Идеальные каникулы смерти - Шэрон Ньюман

— Мистер Кларк, — произнес Брайан, копируя неуловимо британское произношение Палгрейва, — тот пакет вырезок и обрывков, который вы насобирали на тему укреплений армии федералов в Сити-Пойнт, заслужил высокую оценку нашего совета директоров. Он достоин помещения в задний проход, а посему позвольте вручить вам значок члена Лиги Напыщенных Мудаков.

— Asinus asinurn fricat, — добавила Кейт. — Жопа жопу трет.

Я сделал глоток пива.

— У вас проблемы, — сообщил им я.

— Ага, — согласился Брайан. — Мы воплощение твоих проблем.

— Послушайте, я очень ценю вашу заботу, но завтра срок сдачи работы, и мне необходимо вернуться в офис.

— Ни за что, Новый Сотрудник. Это вторжение. Программа перепрограммирования запущена.

— Но завтра…

Кейт наклонилась через стол и схватила меня за руки.

— Я расскажу тебе одну историю, — сказала она. — Три года назад я забрала к себе детишек сестры. На выходные. Чтобы дать ей возможность отдохнуть. В воскресенье днем я поняла, что схожу с ума. Я была в отчаянии. И тогда я решила повести их на ярмарку в Уитоне. Это была ярмарка в стиле эпохи Возрождения, и там все было таким мрачным! Я и передать тебе не могу. Шуты. Менестрели. Парни в странных шляпах, играющие на флейтах. И вот я стою, пью из кувшина диетическую колу и наблюдаю за происходящим. И кого, думаешь, я вижу? Таддеуша Палгрейва! Стоит в ожидании рыцарского поединка. В белой рубашке и галстуке-бабочке с кружкой медовухи в руке. И ты, наш Новый Сотрудник, уже ступил на эту дорожку. Однажды ты тоже превратишься в человека, который ходит на ярмарку в рабочей одежде.

Я немного подумал.

— Но у меня, знаете ли, есть жизнь помимо работы. У меня есть и другие планы. Может, я пока просто собираю материал.

Не успела вырваться последняя фраза, как я уже об этом пожалел.

— Ага! Роман! — Кейт стиснула руки. — Ну и как он продвигается? Есть ли в нем герой, недавно окончивший университет, а в настоящее время залечивающий сердечную рану? Я уверена, что он сдержанно и с достоинством старается заново выстроить свою разрушенную жизнь.

— Нет, — перебил ее Брайан. — Это роман о многообещающем молодом журналисте, осваивающем свое нелегкое искусство и сдержанно, но с достоинством прокладывающем себе путь в холодном и жестоком мире.

Я потянулся к кувшину и наполнил свой бокал.

— Чем вы вообще занимались, пока в вашей жизни не появился я?

Брайан откинулся на спинку стула.

— …В последующие годы часто вспоминали о том, что юный Джефф Кларк никогда не упоминал о своем романе. Никто даже не догадывался об эпического масштаба борьбе, свершающейся в огненном горниле его гения. Стоило заговорить об этом, и он тут же с простодушной мальчишеской улыбкой переводил разговор на другую тему.

— Сдержанно, но с достоинством, — добавила Кейт.

В тот вечер я так и не вернулся в офис. Мы заказали еще один кувшин пива и очень долго разговаривали. Брайан рассказывал о своей группе. Кейт рассказывала о своей семье. Я рассказывал о своих романтических горестях. У меня даже хватило духу немного над собой посмеяться. В какой-то момент Кейт потянулась к Брайану и провела пальцами по его руке, от плеча до кисти, тем самым ответив на давно уже крутившийся у меня в голове вопрос.

В два часа ночи мы последними ушли из бара. Я оставил их возле многоэтажной парковки на Кэмерон-стрит, сделав вид, что меня совершенно не интересует, уедут они на одной машине или на двух. Булыжники мостовой присыпал легкий снежок, и я сунул руки в карманы и побрел домой, изредка поднимая голову и подставляя лицо под падающие снежинки.

Я до сих пор не знаю, что заставило меня свернуть на Принс-стрит и пройти мимо здания «Лайфспэн». Но, подняв голову к окнам третьего этажа, я почти не удивился, увидев свет в окне кабинета Палгрейва. Подойдя поближе, я заметил промелькнувшую мимо окна тень.

Я пошел дальше. Я больше не имел с этим ничего общего. Я не работал до глубокой ночи. Я был просто молодым человеком, умеющим наслаждаться жизнью. У меня были друзья и честолюбивые планы, а также неоконченная рукопись. Я снова взглянул наверх. Тень снова прошла мимо окна, на мгновение заслонив свет.

Охранник на посту спал, и я приложил все усилия, чтобы его не разбудить. Я поднялся в лифте на третий этаж и с помощью пропуска вошел в свой отдел. В коридоре царила тишина и полумрак. Подошвы моих туфель громко поскрипывали на синтетическом покрытии пола.

Тут важно понять, что у меня и в мыслях не было беседовать с Палгрейвом. Я всего лишь хотел провести несколько минут в своем кабинете. Я уже знал, что мне не удастся удалить последнюю красную галочку. Возможно, я планировал написать объяснительную записку мистеру Альбамарлю. Если Палгрейв заметит меня и поймет, что я тружусь так же усердно, как и он, что ж, пускай. Я расположился за столом, снял чехол с пишущей машинки и откинулся на спинку стула, чтобы собраться с мыслями.

Когда тремя часами позже я проснулся, Палгрейв сидел напротив на складном стуле. У меня ушло несколько секунд на то, чтобы осознать этот факт. Не могу сказать, что я испугался. Его присутствие показалось мне совершенно естественным и даже, в каком-то смысле, подбодрило меня. Но я сразу понял, что наши отношения приняли неожиданный оборот. Начать с того, что он улыбался.

Выждав, пока я окончательно приду в себя, он заговорил.

— Вы тут спите? — поинтересовался он.

— Нет, — ответил я. — Нет. Я просто зашел, чтобы кое-что доделать… Я не хотел…

Он отмахнулся от моих оправданий.

— Я здесь сплю, — сообщил мне он. — По большей части. У меня есть квартира, но это так, для вида.

— Для чего?

Он потер подбородок и окинул меня оценивающим взглядом, как будто пытаясь оценить мой возраст и вес.

— Вы очень настойчивы, мистер Кларк, — заметил он.

— Такая у меня работа.

— Да, работа, но не только. Вы любознательны. Вы постоянно расспрашиваете людей об их увлечениях и интересах.

— Послушайте, я не хочу, чтобы вы подумали, что я во все сую нос. Я просто…

— Да нет, это хорошо, — снова перебил меня он. — Я и сам должен уделять этому больше внимания. Я постоянно об этом забываю. Просто в нынешних обстоятельствах не вижу в этом особого смысла. Время летит так быстро. Люди, подобные вам, исчезают в считанные мгновения.

Я ощетинился.

— Тут вы ошибаетесь. Я серьезно настроен на эту работу. Я намерен отработать здесь не меньше пяти лет. Если вы вытесните меня из этой серии, я отработаю на «Вокзале чудес» и вернусь. Я здесь надолго.

— Надолго! — воскликнул он. — На пять лет! — Он захлопал в ладоши. Я впервые видел его таким оживленным. — На целых пять лет! Не может быть! А вы знаете, как давно я здесь?