Как я стал боевым магом - Игорь Осипов

– Оно разговаривает, – тихо произнесла Анна, выразив откровенное удивление в голосе.

Существо повернуло голову и уставилось на меня глазами большого филина с неподвижными зрачками. Совы всегда считались воплощением мудрости. Не знаю, как у реальных птиц, но здесь разум явно просматривался сквозь нечеловеческий облик.

– Кто ты? – осторожно спросил я.

– Баму-у-ук, – раздался ответ сверху.

– Ты Бамук? Это имя такое?

– Уху.

– Уху – это да?

Существо кивнуло.

– Что ты здесь делаешь? – задал я очередной вопрос.

– Жи-и-ить хочу, – проухало существо.

Я замер, соображая, как повернуть дальше линию разговора. Просто если раньше я общался с опасными тварями и инертными призраками, то сейчас не знал, как поступить.

– Что тебе мешает?

– Э-э-эта женщина. Три-и-и дня. У-ух. Хо-о-одит. Смо-о-отрит. Посре-е-единник, скажи ей. Пусть не хо-о-одит. У-ух.

– Как ты меня назвал?

– Стоя-а-ащий посреди – твое имя. У-ух.

– Почему ты так решил? Ты знаешь, кто я?

– Все-е-е знают, Посрединник. Тебя все-е-е знают.

Он несколько раз хохотнул, переминаясь на ветке с ноги на ногу, как ворона на проводе.

– Только ты-ы-ы не знаешь. У-ух. Придет время, узна-а-аешь. У-ух.

Существо по-совиному повращало головой, держа ее под невероятными для человека углами.

– Мы-ы-ыши сказали. Эта же-е-енщина должна уйти. Она помеха.

– Расскажи мне все, или я сожгу тебя, – заговорила вскипевшая во мне злость.

Бамук встрепенулся. По телу прошлась зыбкая волна, и вот уже настоящий большой филин сидел на ветке вместо непонятной твари. Он тяжело сорвался с места в полет и бесшумно сделал круг над нами.

– Скоро узна-а-аешь. Скоро. У-ух. Но не от меня. У-ух, у-ух. Она скажет.

– Кто она?

Вместо ответа был только хохот. Как бабка, живущая в доме рядом с этим существом, не сошла с ума. А может, давно сошла. Я хотел садануть тварь импульсом, руки так и чесались, но все же пересилил свое желание. Пусть летит. Вместо этого я обратился к своей спутнице:

– Вы что-нибудь поняли?

Бледная Анна отрицательно покачала головой, а потом резко покраснела.

– Я лишь хотела… – начала она, прикусив губу, – я не знаю, как сказать…

Я прислонился спиной к ветхому заборчику.

– Давайте продолжим разговор не здесь.

– Да, конечно, – закивала она, – у меня здесь домик недалеко, пешком дойдем. Там все и расскажу.

Я улыбнулся:

– Ведите.

Она пошла вперед, показывая дорогу и огибая лужи. Мы пересекли весь поселок, прежде чем оказались у небольшого двухэтажного дома из красного кирпича.

– Вот здесь я живу.

Мы зашли внутрь.

В просторной кухне уже кипел чайник, поставленный робкой домашней сущностью женского рода, которую Анна называла Форей. Форя была неким подобием домового, но статусом пониже, что-то вроде подполовичного. Правда, я не особо знаком с их табелем о рангах, сложно говорить наверняка.

Когда сели за стол, неловкая пауза, возникшая после беседы с филином, все не проходила.

– Вы так и живете одна в таком большом доме? – начал я, всматриваясь в выразительные большие глаза.

Даже если бы она не имела других приятных черт, можно влюбиться в эти ясные очи.

Она криво улыбнулась, отхлебнула чай и стала рассказывать:

– Я всегда жила на съемных квартирах, то там комнатка, то тут комнатка, а когда нашла нормальную должность, то плюнула на все и взяла ипотеку. Специально купила большой дом подальше от городского шума, поближе к работе. Домик хорош. Правда, зимой приходится его долго прогревать, но зарабатываю хорошо, поэтому на газе не экономлю – котел почти никогда не выключаю. Люблю, когда тепло. А что касается одиночества, то было у меня несколько ухажеров. Не срослось. Они были никакие. Появится, исчезнет, в общем, свободное посещение. Как только узнавали, что я целительница, то сразу подтягивали кучу родственников полечиться задаром. Их словно полстраны. Нет, я не против помочь, если что-то серьезное, но когда они выздоравливали – ни здравствуйте, ни до свидания. Да и морду воротили, будто мы незнакомы, а раньше лечились в бесплатной поликлинике по записи. Достало. Был один кадр, все мне сцены устраивал: «Ты же ведьма, ты вообще должна всему миру, пока не сожгли». Я его выгнала. С тех пор одна. Два года уже. Надоело претензии слушать да сопли взрослым мужикам утирать. Магу вообще сложно ужиться с обычным человеком. Настолько они разные. Как зрячий и слепой с переломанным позвоночником.

Анна прижала к щеке свою большую стеклянную кружку с цветочками и уставилась потухшими глазами на конфеты, что были в салатнице.

Я вспомнил свой неудачный брак.

– Мне Оксана позвонила, – продолжила она, – мол, Егор совсем захандрил после недавней трагедии, может, хоть у вас из дому вытащить получится. Я нашла этого филина, про которого иногда проскальзывал шепоток среди местных жителей, и поехала к вам просить помощи разобраться. Как говорится, хуже не станет.

А вот про слова филина, как оказалось, она в первый раз слышит и знать не знает, о чем тот толковал. Поэтому ситуация остается загадкой не только для меня, но и для нее. Все это рассказывала, не переставая мять салфетку.

Я внимательно слушал. Бог с ней, с птицей. Мало ли они бреда несут.

– Знаете, если уж у вас сейчас никого нет, то, может, сходим куда-нибудь, – осторожно подбирая слова, произнес я.

Она улыбнулась и поправила челку.

– Давайте. Только можно не сегодня, я немного устала от этих загадок. Лучше послезавтра, я как раз с дежурства вернусь. Оно у меня завтра. И давайте на «ты».

Я кивнул, глупо улыбаясь. Действительно, лучше так. Пусть подумает.

Попрощавшись, я уехал домой. Такси приехало очень быстро, видимо, водитель только подвез кого-то до поселка.

Дорога пролетела незаметно. Дверь в квартиру я не запирал, поэтому просто толкнул ее и вошел. Взгляд сразу уперся в сосредоточенного и хмурого домового.

– Белуга, – негромко предупредил дед Семен и кивнул в сторону гостиной.

Начинался очередной виток приключений, сводя хорошее настроение на нет.