Сунь Укун — Царь обезьян - У Чэнъэнь

повествующая о том, как духи Змеиной горы тайно помогали паломникам и как был усмирен дракон из реки Орлиной печали

Наступил двенадцатый лунный месяц. Похолодало. Дул резкий северный ветер.

Паломники продолжали свой путь. Карабкались по отвесным скалам, брели по тропинкам. И вот однажды они услышали шум воды.

Это бурлила река Орлиной печали у подножия Змеиной горы.

Поистине великолепная картина открылась взору паломников.

Тонкая стылая струйка

снежный покров пробивала упорно.

Ясно-глубокие воды

солнце окрасило алой расцветкой.

Гомон ливня ночного

слышался в горном русле потока.

Ранней зари оттенки

ярко пестрели по краю неба.

С волн высоких срывались

брызги, подобно осколкам яшмы.

Отзвук шума потока

веянье ветра вокруг разносило.

Воды таяли в дымке,

на десять тысяч ли разливаясь.

Так, без общего корма,

чайка и цапля друг друга не помнят.

Не успели путники опомниться, как на середину реки выскочил дракон. С шумом рассекая воду и вздымая волны, он ринулся прямо к берегу. Сунь Укун бросил на землю свои пожитки и, стащив Сюаньцзана с коня, пустился вместе с ним наутек. Дракон не стал гнаться за ними, проглотил коня вместе с седлом и сбруей и скрылся в волнах.

Сунь Укун между тем привел Сюаньцзана на высокий холм, усадил его там, а сам отправился за конем и вещами. Вещи лежали на берегу, а коня нигде не было. Сунь Укун сразу смекнул, в чем дело, вернулся к учителю и сказал:

– Учитель! Этот дракон сожрал нашего коня.

– Что же теперь будет? – чуть не плача промолвил Сюаньцзан. – Без коня мы не можем двигаться дальше!

– Я заставлю негодяя вернуть его нам, – сказал Сунь Укун. – Итак, я отправляюсь на поиски.

– Как же я останусь один? – в отчаянии вскричал Сюаньцзан. – Может, дракон притаился где-нибудь здесь поблизости и, как только ты уйдешь, нападет на меня?

Тут Сунь Укун рассердился:

– И коня вам подай, и я чтоб не двигался с места. Нет, учитель, так не пойдет.

Сунь Укун не на шутку разбушевался, как вдруг откуда-то сверху раздался голос:

– Великий Мудрец, не бушуй, а вы, учитель, не бойтесь. Мы – духи, посланцы богини Гуаньинь, нам велено охранять вас в пути.

– Вот и прекрасно! – обрадовался Сунь Укун. – Вы охраняйте учителя, а я отправлюсь на поиски коня.

Сказав так, Сунь Укун подвязал халат, подоткнул полы и, держа в руках посох с золотым обручем, ринулся прямо к реке.

– Эй ты, угорь поганый! Отдавай коня! Живо! – крикнул Великий Мудрец.

Дракон, который, сытно поев, как раз отдыхал в это время на дне, услышав столь дерзкие речи, выпрыгнул на берег.

– Кто посмел потревожить меня? – крикнул он в гневе.

Тут Сунь Укун поднял свой посох и опустил его на голову дракона. Дракон грозно разинул пасть, выпустил когти и ринулся на Сунь Укуна. Между ними завязался жаркий бой.

Долго бились противники, то наступая, то отступая, пока наконец дракон не бежал с поля боя. Он бросился в воду и укрылся на дне.

Не скоро удалось Сунь Укуну опять вызвать дракона на бой. На этот раз они бились недолго, после нескольких схваток дракон обессилел, обернулся змеей и скрылся в прибрежных зарослях. Тогда Сунь Укун с помощью волшебства вызвал духов – стражей Змеиной горы и рассказал им про то, как дракон из реки Орлиной печали сожрал белого коня, на котором учитель Сюаньцзан едет на Запад за священными книгами.

– В этой реке никогда не водилось чудовищ, – сказали духи. – Вода в ней настолько прозрачна, что дно видно как на ладони. Птицы, когда пролетают над ней, бросаются в воду и гибнут, принимая собственное отражение за себе подобных. Вот почему река эта и называется рекой Орлиной печали. Но в прошлом году здесь проходила богиня Гуаньинь. Она спасла от казни Нефритового дракона и направила его в змеиные края, повелев ждать паломника за священными книгами и не совершать никаких злодеяний. Дракон выходит на берег, только сильно проголодавшись, и ловит ворон, сорок, а иногда ланей или оленей. Как же он мог не признать вас, Великий Мудрец? А сейчас, чтобы найти его, лучше всего обратиться к богине Гуаньинь. Она мигом усмирит дракона.

Но только было собрался Сунь Укун отправиться к богине Гуаньинь, как откуда-то с высоты раздался голос Златоглавого стража:

– Я сам отправлюсь к богине.

С этими словами Златоглавый страж взобрался на облако и полетел в сторону Южного моря, а достигнув моря, проследовал к роще Лилового бамбука, излучавшей радужное сияние.