Бывший. (не)простой выбор императора-дракона - Мария Минц

Вроде, и следов пыли не заметно, никакой паутины, чистые стекла — видно, что за поместьем следят. И тем не менее, очень сильно не хватало зажженных ламп вдоль стен, да и вообще, ощущения тепла. Даже разведенный огонь в камине сильно изменил бы впечатление.

Правда, сейчас не время об этом думать. Только не с раненым Ярве на руках.

Скользнув взглядом по залу, я зацепилась за длинные удобные скамьи возле широкой раздваивающейся лестницы, ведущей наверх. Туда-то я и поволокла тяжело сопящего Ярве.

— Где мне найти аптечку? — тут же спросила, помогая усесться его на скамью. Он качался, шипел что-то неразборчивое, но всё-таки уселся. Стрела в его плече качалась в такт его движениям, и я изо всех сил отводила от неё взгляд.

— Одна точно есть в кабинете Антэро… — он поднял руку, показывая на ближайший справа проход, — За этим залом гостиная, а за ним — уже его кабинет… аптечка в столе.

— Поняла! — я сорвалась с места и кинулась в указанном направлении.

Пробежала насквозь гостиную, даже толком ни за что не зацепившись взглядом, и остановилась перед массивным черным столом с высоким кожаным креслом коричневого оттенка.

Так, где эта аптечка?

Я стала бездумно открывать все ящики стола подряд, пока не наткнулась на тёмно-красную коробку с изображением тонкой шипастой лозы, обвившей жезл — обозначение всех лекарей, да и вообще, любых лечебных зелий империи Эмберг.

Схватив коробку, я кинулась с ней обратно, искренне надеясь, что ее содержимого окажется достаточно, чтобы помочь Ярве. Слишком уж мало я знала об обработки ран. А Ярве, судя по всему, был весьма добросердечным и искренним человеком. К тому же, он так предан Антэро… Так что, мне бы очень не хотелось, чтобы с ним что-то случилось.

Тем более, из-за того, что он просто защищал меня.

Вернувшись, я сразу увидела, что Ярве уже разорвал рубаху, отломал кончик стрелы и вытащил другую ее часть.

— Почему вы меня не дождались? — тут же отчитала его я, бросившись обрабатывать рану сначала очищающими зельями, а потом и кровоостанавливающими.

Как оказалось, рана выглядела хуже, чем была на самом деле. Главная опасность состояла в том, что Ярве потерял много крови. Но то, что он сам извлёк стрелу, хотя бы вселяло в меня уверенность, что с ним всё будет в порядке и он пойдёт на поправку.

Кое как перевязав его плечо, я снова помогла Ярве перебраться на этот раз в гостиную. В отличие от зала, там была более удобная и просторная тахта, на который можно было положить моего защитника.

Как только Ярве развалился на ней и болезненно прикрыл глаза, я решила отнести аптечку обратно в кабинет Антэро. А заодно и убрать беспорядок, который я устроила, пока искала аптечку.

Аккуратно положив её на место, я задвинула верхние ящики, но когда пришла очередь нижнего, моя рука дрогнула.

Что? Быть этого не может!

Мое сердце испуганно замерло, а я сама против воли протянула руку к тому, что лежало в ящике.

Неужели, это…

На секунду, мне показалось, что это какое-то наваждение. Но нет... Это и правда были они!

Глава 27

Передо мной была стопка старых пожелтевших писем, аккуратно перевязанных бечёвкой. Осторожно, стараясь даже не дышать, чтобы не спугнуть наваждение, я погладила самое верхнее. На секунду показалось, что сейчас всё рассыплется в прах, но вместо этого ладонь просто ощутила шершавую поверхность хрупкой от времени бумаги.

Сердце бешено колотилось, а в ушах стучали серебряные колокольчики.

Это были мои письма! Я даже вспомнила, когда писала самое верхнее из них: сидя у окна, безжизненно привалившись лбом к ледяному стеклу и глотая слёзы.

Ноги подкосились, и я безвольно опустилась на колени, отчаянно хватаясь за край ящика. Не выдержав, я очень осторожно извлекла всю пачку, бережно положила на пол рядом с собой. Взялась за край бечёвки, чтобы развязать, и вдруг замерла.

Что-то было неправильным. Что-то в виде верхнего письма смутило меня, и, наклонившись над ними пониже, я поняла, что.

Оно было составлено из множества мелких кусочков, которые потом аккуратно склеили при помощи магии. На первый взгляд, это было как будто бы совсем незаметно, но, если прищуриться и слегка наклонить голову, в глаза бросались тончайшие нитевидные линии, испещрившие поверхность письма. Именно от них слабо тянуло магией.

Я недоумённо тряхнула волосами. Кому и зачем понадобилось рвать письма, а потом ещё и склеивать их? Неужели — тут у меня сердце сделало кувырок — это был Антэро? Но почему?

Но все размышления на эту тему разом оборвались, сметённые бешеной волной воспоминаний, резко нахлынувших на меня при виде всей этой стопки. Давясь обжигающими горло слезами, я бережно, с величайшей осторожностью, распустила узел бечёвки и принялась доставать из стопки одно письмо за одним, дрожащими пальцами гладя каждое, как вернувшегося домой котёнка.

И каждое, абсолютно каждое, было склеено из мелких обрывков уже знакомым мне образом.

Все эти письма я написала Антэро после того ужасного дня, когда он не явился на нашу свадьбу. Вот первое…

Я подняла с пола пожелтевший конверт и замерла, не в силах оторвать от него взгляд. Вскрывать его, чтобы перечитать не было никакой нужды — даже сейчас, спустя столько времени, я помнила каждое слово, что там было написано.

“Я так долго ждала тебя там, на ступенях дворца. Умоляю, скажи мне, что у тебя была действительно важная причина так со мной поступить! Я буду верить в это, ведь иначе всё в моей жизни теряет смысл. Пожалуйста, помни, что я очень люблю тебя, Антэро…”

Письмо это было совсем коротким. Отправив его, я с замиранием сердца — и, в то же время, с нетерпением ждала ответа. Верила, что Винтер всё-всё объяснит мне, что мы вновь встретимся, и всё будет, как и прежде.

Но дни шли, а ответа всё не было.

В какой-то момент я отчаялась настолько, что бросила любые попытки связаться с Антэро. Помню как меня даже накрыло мимолетная мысль, что, быть может, до Антэро мои письма даже не доходят…

А теперь, спустя два года я нашла их у него в столе. Все без исключения.

Но тогда почему он не отвечал на них? Почему никак не дал