Магия вероятностей - Светлана Ермакова

- Мне было тридцать два года, когда мою душу обменяли, - ответила я.

Можно было бы соврать, конечно - кто бы проверил? Но мне не хотелось лгать. Ни королю, ни Винсенту. Я так чувствовала, это было бы вредно для моей души и самоуважения. А может, я невольно пропиталась благородством некоторых людей, живущих в этом мире, невольно срослась со статусом аристократки. И, как бы я порой не возмущалась здешними порядками - например, когда барон не желал расторгать помолвку, о которой дал слово, где-то в глубине души я понимала, что так правильно.

- Это может быть большим сроком для обычной женщины, и совсем небольшим для мага, - продолжила я, - Для Жаргала, например, я оставалась ребёнком, независимо от того, было бы моей душе восемнадцать или тридцать два. Да и вообще, возраст души человека далеко не всегда совпадает с его реальным возрастом. Некоторые и до старости молоды душой, а некоторые словно рождаются стариками...

- Закончим на сегодня, - прервал король мою философию, - Госпожа Ольга, вы ни разу не солгали за время этого допроса, что подтверждает специальный артефакт, имеющийся в этой комнате. Выяснилось также, что вы не отнимали ничью жизнь, ни для себя, ни для Жаргала, хотя мы были убеждены в обратном. Надеюсь, вы можете понять причины такого нашего убеждения. Пока вы переводитесь под домашний арест, и ваши передвижения ограничены этим островом. Если барон Кадней не обвинит вас в других преступлениях, вы будете свободны. Это дело объявляю государственной тайной, открытой только для присутствующих здесь лиц.

Следователь встал и поклонился королю.

- В таком случае, если можно, ваше величество, называйте меня по-прежнему Филис Кадней. Я к этому привыкла.

- Да, придётся, чтобы не нарушать секретность, - поморщился король, - Завтра вы придёте ко мне в кабинет для рассказа о своём родном мире. Мой секретарь сообщит вам точное время.

Я было радостно дёрнулась в направлении к принцу, но король сухо окликнул:

- Винсент, идём сейчас со мной.

Я стояла и смотрела остановившимся взглядом, как мой любимый, разок оглянувшись, уходит вслед за своим королём. Что ж, понятно, ваше величество. С этого дня наши отношения с его высочеством для вас открыто нежелательны. Прав был Жаргал - я ничего не могу поделать, чтобы изменить эту вероятность, я не вытравлю из сознания короля и принца этот допрос, и наследнику престола никто не позволит жениться на той, чьё происхождение самое сомнительное из всех возможных.

Я шла по лестницам и по коридору, гордо подняв голову, придерживая спереди юбку, стелющуюся за мной шлейфом, под шепотки придворных и челяди, и изо всех сил сдерживала слёзы. Не дождутся, сволочи.

- Ванну мне! - срывая с себя платье, рявкнула я горничной, которая вскоре прибежала в мои апартаменты.

Там поплачу.

Вызванный вечером к ужину, который отныне для меня будет проходить в этих комнатах, Лидон Петрик смотрел на меня с искренней радостью. Наверное, переживал, что его временная начальница окажется преступницей, и это бросит тень на него самого.

- Докладывайте, - сказала я, глядя в чашку с кофе, которую держала обеими ладонями.

Выяснилось, что единственной версией моего ареста все сочли убиение мало кому известного магистра Жаргала. Мол, тот оставил мне наследство, и я его уконтрапупила, не дожидаясь естественной смерти старика. Вот и взяли меня прямо на месте преступления опосля его совершения. Тут, правда, немного смущал тот факт, что Жаргал тогда ещё не умер, но в сознание он не приходил, и так перед рассветом преставился.

А величина наследства поражала тех, кто помогал стряпчему его описывать. Никто из непосвящённых и подумать не мог, что в глухом углу королевского парка, в дряхлом домишке прячутся такие сокровища, скопленные Жаргалом за несколько столетий.

- Кстати, о стряпчем, - сказала я, - Господин Петрик, пригласите его завтра ко мне. Только по времени сориентироваться надо будет после того, как меня для беседы вызовет его величество.

Как там сказал король? Я буду свободна, если барон Кадней не обвинит меня ни в чём? Значит, нужно исключить любую опасность для себя с этой стороны.