Повелитель Ижоры - Александр Егоров

Я даже не был удивлен, увидев под окном «лендровер» с водителем. Его послал отец специально для меня. «Сауна, только для молодого ярла», – пояснил водитель, глуповато улыбаясь.

– Вот это вовремя, – пробормотал я.

Дома такие штуки были мне не по карману. Вот только почему он зовет меня одного? – подумал я. Но думал об этом недолго.

Устало развалившись в джипе, я примечал все: и затаившуюся на дереве белку, и какую-то лесную дрянь – скелет крота или ежа, расклеванный воронами, и вырезанного из дерева божка, установленного на обочине вместо километрового знака.

По этой дороге, потерявшейся в лесу, кто-то да и проезжал временами. По обочинам не валялось мусора и пустых бутылок, как было бы у нас, но следы человеческого присутствия все же встречались. Вот на обломанном сосновом суку кто-то привязал тряпочку (она уже выцвела от времени). Вот кто-то неизвестно зачем воткнул палку в муравейник.

По этой дороге мы впервые пришли в Извару. Правда, Янис со своей болтовней не давал как следует оглядеться. И глупый Торик пыхтел над ухом.

«Тогда я был другим, – подумал я. – Всего-то… вчера».

Эта мысль оказалась неожиданно болезненной. А тут еще и джип свернул с дороги, и я едва не врезался башкой в пролетавшее мимо дерево (водитель в ужасе оглянулся, залопотал что-то по-своему).

«Лендровер» прогрохотал по сосновым корням и нашел колею. Потом проехал еще метров сто – и вдруг остановился перед высоким деревянным забором, каких много и в нашем времени, где-нибудь в пригороде, где эти заборы возникают нежданно среди соснового леса, а на них прикреплены видеокамеры, и ты ждешь, что вот-вот в тебя начнут стрелять. Я заставил себя успокоиться. Ведь здесь нас ждали. Ворота распахнулись, и дружинник приветствовал меня уже знакомым жестом.

Мы проехали внутрь. Сосны продолжали шуметь и за оградой: усадьба оказалась просторной. Земля-то здесь ничего не стоит, подумал я. Вдали виднелся бревенчатый дом под красной черепичной крышей, невысокий, но внушительный. Были и еще постройки неизвестного назначения, навес для автомобилей и даже бассейн с подогревом: над ним строители воздвигли стеклянный навес, больше похожий на парник.

Все-таки великий конунг Ингрии не смог отказать себе в удовольствиях двадцать первого века.

Отец встретил меня по-домашнему: в спортивном костюме, теннисных тапочках и (я удивился) с бутылкой французского коньяка в руке.

– Глотни чуть-чуть, – разрешил он. – Что-то ты с утра усталый.

– Пиво было кислое.

Он захохотал. На него-то пиво не подействовало.

В сауне уже было натоплено, пахло дымом и душистыми травами. Под потолком светилась обыкновенная лампочка в абажуре из толстого стекла. В полутьме мы разделись и уселись на дощатую лавку. Ковшик тоже был деревянным, похожим на бочонок с длинной ручкой; из этого ковшика отец плеснул водой на каменку, та зашипела, и в парной мгновенно стало жарко.

Я в первый раз увидел его голым. Поджарый, сухой, он казался старше своих лет. Его мокрые седые волосы неряшливо рассыпались по плечам: я догадался, что он начинает лысеть и перевязывает волосы ленточкой, чтобы не было видно залысин. Осторожно глянув вниз, я удивился. Я не ожидал, что увиденное будет настолько незнакомым и неприятным. Да, неприятным.

Правда, он был еще силен. Нарочно поигрывал мускулами, потягивался, посмеивался, глядя на меня.

– Ну что, сын? – спросил он. – Нравится тебе тут?

– Масса впечатлений, – честно отвечал я.

Пот уже выступил на моей груди и плечах и ниже. Может, поэтому тошнота отступала.

– Тебе надо тренироваться, – непонятно сказал отец.

