Метро 2033. Право на жизнь - Денис Шабалов

– А если на девять-тридцать девять пересчитать?

– Даже и не знаю… – помедлив мгновение, задумчиво протянул торговец. – Эх, была не была! Пять патронов давай.

Данил хмыкнул:

– Э нет… Что-то ты дешево девятку ценишь. Я тебе лучше пятерки отсыплю, – он полез в рюкзак и вытащил набитый патронами магазин от калаша.

– Да мне так и лучше, – пожал плечами торговец. – Девятка – калибр редкий, на знатока. Они ж за один патрон готовы шесть пятерок отдать! Да только где ж его, такого знатока, найдешь?..

– Вот, перед тобой целых два стоят, – буркнул Сашка, провожая подозрительным взглядом склянку со смолой, которую Данил запихивал в рюкзак.

Торговец оживился:

– Так может, возьмете у меня девятку? Один к пяти!

– Только что один к двум просил, а теперь один к пяти всучиваешь… – усмехнулся Данил. – Спекулянт.

– Что ж ты хочешь, чтоб я себе в убыток торговал? – развел руками торговец.

– А какой патрон-то?

– ПАБ.

– Э… – протянул, отмахиваясь, Данил. – Его брать – себе дороже. Винтовку потом только выкинуть и останется[13]… СП есть? – Этих нет, – вздохнул торгаш. – Я-то не на патроне специализируюсь, а ПАБ у меня так, по случаю завалялся. Вон у соседей через две машины спроси, у них чего только нет.

У грузовика, на который указал торговец, народу было невпроворот. С трудом протиснувшись сквозь галдящих и обсуждающих товар покупателей, напарники принялись осматривать внушающий уважение ассортимент, разместившийся на клочке брезента размером метр на метр. Патроны лежали аккуратно, по одному, и к каждому была прикреплена бирка с указанием калибра. Обычные, бронебойные, зажигательные, трассирующие, бронебойно-зажигательные, повышенной пробиваемости – для отечественных систем, начиная от калибра пять-сорок пять и заканчивая четырнадцатым, тут было все. Данил разглядел даже тридцатимиллиметровые болванки для автоматической пушки, скромно лежащие в самом уголке брезентового квадрата. Впечатлял также и ассортимент для заграничного оружия. Твердой цены не было, но торгаш охотно менял их на золото, консервы, годные по сроку медикаменты и пятерку – самый распространенный и ходовой патрон.

– Натовские пять-пятьдесят шесть и семь-шестьдесят два – этого добра у меня горы! – похвалялся старик-торговец, теребя пальцем такие же мелкие, как и он сам, усишки. – И армейских вариантов, и охотничьих. У меня даже финский «Лапуа магнум» есть, хоть и мало. Тот, который для снайперок, если вы не в курсе, – небрежным тоном великого специалиста добавил он.

– Кому ж ты тут продавать его собрался? – с усмешкой поинтересовался Данил. – Sako TRG42[14]или L96A1[15]ты в нашей глуши не найдешь.

– Скажу вам по секрету – есть! – со снисходительной улыбкой ответил торговец. – L96A1 использовалась – правда, в очень ограниченных количествах – и российскими спецслужбами тоже. Доводилось мне из нее пострелять годика полтора назад. На сотне метров разброс девять миллиметров всего! Не винтовка – песня!

– А для подствольников выстрелы есть? – поинтересовался Сашка. – Для ГП-34.

– Что интересует? – торговец, почуяв стоящего клиента, тут же сделал стойку. – ВОГ-25, 25М? Прыгающие, дымовые?.. По двадцать пятерок за заряд отдам.

Пока Сашка прикидывал, сколько и чего ему нужно и на какое количество зарядов у него хватит средств, а торгаш копался в недрах кузова своей машины, Данил вдруг вспомнил, что и ему тоже не мешало бы затариться выстрелами для подствольника. Ассортимент у торговца был серьезный, и это внушало определенную надежду, что и для его эксклюзива найдется соответствующий боеприпас. Потому, дождавшись, когда товарищ совершит натуральный обмен, Данил спросил у торговца, демонстрируя винтовку:

– А для такого зверя найдешь выстрелы?

– «Винторез»? – не понял торговец. – А как же. Вон девятка лежит. ПАБ ты наверняка не возьмешь, но у меня и СП есть, оба.

– Вижу, – кивнул Данил. – Только я про подствольник говорю. Найдем?

Торговец обратил, наконец, внимание на прикрепленный к винтовке гранатомет и задумался, пощипывая усишки.

– Редкая штука, – голосом, в котором явно чувствовались радостные нотки, сообщил он. – Хороший подствол, отдача практически отсутствует, откатной системой компенсируется… Я такой один раз всего видел, да и то ближе к Дальнему Востоку. Это ты правильно сделал, что ко мне обратился, есть у меня заначка. Термобарические, – торгаш снова полез в кузов грузовика и уже оттуда, передвигая ящики и кряхтя, продолжал, повысив голос, – три заряда всего. На пробу как-то взял, года два назад, и с тех пор не продам никак. Эксклюзив!

Он, наконец, выбрался из кузова и аккуратно выложил на брезент перед Данилом болванки выстрелов.

– За что брал – за то и продаю. По полтиннику за штуку.

Данил крякнул – такие траты в его планы не входили. Рядом возмущенно засопел Санька:

– Сбавь немного, а? А я у тебя все три возьму и девятки патронов пятьдесят, – попросил Данил.

– И я пару сотен, – добавил Санька. – Ты их два года уже таскаешь и дальше столько же возить будешь. Сам же сказал – эксклюзив, кому попало не продашь!

Торговец несколько мгновений смотрел на напарников, что-то решая, а потом махнул рукой:

– Ладно, по рукам. Бери за сорок. И по пять пятерок за девятку.

В результате за все Данил отдал триста семьдесят патронов калибра пять-сорок пять. И оставшуюся от четырех сотен тридцатку оставил у брезента с ножами – купил обойму недорогих метательных штамповок и почти точную копию ножа, подаренного когда-то дедом, только чуть короче.