Омега для волка - Лана Бьякко

– И даже доброе утро не скажешь?

– А должен? – не обращая внимания на молодую женщину, вопросом на вопрос ответил Арсений.

– Мог бы хоть вспомнить о моём существовании или что, стоило здесь появиться этой, как я стала пустым местом?

– Я этого не забывал, а вот ты, кажется, забываешься, Николь. Помни с кем разговариваешь.

– Стоило девчонке появиться, как ты тут же начал носиться с ней, как с какой-то драгоценностью, – девушку несло и она, кажется, совсем не обратила внимание на предостережение альфы.

– Николь, не испытывай моё терпение, – в его голосе слышались угрожающие нотки.

– Испытывать терпение?! – вскрикнула она. – Не забывай, что это я ношу твоего ребёнка, а не она!

Арсений резко ударил кулаком по столу и встал, нависая над девушкой, прожигая её своим хищным звериным взглядом.

– Я говорил тебе не испытывать моего терпения! – зло рычал он и казалось, что зверь вот-вот сорвётся с цепи и он уже не сможет взять над ним вверх.

– Но…

– Пошла вон, – издавая хриплые угрожающие звуки проговорил Игнатов, изо всех сил стараясь удержать себя в руках.

Молодой женщине ничего не оставалось, как повиноваться, если она хотела остаться живой, но никто не мешал ей напоследок хлопнуть дверью. На что Арсений схватил первый попавшийся бокал и бросил его в стену со словами:

– Лучше бы его носила она!

Спустя какое-то время он успокоился и попросил прислугу убрать беспорядок, что он натворил.

Когда Васька проснулась, то сразу же почувствовала следы амбре Игнатова. Это означало, что он был здесь, пока она спала. Девушка фыркнула. Тут в дверь постучали и через несколько секунд вошли. Сегодня это уже был другой человек. Этого ублюдка не было. Почему? Она даже гадать не стала. Но на самом деле девушка никогда и не догадалась бы, что этого ублюдка наказали, за то, что позволил распустить себе руки по отношению к ней. Ей передали, что Игнатов ждёт её на завтрак, поэтому девушке стоит поторопиться. После этого надзиратель вышел из комнаты.

—

Дима проснулся от собственных криков. Сны. Во снах он звал и искал её, метаясь по лесу, в попытках уловить любимый запах, но он растворялся так же быстро, как быстро нюх мог его уловить. Дима резко поднялся и сел на кровати, в глазах немного помутнело, но это быстро прошло. Через пару мгновений до него дошло, что своими действиями, он кого-то толкнул. Этот человек даже не двинулся, словно вожак стаи впечатлился в скалу и по плану должен быть стечь ручейком вниз, но ему помешали мысли: почему он вообще должен стекать вниз если он альфа? И почему он вообще думает сейчас о мультфильмах, когда у него душевный кризис? Дима посмотрел вперёд, увидел объект, с которым столкнулся, правда теперь этому объекту стало не по себе. От серьёзного, и даже немного ошалевшего взгляда вожака, можно потерять контроль над собой, ведь любому волку напротив, подобное, воспринимается как вызов на бой. Чего мать с сыном, делать не хотели.

– Василиса… Есть что-то? – мать вожака покачала головой и встала с кровати, так же молча она прошла к окну, стоя спиной к сыну, думала… Это будет очень тяжелый разговор, никто кроме неё не сможет, не побоявшись гнева альфы Дмитрия, поговорить с ним об этом.

Это точно была омега, принюхавшись, он понял кто это. Мама… она стояла спиной к Диме, но по дыханию, ритму сердцебиения, он мог сделать выводы, точнее доводы.

– Мы всю ночь прочесывали лес, пытаясь понять направление, – глубокий тяжелый вздох, – Дим, он подготовился. Мы думаем он пустил две группы, одна нападение, другая заметала следы. Мы шли по запаху и вышли из леса в семи разных местах, а дальше они как будто растворились. Раньше мы не знали даже о том, что такое возможно, – Юлия повернулась лицом к сыну и сделав пару шагов, вновь села на край кровати, взяв сына за плечи и очень внимательно посмотрела ему в глаза. – Мы найдём её, слышишь? Мы сровняем этот лес с землей и, если нужно, пойдём дальше, но мы найдём её.

– Не надо меня опекать, – рявкнул Димка, передернув плечами, он злился, но не на мать, а на себя. За свою слабость.

– Сынок… – прошептала Юлия Николаевна.

– Мам… – устало проговорил Дима, только сейчас полностью осознав, кто рядом с ним и как он себя вёл, и да, разговор и утешения были, кстати, но как быстро мать приехала? Как долго она здесь? – Что ты тут делаешь?

– Ребята твоего отца не дремлют. Как узнала о том, что случилось, сразу направилась к тебе. Я предполагала, что последствия вашей встречи с Игнатовым будут плачевными, но они выкрали омегу вожака. Дим, напряги мозг и вспоминай, зачем она ему? Что тебе известно?

– Подожди, голова, как колокол.

– Отдохни пару часов, подумай, я обо всем позабочусь, а стаей пока займётся Женя. Не волнуйся.

– Не волнуйся? Мама, ты серьезно? Мою половину украли, тупее совета я ещё не слышал.

– Каким бы он не был, попробуй восстановить силы, первый кто страдает – это твой волк. Потеряешь волка, потеряешь всё.

– Как я могу исцелить волка? Без Васьки я не смогу…

– Сможешь, и ты знаешь как. Не мне тебе рассказывать, как можно исцелить волка, не будучи вместе с парой, в другом случае, я и отец с тобой, мы поможем.

– Для этого нужно, чтобы вы оба были здесь.

– Я позову мужа, а до тех пор, я помогу тебе встать на ноги.

– Есть и другой способ.

– Есть, но я против него, ты же не знаешь, как это отразится на твоей омеге! Не дури и включай голову, а мы с отцом тебе поможем.

– А если не получится? Тогда я не только волка лишусь, но и Васьки.

– Если для восстановления волка, ты сам отречёшься от пары, пусть и на время, ты знаешь какой ущерб ты ей причинишь? Ваську как минимум нужно предупредить, а мы даже не знаем где она. Поэтому нет, твой вариант очень плох, ты хочешь спасти ее, а не угробить.

Дима уставился на свою маму, долгий, внимательный взгляд медленно разъедал уверенность взрослого мужчины. Таковы альфы, они могут подчинять своей воле, не говоря при этом ни слова.

– Сынок, – голос Юлии Николаевны был ровным и спокойным, она как никто знала способности своего сына, и она никогда не скрывала, что для того, чтобы обуздать Диму, ей иногда приходилось преодолевать себя. Протянув к нему руку и положив её на голову Димы, – Мы вернём её, слышишь? Обязательно вернём.

– Я не знаю где она, я не ощущаю её… Она как будто растворилась… Как будто никогда не было…

– Дмитрий Григорьевич! – Юлия Николаевна всегда обращалась к своим детям по имени-отчеству, когда хотела их успокоить или осадить. – В сторону истерики, сопли собери и будь мужиком. Ситуация говно, согласена, но она решаема. Для этого нужно собраться и верить.

– Так себе совет, – у Димки пересохло в горле и голос получился хриплым.