Психея - Ellen Fallen

Стоит мне посмотреть в сторону, там, где Джаред провалился в сугроб и теперь пытается вытащить половину туловища без какой-либо помощи, все волшебство момента испаряется. Натягиваю на половину лица теплый шарф, поверх шапки поправляю защищающий от ветра капюшон и затягиваю веревки под подбородком.

— Погода поганая, не останавливайся, — порыв ветра делает фразовую речь Гранта отрывистой, он начинает идти вперед, вытягивает перед собой страховку и цепляет ее за Джареда. Сильными пальцами он хватает парня за шкирку и вытаскивает из сугроба, защелкнув на поясе крюк.

Чертов снег залепляет глаза, надеваю снова очки и иду против ветра следом за мужчинами. Рыхлые снежные заносы — это самое неприятное для путешественника. Сугроб может стать обманкой, прикрытая яма или ручей, припорошенный сверху. Острые скалистые камни и глубокие ущелья, все словно указывает, что это была не самая хорошая идея — отправиться под вечер в горы. Но если сравнить погоду, когда мы находились в гостинице и вот это снежное месиво, застилающее обзор, небо и земля.

Нас как будто высадили на другом материке, без предупреждения включили гигантский вентилятор, заодно и кондиционер в режиме охлаждения.

Снежная каша под ногами делает дорогу все трудней, ледяной ветер обжигает щеки, я отворачиваю лицо в сторону и хватаюсь за веревку, тянущую меня следом за мужчиной, позволившим мне стать балластом. Быть сильней, отвергнуть любую мысль о бессилии и страхе, остаться в этой метели в одиночку. Все, что меня сейчас спасает, это уверенность, что Грант вытянет меня в любую минуту из тисков смерти.

Видимость становится нулевой, прищурив глаза, я еле прослеживаю темно-синий след идущего впереди меня, вой ветра становится все сильнее, я останавливаюсь и дергаю свой пояс здоровой рукой. Рюкзак становится непосильно тяжелым, и я сбрасываю его на землю вместе с палками. Сев на землю, трясущимися руками достаю карту и прижимаю ее к серебристому покрывалу. Ничего не слышно, но тот, кто меня только что тащил за собой, возвращается, я подзываю его жестами и показываю на маленькую точку, указанную на бумаге. Грант пытается перекричать звуки природы, но ничего не выходит. Его навигатор теряется в координатах, я отрицательно качаю головой — эта буря собьет нас с пути, и в итоге мы станем кормом для медведей, бродящих в беспокойстве из-за магнитных колебаний. Стягиваю зубами перчатки и покрасневшими пальцами достаю обычный компас, растираю его в руках, стараясь сориентироваться на местности. Мы отклонились от маршрута на юг. Грант показывает, что понял, куда двигаться, и помогает мне надеть перчатки, застегивает рюкзак, скомкав, как попало карту.

Я поднимаю голову, когда вижу еще одну фигуру, одетую в красный комбинезон. Джаред, как снежный человек, покачивающийся в объятиях стихии, хватает меня за плечо, дергает за веревку на моем поясе и цепляет свой крюк. Громким свистом он оповещает нас о надвигающейся снежной трагедии, избежать которую станет возможным, если мы найдем укрытие лесников. Я уверенна, она где-то рядом, но нам ничего не видно. Практически на ощупь мы бредем среди высоких деревьев, хрустящих из-за мороза.

Не знаю, сколько времени нам понадобилось, минут, часов, но когда впереди идущий со всей силы дергает за веревку, из моих рук вылетают палки, и я падаю лицом в сугроб, не могу сдвинуться с места. Меня пригвоздило чем-то сверху, даже приподнимая корпус на пару сантиметров, не хватает сил шевельнуться. То, чем я гордилась, самостоятельность, сила и упорство не помогают. Сжав зубы, я из последних сил отталкиваюсь локтями и утопаю в рыхлом снежном сугробе лицом. Нащупываю свободной рукой веревку, тяну ее, пока не появляется оборванный конец. Я поднимаю голову, чувствую тупой удар по затылку и отрубаюсь.

Перед тем как отключиться, обещаю себе, что если выберусь из этого коллапса, не делать больше глупостей и ценить людей, окружающих меня, как и саму жизнь.