Побочный эффект - Дмитрий Янковский

В темной комнате на экране плоского монитора словно растекались чернильные пятна – желтые, красные и зеленые.

– Плохо видно, – пожаловался голос Вадима. – Прокрути запись и отодвинь камеру чуть назад.

Изображение шевельнулось, пятна сделались меньше, и теперь в них можно было узнать комнату, снятую через инфракрасный анализатор. За столом сидели два человека. Подробностей не было видно, лишь силуэты, испещренные камуфляжем радужных пятен.

– Вот так, нормально.

При каждом движении по силуэтам пробегали волны горячего красного цвета, отображая изменяющуюся температуру мышц.

– Что у него с головой? – спросил в темноте Вадим.

– Усек? – довольно произнес другой голос, принадлежащий парню лет двадцати пяти. – Именно это я и хотел тебе показать. Сам не могу въехать. Неимоверный приток крови в правое полушарие.

– Последствие травмы?

– Да уж прямо. Тогда у него была бы повреждена половина мозга. С такой термограммой он должен находиться в коматозном состоянии. Так что это, скорее всего, последствия применения твоей штуковины. Может его на всякий случай локализовать?

– И что мы тогда поймем? – яркий огонек зажигалки на секунду высветил два лица у монитора, но тут же погас, оставив в воздухе алый уголек сигареты. – Не стоило бы и огород городить. Успокойся, он и так практически локализован. Пока все нормально. От Алекса есть известия?

– Ксения беседовала с ним утром. Говорит, что его команда потеряла Майка. По последним данным он содержится во внутренней лаборатории NASA.

– Это предсказуемо. Как Алекс оценивает доступность Стрэнча?

– Он не может к нему подобраться.

– Ладно. – Вадим сделал паузу, огонек сигареты разгорелся ярче и выпустил заметную струйку дыма. – Есть сигналы из горных районов?

– Пока тихо. Нам повезло, что в северном полушарии зима, так что в горах сейчас мало народу, – ответил парень.

– Действительно повезло.

– Но есть одна вещь, которая тебе не понравится.

– Я чего-то не знаю? – Вадим затянулся сигаретой, заставив уголек разгореться и зашипеть.

– Да. Погиб генерал Диксон.

– Командующий ПВО?

– Да, разбился на самолете.

– Забавно… – огонек сигареты снова разгорелся. – Интересно, случайность это, или Алекс нам выдал не всю информацию?

– С этих станется. – фыркнул парень. – К тому же Серый Ричард изготовил в металле фигуру, параметры которой получены при расшифровке сигнала. Они назвали ее Моделью.

– Думаешь, она как-то может подействовать?

– А хрен ее знает.

– Ладно. Проанализируй термограмму по всем медицинским параметрам и поставь систему на постоянный конроль.

– Я бы на контроль не особо надеялся. Существует масса способов его обойти. – пальцы парня пробежали по клавиатуре. – От наружного наблюдения, сам понимаешь, тоже можно оторваться.

– Не оторвется, – с усмешкой произнес Вадим.

– Лучше бы ты меня к нему приставил. – вздохнул парень.

– Переживешь. Мне нужен спец возле компьютера. Молод ты еще лезть в оперативники.

Дверь в комнате скрипнула, и темнота отступила под натиском наружного освещения. В проеме показался силуэт грузного мужчины, но тут же щелкнул замок и комнату вновь заполнила тьма.

– Как дела? – спросл вновьприбывший. – Что узрели ваши приборы?

– Его мозг работает на повывшенных оборотах, – сообщил Вадим. – Сейчас трудно сказать, чем это в точности вызвано. Возможно, как мы и думали, он обрабатывает полученный сигнал. Но это только гипотеза, Виталий Кузьмич, точно пока ничего сказать нельзя. Вы же знаете, что в дневниках Тихонова очень мало информации, относящейся к делу.

– В них вся информация, какая есть вообще, – не согласился Виталий Кузьмич. – У американцев и этой нет, они вообще понятия не имеют, с чем столкнулись. Но нам это выгодно, пусть они попробуют сделать компьютерный анализ. А мы поглядим, что из этого выйдет.

– Они его уже сделали и получили некую фигуру, которую успели изготовить в металле. Не стало бы это нам поперек глотки. – фыркнул Вадим. – Что будем начальству докладывать?

Виталий Кузьмич помолчал, затем порылся в карманах и достал курительную трубку в футляре.

– Составь стандартный рапорт с приложением дневников. – он прикурил, звякнув дорогой зажигалкой. – Пока этого хватит. Все равно к нашей затее мало кто относится серьезно.

– Понятно. Пока гром не грянет, русский не перекрестится, – усмехнулся Вадим.

– Контроль за подопечным нормальный?

– Вполне. Я приставил к нему очень надежную сотрудницу. И объект глухой, специально подготовленный.

– Смотри мне… – Виталий Кузьмич, засопел трубкой, разувая в ней алый уголек. – Если что, семь шкур с тебя спущу.

– Товарищ генерал… – поморщился Вадим.

– Товарищей уже отмнили, а господ еще не ввели, – усмехнулся Виталий Кузьмич. – Но я и без господских церемоний выдеру тебя, как Сидорову козу.

– Если бы вы посмотрели на этого Шерстюка вживую, не говорили бы подобных глупостей. Большего слизняка и труса я в жизни своей не видел. Из него неуверенность так и сквозит, так что на какие-либо фокусы он не способен физически.

– Майк Стрэнч тоже был вполне нормальным радиоастрономом, – спокойно сказал генерал, раскуривая трубку.