Свобода уйти, свобода остаться - Вероника Иванова

Вкусно. И рыба речная, полностью в соответствии с моими предпочтениями. Значит ли это... Кошусь в сторону Ра-Дьена и встречаю ответный утвердительный взгляд.

— Да, это всё для тебя. Сыр тоже. Козий, с горных пастбищ.

— Какая неслыханная роскошь! Позвольте осведомиться, чем такой недостойный человек, как я, заслужил...

Каллас укоризненно покачал головой, плотнее запахивая на груди домашнюю мантию из толстого шерстяного сукна.

— Не смешно.

— А разве должно быть? Я не шучу. Я на самом деле хочу знать, что подвигло тебя на столь трогательную заботу обо мне.

— Кто сказал, что я забочусь о тебе? Я забочусь о благополучии дел. Забыл? Завтра тебя с нетерпением ожидает daneke Амира.

Вздыхаю:

— Забудешь такое... Но оставим завтрашние дела завтрашнему дню, идёт? Сегодня тоже есть, о чём поговорить и над чем подумать.

— Например?

Каллас едва уловимо напрягся. Стороннему наблюдателю чуть приподнятые плечи не сказали бы ровным счётом ничего, но я знал: мой собеседник готов слушать и, что немаловажно, слышать.

— Например, о пожаре.

— Ты составил опись пострадавшего имущества?

— Не до конца. Да и мало что пострадало: нужно по большей части только заменить обшивку стен. Олли пришлёт тебе точный список потребных материалов, когда Сеппин закончит фантазировать.

— Сеппин?

— Деревянщик. Из моих подопечных.

— А... — разочарованно протянул Ра-Дьен. — Помню. Ну, хоть в чём-то можно сэкономить!

— Да, не волнуйся об оплате мастеров. Однако... Раз уж эта статья расходов исключается, смею напомнить, что было бы совсем неплохо, если бы...

— Так и не оставил эту мысль? — глаза Калласа насмешливо сузились.

— А чем она плоха? Если удастся доказать, что растения, выросшие на территории Приюта, позволяют обезопасить гостей города от помешательства на всё время пребывания, это принесло бы немалую выгоду прежде всего тебе. Я не прав?

— С одной стороны, несомненно, и всё же...

Я азартно хлопнул ладонями по мраморной столешнице.

— Представь только: пара-тройка яблок или гроздь винных ягод в день, и любой человек может быть полностью за себя спокоен!

— И как ты собираешься проводить исследования и обеспечивать доказательства? — лукаво, но с большой долей заинтересованности спросил Ра-Дьен.

— Это уже мои проблемы! Главное, ввязаться в драку, а потом...

— А потом вовремя унести ноги, это имеешь в виду?

Пришлось признаться:

— Не исключено. Только я вполне уверен в успехе. Честно.

— Хорошо, подумаю, — согласился Каллас. — Это всё?

Я сделал трагическую паузу.

— Нет.

— Что-то случилось?

— Ты изучал материалы дознания по поводу пожара?

— Пробежал взглядом.

— Тебя что-нибудь в них насторожило?

Ра-Дьен задумался. С минуту шевелил губами, словно проговаривая про себя строки скупого отчёта.

— Нет. Пожалуй, нет.

— А должно было насторожить! — торжествующе завершил я свою мысль.

— Излагай.

— В результате дознания было установлено, что пожар произошёл по причине возгорания пролитого масла для светильников, верно?

— Да, — подтвердил Каллас, пока не чувствуя подвоха.

— Масла определённого сорта.

— И что с того?

— Масла сорта «хиши».

Dan Советник недоумевающе воззрился на меня.

— Не понимаю, что в этом странного.

— Ну как же! На какое масло ты мне выделяешь деньги, а?

Каллас хмыкнул:

— Только не говори, что именно его ты и покупаешь!

— Почему это, «не говори»?

— Собственно... — он потёр переносицу. — Я думал, что ты воспользуешься случаем и разницу будешь использовать по своему усмотрению.

— Что?! — я оскорбился и даже вскочил на ноги. — Предполагал, что стану воровать у тебя и королевского казначея, и даже подсунул повод для воровства? Какое... какая... Да как ты только мог?!

— Хочешь сказать... — до Калласа постепенно стало доходить.

— И хочу, и говорю! Я. Никогда. Ничего. Ни у кого. НЕ ВОРУЮ!

— Не кричи, пожалуйста.

— Я не кричу! С чего ты вообще взял...

— Извини.

Слово было произнесено так тихо, что я подумал: послышалось.

— Что-что?

— Извини, — он повторил чуть громче и виноватее. — Да и не воровство это было бы... Так, использование служебных возможностей.

— В личных целях, разумеется?

Каллас сочувствующе пожал плечами:

— Казна бы не обеднела. И я — тоже. Но, признаюсь: не думал, что ты настолько...

— Честный?

— Глупый.

Я надулся и сделал круг по кабинету.

— Между прочим, я пользуюсь теми же самыми светильниками, когда бываю в Приюте. А ты прекрасно знаешь, что малейшее задымление...

Ра-Дьен расхохотался:

— Так вот, в чём дело! Тебе не пришло в голову воровать, потому что красть пришлось бы у себя самого! Браво! Вот это я понимаю! А то уж начал переживать за твои умственные способности.

— Зачем волноваться о том, чего нет? — философски заметил я.

— Ладно, оставим в покое бессмысленные диспуты... Значит, ты уверен, что пролитое масло было принесено нарочно?

— Уверен. Более того: злоумышленник принял все возможные меры, чтобы преступление совершилось.

— Поясни.

— Подожжённая древесина предварительно была высушена. Магическим способом.

— Хм.

Каллас откинулся на подушки, сплетая и расплетая сцеплённые замком пальцы. Я, не желая торопить движение мыслей за высоким лбом старого приятеля и по совместительству вышестоящей персоны, вернулся к поглощению ужина, хотя настоящего голода не испытывал: сказывалось кратковременное пребывание в заботливых руках матери. Как правило, визита домой мне хватало для сохранения тела и разума в наилучшей форме по меньшей мере на месяц. Однако при всей заманчивости результатов, посещения Лунной излучины были расписаны на годы вперёд.

— Не спрашиваю, как ты это установил, но раз уж заявил о своих сомнениях, значит, доказательства имеются, — наконец, проронил Ра-Дьен, выходя из состояния отрешённой задумчивости.

— Увы.

— Не та новость, которую я хотел бы услышать.