Уакерос - Андрей Чернецов

– Слушайте, а v nature, – возмутился Серёга, – они нас кормить вообще-то сегодня собираются?

С этими словами русский подошёл к ржавой двери подвала и начал яростно бить в неё кулаком, выкрикивая при этом что-то по-испански.

Дверь мгновенно, как по волшебству, открылась и из-за неё выскочил тяжёлый приклад автомата, ударивший Черкасского прямо в лоб.

Ухнув, Серёга грузно осел на земляной пол.

Железная дверь со скрипом закрылась.

Адам с Фрицем осторожно оттащили тело мятежного славянина на середину подвала.

– Ого! – сказал Думкопф, рассматривая широкое чело находящегося в отключке Серёги.

Прямо на середине лба русского отпечатался серийный номер автомата, выдавленный, по-видимому, на торце деревянного приклада.

– Шестьсот шестьдесят шесть, – вслух прочёл номер Фриц, – дьявольские шестёрки. Да, не повезло бедняге.

– Это как ещё на это посмотреть, – открыв глаза, хрипло произнёс зловеще ухмыляющийся Серёга.

– Что такое? – удивился Адам. – Он что, ещё жив?!!

– Да вроде разговаривает, – пожал плечами Думкопф, – улыбается даже.

– Ну, это понятно, – знающе кивнул Крюгер, – от такого удара кто угодно идиотом станет.

– Сами вы идиоты, – обиделся Серега, ощупывая лоб. – Однако этот гадёныш хорошо меня саданул. Но я его рожу усатую запомнил.

Немцы недоумённо переглянулись.

– Ну что, братья тевтонцы, – усмехнулся русский, тяжело поднимаясь с пола. – Думаете, у меня крыша поехала. А это вы видали?!!

Резким движением руки Серёга выхватил из-за спины здоровый армейский нож с толстым зазубренным лезвием.

– Ух ты, – восхитился Фриц. – Сергей, где ты его взял?

– Да у того же придурка, что меня прикладом промеж глаз приложил, – хвастливо ответил русский.

– Но КАК?!!

– А вот так, уметь надо. Я когда-то таким штучкам ещё в детдоме обучался.

– Ну а откуда ты знаешь испанский? – в свою очередь удивился Крюгер. – И вообще, что ты им сказал?

– Испанский я знаю не очень, – нехотя признался Серёга. – Но одна фраза мне запомнилась ещё в Мексике. Там один случайный знакомый меня обучил. Перевести довольно трудно…

– Ну а ты всё-таки попробуй, – настаивал любознательный Адам.

– Э… э… э… – русский замялся, не в силах подобрать нужные английские слова, – что-то вроде… сын бешеной гиены, изнасилованной сумасшедшим орангутангом…

Немцы присвистнули.

– И как это ты вообще жив остался, ума не приложу? – искренне удивился Крюгер, с уважением смотря на бесшабашного брата славянина.

– Да для меня самого это загадка, – согласился Серёга. – Но уж такой я человек, если решил отмочить какую-нибудь глупость, то ничто меня уже не остановит. Вот охотился я однажды в Индии на священных коров. Вернее, что они священные, я узнал потом, но это не суть важно. Мне один лох в туристической фирме наплёл с три короба, что в Индии дикие коровы прямо по улицам свободно разгуливают, стреляй не хочу. Мне в этой фирме даже специальную лицензию на отстрел этих самых коров выписали. Лохотрон, короче, у них там был продвинутый, ну а я по простоте душевной попался. Восемь тонн баксов уплатил за это, якобы, модное развлечение. Купил, короче, винтарь с оптическим прицелом и в Индию подорвался. С таможней как всегда никаких проблем не было, у меня удостоверение Общества Свободных Егерей Тамбова. Спокойно провёз ружьишко. Ну а дальше… В общем, арестовали меня местные копы за убийство рикши…

– Чьего убийства?!! – хором переспросили, увлечённые рассказом русского, Адам с Фрицем.

– Ну рикши, – повторил Серёга. – Ну, это что-то типа местного такси. Садишься в коляску, а этот дистрофик впереди босой скачет, вроде вьючного животного…

– Да знаем мы, кто такой рикша, – перебил рассказчика Крюгер. – Ты лучше объясни нам, почему ты его убил, если приехал в Индию охотиться на диких коров. Или тебе в той фирме и лицензию на отстрел рикш выдали?

– Сейчас объясню, – Серёга ловко крутил в умелых руках украденный у боевика нож. – Короче, я прямо из коляски той в корову прицелился, а рикша это заметил, ну и заслонил собой бурёнку. Откуда мне было знать, что эти копытные у них священны. Засадил я свинец этому чумазому прямо между глаз. Думаю, что тот индус даже рад был такой развязке. По мне так лучше по Гангу в виде праха плыть, чем всю жизнь коляску с иностранцами на горбу по городу таскать.

– А как же тебя после этого из страны выпустили? – с отвисшей челюстью поинтересовался Думкопф.

– Да Интерпол вмешался, – беззаботно махнул рукой русский. – Я им своих коллег по игорному бизнесу выдал. Тех, что в Лас-Вегасе толстосумов на рулетке нагревали. Небось, слышали о знаменитой русской мафии?

– Слышали, – дружно кивнули немцы, с ещё большим уважением посмотрев на сокамерника.

– Ну так вот, выдал я корешей и моё дело замяли. Правда киллеры теперь за мной по пятам ходят, но это не беда, я уже к ним привык. Зад вот в прошлом году мне прострелили, когда я в Египет на сафари ездил, верблюдов сумасшедших мочил.

– А ты говоришь, что только у нас жизнь увлекательная, – улыбнулся Адам.

Этот добродушный русский нравился ему всё больше и больше. С таким попутчиком любая передряга казалась платным развлечением для повышения адреналина в крови.

– Рассказал бы я вам ещё пару интересных историй, друзья, но пора нам отсюда драпать, – спокойно заявил Серега, ковыряя острием ножа правую сандалию.

– То есть?!! – лица у отважных охотников за артефактами слегка вытянулись.

– Ну, делать ноги будем, – пояснил русский, – побег, то есть.

– Интересно, каким образом? – перейдя на полушепот, спросил Крюгер. – Ты предлагаешь зарезать охранника? Но он там наверняка не один.

– Не нужно никого резать, – беззаботно зевнул Серёга. – С помощью этого ножа я за двадцать… нет, за пятнадцать минут справлюсь с вон той решёткой. Только нужно, чтобы кто-нибудь из вас, меня подсадил.

– Фриц, – Крюгер многозначительно посмотрел на помощника.

– Да, герр Адам, – угрюмо согласился Думкопф, становясь на четвереньки.

Сняв сандалии, русский забрался немцу на спину.

Сжав зубы, Фриц тихо выматерился по-немецки.

– Справлюсь и за десять, – весело пообещал Серёга, с силой тряхнув изъеденные ржавчиной прутья решётки.

К счастью, окошко в подвале оказалось достаточного размера, чтобы через него убежать. По всей видимости, боевики постоянно меняли расположение своей базы, переезжая с места на место и захватывая различные населённые пункты.

Иначе трудно объяснить причину значительной ветхости темницы, в которую и были помещены иностранные заложники. Помещение, бывшее некогда овощным погребом, плохо подходило на роль временной тюрьмы.