Приговор некроманту - Владислав Жеребьев

– Железное колечко, – заключил он. – Вон и ржавчина видна.

– Погоди, это не кольцо. – Я взял искомый предмет и поднес его к глазам. По краям колечка виднелись борозды, а внутри были крохотные зубцы. – Это, похоже, деталь какого-то механизма. Маленькая, но очень важная.

– Механизм и эльф? – Гном искренне расхохотался. – Да они в инженерном деле ничего не смыслят. Все порхают по своим деревьям да из луков стреляют. Может, они украли, а вор в ловушку и попал.

– Надо внимательно осмотреть труп. – Я привязал конец веревки к стволу дерева и, аккуратно спустившись вниз, чтобы не стать жертвой ловушки, принялся осматривать останки. Определить с ходу, кого ограбил Коба, было сложно. В ловушку в разное время попало несколько живых существ, и, поскольку я решительно не представлял, как может выглядеть скелет эльфа, пришлось осмотреть останки каждого. Всего неудачников оказалось трое. Двое из них, получив удар колом в живот или сердце, погибли сразу, и были, видимо, птицами невысокого полета. Остатки обмундирования и пряжки из дрянного металла были тому подтверждением, а вот третий скелет показался мне наиболее симпатичным. Даже в таком состоянии одежда на нем, истлевшая лоскутами, в прорехах, была качественная, с ровным швом, выполненная добротно. Левая кисть была разбита, части плеча недоставало. Похоже, гонец с ларцом пробирался по вражеской территории и, упав в яму, так и остался там помирать. Нашедший его патруль, оценив состояние, добил несчастного стрелой, которая торчала из глазницы.

– Ты у того, что со стрелой в башке, ларчик отжал?

– Именно! – Коба с интересом наблюдал за моими поисками, поглядывая с высоты ямы. – Ларчик у него под костяным задом был. Я так об него мизинцем ударился, что в глазах круги.

– На вора не похож. Одежда добротная, дорогая. Никаких лишних украшений. Даже колец на пальцах нет.

– Ну, это не показатель, – покачал головой Коба. – Побрякушки могли обобрать, а труп назад бросить.

– Все равно. – Я выбрался назад. – Это был посыльный, может быть, важный чиновник. Все остальные одеты бедней.

– И что же его сюда занесло?

– Увы, но этого мы никогда не узнаем.

– Тогда пошли назад, хозяин.

– Хорошо.

Я смотал веревку, и мы двинулись в путь. Гном, весело насвистывая, вышагивал рядом, а я брел наугад, погруженный в свои мысли.

– О чем думаешь, хозяин? – бодро поинтересовался Коба.

– О том, что ни черта не понимаю, – признался я. – Чувствую себя как лист в бурном потоке, как пешка на шахматной доске. Каждое мое действие вроде бы и самодостаточно, но будто бы просчитано и распланировано кем-то сильней и могущественней меня.

– Это называется судьба, хозяин. Все предрешено в этом мире. Небось и наш король хотел дожить до глубокой старости, нянчить внуков, а получил смерть от предателя, а королевство – гражданскую войну.

– Типун тебе на язык, Коба! – оборвал я гнома. – Может, все еще обойдется.

– Ох, не знаю. – Гном пропустил мой окрик мимо ушей, что было несвойственно для прилежного слуги. – У людей все сложно. Они мстительнее гномов и злопамятнее эльфов, хитрее орков и проворнее гоблинов. Все это сходится в опасную смесь. Того и гляди, рванет королевство, как пороховой склад.

– Стоп! – Я встал будто вкопанный. – Пороховой склад?

– Ну да, – довольно кивнул гном. – Порох. Мы его для подрыва скальной породы используем.

– А ружья тут есть? – заинтересовался я.

Увидев непонимающий взгляд гнома, я попытался объяснить. Гном внимательно слушал, кивал и под конец попросил нарисовать на земле устройство таинственного механизма. За основу я взял мушкет.

Устройство его просто, а принцип действия можно легко объяснить непосвященному, и вскоре он может с успехом использовать это оружие. Сам мушкет, в принципе, однозарядный. После каждого удачного либо неудачного выстрела его приходится заряжать снова, и потому скорострельностью он похвастаться, увы, не может, однако в мире, где есть порох, но нет огнестрельного оружия, мушкет может совершить революцию в воинском деле.

После выстрела стрелок засыпает заранее отмеренную порцию пороха в ствол ружья, прижимает его при помощи пыжа и шомпола, добавляя туда шар из свинца, и фиксирует еще одним пыжом.

Есть у этого оружия и еще ряд недостатков. Партизанскую войну с мушкетом вести сложно. Свет от фитиля демаскирует стрелка в темное время суток. Не повоюешь и в дождь, ввиду очевидных огрехов механизма. Влажный порох или фитиль не позволят произвести выстрел.

Гном внимательно смотрел на чертеж, прикидывая что-то в уме, и под конец моего рассказа уверенно кивнул:

– Сможем сработать, хозяин. Доберемся до мастерской и сделаем. Страшная штука должна получиться.