Новый мир в подарок - Таша Ким

Марина поднялась к нему на лежанку. Дед тяжело дышал, глаза были открыты.

— Совсем худо мне, Мариша — слабым до неузнаваемости голосом- сказал Петрович — видать час мой пришёл, ты не плачь, позови мужиков, пусть спустится помогут. Лавку поставьте посередине. Прощаться буду.

Марина, еле сдерживая слезы, спустилась выполнять просьбу деда.

Виктор и Егор буквально на руках спустили его с печи. Положили на лавку, покрытую волчьей шкурой, положили под голову подушку, укрыли вязаным одеялом. Он затих, как будто заснул, дышал тяжело, сипло.

Когда все собрались вокруг Петровича, он открыл глаза, — Я вот что хотел сказать вам на прощанье, моя настоящая, любимая, родная семья, пусть мы и не очень долго были вместе, но я нисколько не жалею, что попал в этот Маришкин мир. Пришло мое время уходить, не знаю, вернётся ли к Вам моя душа, но я всем сердцем хочу этого. Девчонки, не плачьте, старость она такая, здоровья не добавит, мудрости разве только может…. А если пацана кто родит… Юркой назовите… Не совсем я пропащий человек был, верно, Ивановна?

Видно было, что каждое сказанное слово даётся Юрию Петровичу с трудом, дышать с каждой секундой становилось все трудней.

— Вы берегите друг друга….любите… Женитесь… Рожайте детишек…. Детишки это хорошо… Про. Прощайте- рука, поднятая в прощальном жесте, безвольно упала вниз.

Всхрипнув в последний раз, дед затих. Глаза, из которых ушла жизнь, стали пустыми, стеклянными. Егор подошёл, закрыл глаза — Покойся с миром, Петрович. Мы будем помнить о тебе до конца наших дней.

Девчонки рыдали в голос, парни со слезами на глазах утешали их. Полина Ивановна присела на соседнюю лавку, ноги не держали, обняла плачущую Дару, молча гладила ее по волосам.

— Где хоронить будем? Да и как? — спросила Егора Марина

— Он давно себе место выбрал, знаю где. И гроб готов уже, просто не говорили вам, женщинам, не хотели расстраивать раньше времени. Мы пойдем могилу копать. А вы… Да Ивановна знает, что делать. — Егор обнял жену. — идём, мужики.

Марина прекрасно осознавала, что человека больше нет, но первые дни после похорон, ей все казалось, что вот сейчас раздался его сухое покашливание и ставший таким родным голос, произнесет: Ну, что ты ещё придумала Маришка-затейница, какую задачу поставишь.

Она приходила к нему на могилу почти каждый день, рассказывала, как прошел день — Да ты и сам все видишь оттуда, наверно. Мы очень скучаем по тебе.

На сороковой день, собравшись за поминальным обедом вспоминали деда со светлой грустью, Марина с Дарой их первую встречу, парни как многому он их научил, когда строили дома и печи. Им было что вспомнить. Сидели, не спешили расходиться. В печи уютно потрескивали дрова, за окном пролетали первые снежинки.

Вдруг Нюра охнула, схватилась за поясницу.

— Рожаю, кажется, ой, нет, не кажется. Буду рожать, точно.

— Мужики, топите баню, срочно. Воды наносите побольше, живей — Полина Ивановна подскочила к Нюре — а ты терпи, милая, вон Толян с перепугу белый весь стал. Давай, помогай мужикам, папаша. Лиза, ты как? Нормально? Ну и слава Богу. Давай, милая, потихоньку будем в баньку собираться.

Отправив будущего папашу с мужиками обратно в дом, женщины расположились в бане. Марина зажгла свечи, Нюра ходила по помещению, замирая на мгновения от опоясывающей боли, и как только отпускало, продолжала движение.

Лиза, наблюдая за ней каждые пятнадцать минут четко определила момент, когда нужно ложиться.

— Это не первый ребенок, ты уже все знаешь, все будет хорошо, ты скоро обрадуешь Толяна сыном или дочкой. Кивни, если согласна со мной.

Нюра кивнула.

Спустя полчаса в бане раздался детский крик и плач.

— Мальчик! Нюра у тебя сын. Здоровый мальчик, богатырь, — и положила новорожденного малыша на грудь матери.

— Юрой назовем, как Петрович просил, Юра, Юрочка, — шептала обессилевшая Нюра, бережно поддерживая малыша.

— Ладно, Налюбуешься ещё, а я пока помою ребенка, — Полина Ивановна осторожно начала обмывать малыша, а Лиза занялась Нюрой.

Марина помогала Полине Ивановне вымыть новорожденного, держала пеленку у печи, что бы та была теплой, а затем ловко завернула в нее малыша куколкой. Он смешно морщил нос, причмокивал губами, пытался распеленаться. Тщетно. В пеленании у Марины уже был опыт.

Когда Нюра более менее пришла в себя, Марина подала ей сына и поспешила к выходу, чтобы сообщить новоявленному отцу радостную новость.

Сдавленный стон заставил ее обернуться. Лиза смотрела на расползающуюся под ней лужу.

— Девочки, я тоже, похоже, рожаю. Ой… Больно очень… да как же так, мне ещё неделю, не меньше ходить! Ой! Девочки! Мамочки! Рожаааю!!

Глава сорок шестая

Когда Марина вошла в большой дом, чтобы сообщить новость новоиспеченным отцам, то увидела следующую картину.

Мужчины играли в карты. Эти карты, которые вскоре после своего перехода как-то вечером принесла Лера, с предложением перекинуться в дурака, использовали нечасто. Иногда, зимними вечерами, для разрядки, могли себе позволить сыграть в подкидного дурака. Вот и сейчас, чтобы скоротать время и отвлечься, играли партию за партией.

Девчонки возились с Илюшкой, на тигриной шкуре из деревянных кубиков и плиточек строили пирамидки.

Как только Марина вошла, Толян бросил карты и с плохо скрываемым волнением спросил:

— Как Нюра? Жива? А ребенок? Ребенок родился?

— Всё хорошо, Толян, у тебя родился сын. Нюра и малыш чувствуют себя замечательно.

Толян опустился на скамью и заплакал. Все стали поздравлять плачущего от счастья мужчину.

— Но это ещё не всё новости, у тебя, Витя, родилась дочь.

Виктор посмотрел круглыми глазами на Марину.

— Серьёзно? Лиза… Мужики, у меня дочка!! Дочка родилась у меня! А к ним можно? Увидеть хочу.

— И я хочу — Толян подскочил к Марине — Очень хочу.

— Бегите, чего уж.

Счастливые отцы убежали, а Марина присев у стола спросила: — Ужин приготовили? Есть очень хочется, да и мамочкам нашим силы восстанавливать нужно. Девчонки засуетились, накрывая ужин. Доставали горшки, резали хлеб, выкладывали соленья.

Вернулись парни, которые топили печи в домах Виктора и Толяна, что бы они с женами и детьми могли вернуться в теплое жильё.

Вскоре вернулись и все остальные. Бережно прижимая к груди детей, уставшие, но счастливые мамочки начали отказываться было от ужина, спеша уединиться, но Полина Ивановна с Мариной были категорически против. Уложив спящих малышей в люльки, они усадили всех за стол.

— Нюра, ты сына Юрой назвала, это понятно, а вы как дочку назовёте? — спросил Егор

— Да у нас давно уже решено- тихо ответила Лиза- дочку Ирой