны были единственными, кто сохранял веру в своего бога. Но когда появилась ты…

– То нашлось, на кого переложить ответственность за неудачу, в случае провала. – Проворчала Жанна, хватая голой ладонью уголек.

Вик с любопытством смотрел, как девушка, морщась от боли, раздувала в руках искры.

– Ты ненавидишь его? – Тихо поинтересовался мужчина.

– А ты как думаешь? – Хмыкнула лоринка и сжала ладонь, гася уголек.

– Мне кажется, он нуждается в тебе. – Вик потянул руку Жанны к свету, рассматривая быстро затягивающийся ожог. – Иначе не пошел бы против своих подданных. Это важно для бога. Важнее, чем недовольство отживших традиций и законов. Что он получает от вашего союза, ты не задумывалась?

Жанна погасила воспоминания и приняла решение.

Ей еще нужно отыскать путь в Лорин. Впрочем, в этом ей помогут давние советы Шарлотты, хоть какая-то польза от встречи с княгиней. Голова распухла от мыслей.

Внезапно музыка стихла, зал погрузился в тишину. Жанна осмотрелась по сторонам в поисках причин.

На пороге зала стояла прекрасная верийка. Ее уверенная решительная походка, взгляд медовых глаз из-под чуть опущенных ресниц, неторопливые, полные собственного достоинства, легкие кивки присутствующим.

– Позвольте представить, – Раск предложил Жанне руку, помог встать с высокого кресла. – Княгиня Мария де Гинейро

Незнакомка присела в глубоком поклоне.

Жанна вежливо улыбнулась и кивнула гостье.

– Я никогда не слышала о вас.

– Мой Дом добровольно отказался от светской жизни.

Голос у верийки был сочный и приятный.

– От чего же? – Искренне заинтересовалась Жанна.

– Слишком много потерь во время последней войны. – Мария потупила взор. – Но мы не могли не выказать своего почтения новой королеве. – Красавица тепло улыбнулась, в ее глазах заиграло неподдельное восхищение.

– Княгиня де Гинейро записана к вам на аудиенцию через неделю. – Услужливо шепнул Эрик. – Но прибыла по приглашению Шарлотты.

– Я рада встрече, княгиня. – Ответила улыбкой Жанна.

Снова оживились гости. Жанна чувствовала на себе давящие взгляды Истинных. Заиграла музыка, замелькали услужливые лакеи, но атмосфера стала совсем другой!

От Жанны не ускользнула ледяная вежливость, с которой Марию встретила Рада и наигранное счастье Шарлотты. Фрейлины королевы внезапно засуетились, многозначительно переглядываясь между собой. Мутная духота бальной залы начала душить.

«Что происходит, Раск?» – Нахмурилась Жанна.

«Мария де Гинейро – бывшая невеста Луца Гевальт»

«О, вероятно, бедняжка потому и покинула общество, убитая горем!»

«Ваше величество, давайте прогуляемся по замку. У Шарлотты очень милая коллекция безделушек»

Озадаченная еще больше, Жанна позволила себя увести. Эрик показал ей несколько галерей, где княгиня устроила музей статуэток. Теперь Жанна поняла, откуда в Волчьем замке было столько бессмысленных вещиц, и почему Фауст позволял ей самозабвенно колотить всю эту мелочь во время их ссор!

– Вы чего-то не договариваете, герцог. – Королева покрутила в руках фарфоровую пастушку, вернула на постамент.

– Разве ваш друг не рассказывал вам о причинах, по которым Шарлотта не может ступить в Волчий замок? – Лукаво поинтересовался Раск.

Жанна отрицательно покачала головой.

– Мария Беннед де Гинейро – дальняя родственница Гевальтов. По традиции, Гевальты заключают брак только с теми, кто умеет превращаться в зверя. Ее рука была обещана Фаусту. Он очень любил ее, боготворил. Гевальт был готов убить, кого угодно, перевернуть весь мир с ног на голову ради Марии… – Вкрадчиво закончил он.

– Но вы сказали, она была невестой Луца Гевальт, старшего брата. – Жанна почувствовала, как сердце упало куда-то в пятки, а лицо начало заливаться краской.

Впрочем, она не растерялась, и тело послушно вернуло королеве невозмутимое состояние.

– Да, Мария не ответила Фаусту взаимностью. К несчастью, Луц Гевальт тоже полюбил ее. Оба долго избегали друг друга, чтобы не нарушить договоренность между Домами и не ранить Фауста. Но сопротивляться чувствам верийцы не умеют: не привыкли дети бога себе в чем-то отказывать. Правда всплыла наружу однажды, вовремя вот такого же милого, домашнего бала. – Кривая усмешка Раска явно дала понять, что он сам уже не в восторге от того, что поддался на уговоры княгини.