Аленушка и братец ее козел - Елена Вилар

– Экар сказал, – отстраненно произнес Кар, – только если она сама захочет, а красная…

– Жить захочет, значит, и меня захочет! – припечатал клыкастый.

Вампир послал мне воздушный поцелуй и, развернувшись, практически растворился в пространстве. Передернув плечами от легкого омерзения, я вопросительно уставилась на Кара. Блондин обвел помещение взглядом, жестом отослал сопровождающих, которые все еще стояли в позе подобострастного поклона, и лишь потом поинтересовался:

– Ты влюблена?

Не скрывая удивления, я медленно покачала головой.

– Плохо, – выдохнул мужчина, сжав зубы так, что скулы прочертили ровные полосы под кожей. – Спрошу по-другому… Есть тот, кого ты хочешь?

– В каком смысле? – удивилась я.

– Естественно в сексуальном, знаешь ли, Аленушка, – ехидно произнес Кар, – другого смысла в этой зоне просто не существует.

– Так Экар и есть твой атеркар? – решила я сменить тему, ибо постоянные намеки меня нервировали.

– Да, – кивнул Кар.

Мужчина обошел меня, пристально рассматривая мой наряд, затем протянул руку, в которую я осторожно вложила свою ладонь, и экскурсия началась. Лучше бы я осталась там, меж тех колонн, обдуваемая слабым ветерком, все еще веря, что вокруг меня не аналог потустороннего публичного дома.

Кар, следуя указаниям вампира, кстати, а почему, собственно, он его слушался, я так и не поняла, подводил меня к двери, проводил по ней ладонью, и поверхность становилась прозрачной. Честно говоря, уже перед первой же дверью мои колени дрогнули, и, шумно выдохнув, я облокотилась о стену, сильно зажмурившись. Две мулатки практически облизывали мужчину, распятого звездочкой в пространстве. Кар рыкнул и дернул меня за локоть, заставляя смотреть на завораживающее и одновременно отпугивающее действо.

– Поверь, лучше наблюдать, чем участвовать, – склоняясь к уху, тихо произнес мужчина. – Хотя… если готова, только скажи, и окажешься в красной комнате.

– Даже знать не хочу, что там, – ответила я, предварительно откашлявшись.

Девочкой, впрочем, как и девственницей, я не была, но на столь откровенные ласки никогда не решалась. Ласки?! Пф, игрища! Хотя уверена, многим такое нравится. Мне их жаль! Видимо, реальная жизнь у них слишком однообразна и скучна, раз в сексе они предпочитают такое… такое… неординарное!

Меж тем одна из мулаток, рукой натягивая висящую цепь, что с другой стороны сковывала руки мужчины, медленно опустилась перед ним на колени. И вроде бы стояла она к нам спиной, но я словно воочию увидела и хищный взгляд красотки, и быстрый язычок, что обвел алые губки в предвкушении.

– Не-е-ет… – простонал мужчина, закатывая глаза и дергаясь в оковах. – Перестаньте меня мучить!

– Ты еще не готов! – жестко произнесла вторая красотка, в руке которой появился темный хлыст.

Взмах рукой, и в воздухе раздался характерный щелчок. Мужчина дернулся и застонал, ибо в этот момент та, что стояла на коленях, коготком провела по возбужденному органу. Поймав себя на том, что мне интересно дальнейшее развитие событий, я отпрянула, во все глаза смотря на Кара, что не скрывал довольной ухмылки:

– А ты не девочка, – констатировал мужчина, проводя по двери рукой и закрывая обзор.

Испытав ежесекундное разочарование, я возмущенно вскинула взгляд на Кара и нервно ответила:

– А что, в этот храм лишь девственниц пускают?

– Не думаю, – будничным тоном парировал мужчина, переходя к следующей двери. – Они не знают, что такое похоть, их сознание буксует на уровне искушения. Даже если такие, во всех отношениях редкие создания попадают к нам, то это означает лишь одно…

– Что?! – нервно переспросила я.

– Что в теории девочки преуспели настолько, что прекрасно осведомлены о том, в каких мужских органах кость есть, а в каких ее отродясь не было, – оскалился Кар, как я поняла, довольный собственной шуткой. – Но судя по твоей реакции, обнаженного мужчину ты не только видела и щупала, но и пробовала.

– Пф, – недовольно сморщилась я. – Говоришь так, как будто я его кусала!

– Хм, а что, нет?! – искренне удивился блондин. – А зря…

– Хорошо, что в прошлой комнате я так и не поела… – пробубнила себе под нос, но, услышав громкий хмык Кара, поняла, что моя реплика не осталась без внимания.

Мужчина провел рукой по двери, и я задохнулась, созерцая очередную картину. Пышногрудая блондинка полусидела-полулежала на кушетке, а несколько мужчин творили с ней такое, что низ живота предательски скрутило. Каждая женщина хоть раз, хоть в самых дальних мечтах, боясь признаться самой себе, мечтала оказаться госпожой в кровати, в окружении хотя бы двух умопомрачительных самцов.

Да! Каждая!.. Не врите хотя бы самим себе!

Женщина выгибалась от ласк мужчин, что, как я посчитала, в шесть рук удовлетворяли любой ее, даже не произнесенный вслух каприз. Они точно знали, чего ей хотелось, в какой момент, как именно и…

Черт! Переступая с ноги на ногу, я пыталась думать не о том, что вижу, а об огромном сугробе, в который ныряю с головой. Да-да… снег, ибо холодный душ уже был слишком теплым для моих изголодавшихся по мужским ласкам гормонов. Сильно зажмурив глаза, я постаралась выдохнуть, но с губ сорвался стон.

– Мм… А это даже забавно, – прокомментировал Кар. – И когда в твоей жизни последний раз был мужчина?

– Тебя это не касается, – тихо прошипела я, злясь на свой организм и собственную реакцию.

– Не скажи, – лукаво молвил блондин. – Я тут пока один, до красной еще несколько дверей, а ты уже горишь.

– Тебя я точно не воспринимаю, – рявкнула я. – Как мужика!

– Это почему? – искренне возмутился Кар. – Поверь мне, не только мое тело заставляет течь женские слюнки, но и там, – он выразительно посмотрел вниз, – есть чем гордиться.

– Смотри, чтобы не лопнул от гордости, – буркнула я, отходя от двери, за которой творилась экранизация тайных желаний.

– Лопнуть? – изумился блондин. – Там не лопнет, – мужчина провел рукой, и дверь стала непроницаемой.

Я выдохнула и, подняв ладони, закрыла лицо. Мне хватило лишь несколько секунд, после чего, отстранив руки, я невидящим взором ошарашенно пялилась на стену. Однако саму поверхность я не видела, рассматривая нечеткий образ мужчины, что расплывался перед взором.

– Алена?! – с долей беспокойства позвал Кар.

Отмахнувшись от него, как от назойливой мухи, рукой, я продолжала собирать ускользающий образ, желая зафиксировать его и сохранить. А когда при очередном нервном вздохе, вызванном неудачей, в ноздри ударил уже знакомый аромат, я громко ойкнула и прижала ладонь к губам, на мгновение зажмурившись. Когда же веки разомкнулись, все, что мне осталось, это стена и ускользающий аромат. От нездорового влечения, которое испытывала несколько минут назад, не осталось и следа.