Огненный подарочек в академии - Елена Шмидт

У каждого проживающего здесь профессора был свой отдельный вход, по краям дорожек, что вели к дверям, росли ухоженные кусты декоративной дидерики, скрывая гостей и посетителей от чужих глаз. И это очень мне понравилось. Я не был сторонником тесных знакомств, а потому отдал должное тем, кто строил это гостевое здание.

Внутреннее помещение состояло из трёх комнат: небольшая гостиная, спальня и кухня. Добротная мебель, дорогие шторы, мягкий ковёр под ногами — всё создавало атмосферу уюта. Я разложил вещи и отправился прогуляться по территории, посмотреть, что, где находится. По всей видимости, занятия недавно закончились, и моя персона тут же вызвала у всех интерес. Я старался не замечать жаркие взгляды молодых адепток, очень надеясь, что скоро все ко мне привыкнут. А когда узнают, что мне никто не нужен, оставят попытки со мной сблизиться.

Зашёл на кафедру боевого отделения познакомился с несколькими преподавателями — мужчинами. День прошёл незаметно, к вечеру сходил в столовую. Поужинал за отдельными столиками для профессорского состава. Уже почти стемнело, когда я решил прогуляться до местного полигона, местоположение которого выведал у профессора Гетса, который на радостях, что я заберу у него огневиков, чуть не полез ко мне обниматься.

Подходя, увидел, что ночное небо заливает отсвет полыхающего огня. Вначале мелькнула мысль, что кто-то занимается, но потом что-то насторожило меня, и я, прибавив шаг, почти добежал до полигона. Стройная фигурка со всклоченными волосами буквально исходила пламенем. Он летел с её рук мощным потоком, бился в стену и, отскакивая от неё, рассыпался то искрами, то языками горячего пламени, которые почти лизали девушку. Я бросился к ней, подскочил, накрывая руками её ладони и рисуя в воздухе руну подчинения.

— Дыши! — закричал я ей, почти уверенный, что она не в курсе, как справиться с разбушевавшийся стихией. — Пятую руну помнишь?

— Да, — пролепетала едва слышно она. — Быстро рисуй в памяти! — скомандовал ей. — Дальше руна — «Сила Земли», и наконец, руна «Подчинения Света». Ты что, простого не знаешь? — Я был в шоке, девчонка могла выгореть в два счёта. Что преподавал им этот Гетс, если она простого не знает?

— Нет, нам про это не говорили, — пробормотала девушка, по всей видимости, стараясь сделать всё, что я велел. И у неё получалось. Я видел, как огонь медленно иссякает.

— Вот и всё, — с облегчением выдохнул и отпустил её. — Можешь открывать глаза, — разрешил, думая, что она боится. Но она продолжала стоять, не двигаясь, и молчала. Вот хотелось бы мне знать, какого лешего она с таким уровнем и подготовкой делает ночью на полигоне?

— Назовите свою фамилию, адептка. Почему вы занимаетесь одна? — решил внести ясность.

— Мари Легар, — отчеканила она, но глаза не открыла, так и продолжила стоять — Третий ведьмический, — добавила сразу свой курс и факультет, наверное, чтобы я не спрашивал. — Занимаюсь с разрешения профессора Гетса.

— Ведьма? — Я не мог поверить своим ушам. Они с ума сошли, такой резерв и просто какая-то ведьма?! — С огненным даром? — я не мог прийти в себя. — Да у вас тут, как я посмотрю, полный бардак! С таким резервом вам надо учиться на боевом!

Тут из её начёса на голове выпрыгнуло какое-то странное круглое существо и загалдело.

— Это ещё что такое? — удивился я.

— Фамильяр, — ответила она. — Разрешите, я уже пойду?

— С закрытыми глазами? — хмыкнул я, удивляясь методикам в этом заведении. — Интересно, как далеко вы уйдёте? Или это тоже этап обучения? — решил снова уточнить. Вдруг чего не знаю? — Например, плутание во мраке? У ведьм нет такого предмета?

— Нет, — она слегка приоткрыла глаза, словно боялась, что свет причинит боль, — просто глаза режет.

— Всегда или только сейчас? — Я не мог понять, что произошло, почему у неё проблемы со зрением? Может это начальный этап выгорания? Я знал, что каждый получает свою дозу негатива.

— Только сегодня, — отчего-то вдруг загнусавила она в нос, — так я пойду?

«Странная девица, — подумал я, — надо бы показать её лекарям. Мало ли что случилось?»

— К целителям, — скомандовал я ей. — И я вас провожу. Возможно, процесс выгорания всё же затронул организм. Надо срочно проверить зрение.

Мы шли с ней по ночной аллее, было прохладно, на небе блестел бледным диском далёкий Хеопс. Я никак не мог отделаться от странного чувства, что знаю эту девушку. Но сколько я не присматривался к ней, вспомнить не смог. Возможно, она просто мне кого-то напоминала. Местный лазарет располагался в двухэтажном небольшом здании, скорее всего, недавно отстроенном. Это выдавали новенькие окна и свежий кирпич, из которого были выложены стены и крыльцо. У лекарей меня не покидало чувство, что Лейгар со своим знакомым адептом водят меня за нос. Не желая оставаться в дураках, я пошёл и нашёл профессора, которого молодой адепт, дежуривший в процедурном, никак не хотел вызывать. Но пожилой мужчина, пройдя за закрытую дверь, довольно быстро вышел. Плечи его при этом странно подрагивали.

— Всё нормально, Валль Ино, — похлопал меня по плечу. — Лейгар не первый раз в таких переделках. Так, небольшая реакция организма на стрессовую ситуацию. Завтра будет как новенькая. Так что не переживайте, идите, спокойно отдыхайте.

Я поблагодарил профессора Эдиссона, извинился за напрасное беспокойство и отправился к себе. Всю дорогу меня мучило какое-то странное чувство, словно я что-то не могу вспомнить. Странная черноволосая девица не выходила у меня из головы. А потому я резко развернулся и отправился в гости к ректору. Найти его оказалось несложно. Первый же встреченный мной адепт рассказал, где обитает ректор. Апартаменты главного начальника академии, были прямо в основном здании, просто вход туда был отдельным. Оливер Лаун, по всей видимости, до сих пор работал, потому что только снял пиджак, оставшись в брюках и светло-серой рубашке.

В отличие от нас, у ректора ещё был кабинет, куда он и пригласил меня. Я окинул взглядом строгую обстановку. Старый слуга принёс нам небольшие бутерброды и горячий чай.

— Присаживайтесь, — указал он на удобное кресло возле стола. — Выпьете рюмочку коньяка?

— Я не пью, — отказался я.

— А я вот иногда позволяю себе вечерком, — сознался он, — а то ведь за день достанут так, что нервы на пределе, и не уснуть.

— А прогуляться? — предложил я.

— Ага, — кивнул он, — чтобы меня ещё и на улице вылавливали. Если только завести себе огромную собаку, чтобы никого не подпускала. Все почему-то абсолютно уверены, что их проблемы самые важные и неотложные. И так изо дня в день. Министерство, преподаватели, учащиеся. Не знаю, сколько я ещё выдержу. Академия только начинает работать, и, естественно, ещё ничего не отлажено. Даже с адептами сплошная путаница. Принимали всех подряд и рассовывали кого куда.

— Кстати, я именно по этому поводу, — вставил я в его речь интересующую меня тему, по поводу которой и зашёл.