– Тренироваться?

– Посмотри на себя. Ты еще совсем мальчишка.

– С этим я ничего не могу поделать, – огрызнулся я.

– Ты должен стать сильным, чтобы тебя уважали мои люди. Чтобы боялись. Ты – молодой ярл. Тебе здесь все позволено. У тебя будет своя собственная дружина, ты сам ее наберешь. Но ты не можешь быть слабым, иначе они это поймут, Фил.

В ушах у меня начинало звенеть от жары.

– Может, окунемся? – попросил я.

– Сиди.

Он дотронулся до моего плеча, опять усмехнулся и плеснул еще из ковшика. Стало совсем горячо.

– Динка тебя просветила в вопросах личной жизни? – спросил он вдруг.

– А откуда ты знаешь?

Таким вопросом, понятное дело, я выдал себя с потрохами. И даже как будто согласился с тем, что просвещение мне требовалось. Ну и черт с ним, решил я.

– Ты всерьез думаешь, что здесь что-то делается без моего разрешения? – презрительно спросил Ингвар. – Я сразу понял, Фил, что у тебя никого еще не было. После первого же разговора с тобой. И я решил принять срочные меры. Разве я ошибся?

– Не ошибся, – сказал я, краснея. Хорошо еще, что краснеть в сауне бессмысленно.

– У вас все получилось, – то ли спросил, то ли сам себе ответил мой отец. – Диана – просто потрясающая девочка. Лучше и не бывает… для начала.

Я почувствовал, что… даже удивительно, при такой-то жаре, что я могу об этом думать. Или наоборот – я об этом не думал, только оно как-то само… Вот ведь незадача. Я поджал ноги и обхватил колени руками, стараясь, чтобы отец ничего не заметил.

– Не стесняйся, парень, – посоветовал отец. – У тебя здесь будет много подобной работы. То, что позволено Юпитеру, не позволено всем остальным… козлам…

Тут он поднялся, распахнул дверь и сразу же бултыхнулся в бассейн. Наплевав на все, я последовал его примеру. Лазурная вода расплескалась во все стороны, и я сдуру ударился о дно коленкой. Вынырнул, пуская пузыри. Вода оказалась чистой и вкусной, хоть пей ее. Я чихнул.

– Ты должен заняться спортом, – строго сказал Ингвар, придирчиво оглядев меня. – И боевыми искусствами. У тебя будет свой наставник, я позабочусь об этом.

– Спасибо, – только и оставалось мне сказать.

– Ты умеешь водить машину?

– Ну, так, слегка, – соврал я. – Я умею на скутере.

– Скутер… – Отец выбрался на бортик и уселся там, опершись на одно колено, как пожилой древнегреческий олимпиец. – Когда-то я мечтал, чтобы мне купили скутер. А потом решил, что лучше самому брать себе что угодно. Чувствуешь разницу?

Я кивнул, подплыл поближе и ухватился руками за поручни. Я глядел на него снизу вверх, и ему это нравилось.

– Тебе нужно научиться управлять людьми, – сказал он назидательно. – Это примерно то же, что и машиной, но интереснее. Нужно просто давить на нужные педали. И подальше смотреть вперед. Понял?

– Понял.

– Отлично, сын, – улыбнулся он и встал в полный рост. – И это… не парься. Просто грейся.

Как будто дождавшись этих слов, возле бассейна откуда-то появились две девушки, завернутые в простынки, вроде весталок (или как их там), с махровыми полотенцами в руках. Они очень приветливо улыбнулись отцу – и мне, конечно. Одна очень грациозно склонилась вперед, протянула тонкую руку и помогла мне выбраться. Поднимаясь, я очень живо почувствовал, что день далек от завершения, и все самое интересное еще впереди. Девушка держала мою ладонь в своей. Ингвар деликатно развернулся и проследовал обратно в разогретую сауну. У меня была пара секунд, чтобы решиться: нырять со стыда обратно в бассейн, как мальчишка, или… я выбрал второе.