Ворожея. Выход в высший свет - Елена Помазуева

– Мэтр Броссар! Помогите! – ворвалась утром в комнату к наставнику.

– Что случилось? – подскочил от неожиданности ворожей.

– Платья! Я не могу выбрать, – в отчаянии всплеснула руками.

– Клер, бессердечная метресса! Разве можно так пугать! – рассердился Броссар. – Я уж думал, что за тобой гонятся по меньшей мере пятеро с ножами и хотят убить. Богиня! К концу практики стану нервным и припадочным от твоих вывертов!

– Ничего. У вас есть целительский опыт, потом травочками подлечите нервишки и будете сверкать, как новая монетка. – Ухватив под руку ворожея, повела в свою комнату. – А сейчас у нас очень важное мероприятие – примерка платья на свадьбу принца.

– Если вдруг ты случайно забыла, то принцесса Орианна еще жива, и Роберт тебе предложения стать его супругой не делал, – заметил Броссар. когда насильно усадила его в кресло перед ширмой.

– Большая ошибка, – отозвалась я. – Но сейчас важнее платье!

С этими словами поспешила за перегородку, услышав за спиной тихий смешок. Богиня с ним! Мне сейчас не до перепалок.

Горничная сноровисто помогала облачиться в первое платье нежно-бирюзового цвета. Зеркало отражало взволнованную метрессу с алеющими от предвкушения щеками. Каждый наряд был восхитителен, и сделать выбор не представлялось возможным. Модистка прислала шесть платьев, одно прекраснее другого. Как тут можно определиться, если волны кружев, органзы, шифона, бутоньерки, цветы из атласных лент заполонили всю комнату. С трудом удалось освободить место от коробок со шляпками, туфлями, перчатками для наставника, чтобы устроить его с относительным комфортом.

– Клер, если тебе нужна была дополнительная вешалка, то могла бы воспользоваться гардеробом. Я-то тебе… зачем? – на последнем слове он споткнулся, договаривая машинально.

В этот момент я показалась ему на глаза в бирюзовом безумии летящей ткани. Туфельки в тон подобрала быстро. Волосы подколола вверх, решив, что с прической вполне можно обождать. Две ленты удерживали копну, а их длинные концы спускались на плечи, имитируя локоны будущей прически.

–Мне нужен опытный советчик, – радостно улыбнулась в ответ.

– То есть спокойно позавтракать вдали от этого безумия у меня нет возможности? – без особой надежды спросил Броссар.

– Ни малейшей! – обрадовала его.

И показ начался.

Без устали я меняла платья, пробовала прикладывать разные шарфики, ленты, прикалывала бутоньерки и на каждый вариант требовала развернутого ответа. Мне необходимо было знать, что именно и почему Броссару не понравилось, как лучше изменить и что для этого сделать? При этом вступала с ним в отчаянный спор по каждому предложению. Если уж рядом нет мамы, с которой мы всегда выбирали наряды, или, в крайнем случае, женщины, вкусу которой могла бы довериться, то пусть Броссар помогает с выбором. Он же наставник? Или как?

Этот марафон продолжался долго. Даже у меня ноги ныли, а Броссар попытался сбежать.

– Даже и не думайте! – ухватила его под локоть. – Сейчас вы мне нужны как никогда.

– Что сложного в выборе бутоньерок? С этим ты можешь справиться сама, – попытался отбиться от меня Броссар.

– Мне необходимо независимое мужское мнение по поводу бирюзового цвета. Какой оттенок вы бы предпочли? – сунула ему под нос семь различных искусно сделанных цветочков.

– Они выглядят похожими, – осторожно начал говорить Броссар.

– И? – потребовала продолжения.

– А ты какой предпочитаешь? – пошел на уловку поднаторевший в спорах за сегодняшний день «консультант».

– Мне нравится смальтовый, – ответила ему.

– Прекрасный выбор! – воскликнул он и попытался сделать шаг в направлении спасительной двери.

– С другой стороны, аквамарин светлее, не такой насыщенный, – задумчиво протянула я, не отпуская «жертву».

– Неужели так трудно определиться между смальтовым и аквамариновым? – патетично воскликнул он.

– Нет ничего проще, – согласилась с ним, – если бы только циан не был бы столь привлекательным.

– Так что же ты выберешь? – решил сменить тактику Броссар.

– Вот этот вопрос меня и мучает с первой примерки, – со вздохом призналась ему.

– Действительно? Только этот? Я-то по наивности переживал за выбор лент к корсажу, а тут, оказывается, проблема посерьезнее будет. – Только его ирония больше на меня не действует.

Мой мир заполонили оттенки бирюзы. Рассуждать адекватно не получалось. Проблема выбора затмила все вокруг.

– Что не так с корсажем? – тут же насторожилась я.

– С ним все в полном порядке, – поспешно заверил Броссар. – Мне особенно нравится, что ты выбежала из-за ширмы в нем одном. Знаешь, вид просто потрясающий!

Опустила глаза и мгновенно залилась румянцем. Мало того, что стою в такой непосредственной близости от мужчины, практически напирая на него всей грудью, так еще на мне минимум одежды! Корсаж, короткие панталончики, подвязки, шелковые чулки и все! Я даже туфли скинула, когда собиралась переодеть другое платье.

О, богиня! Как я могла? Чем дольше живу с Броссаром под одной крышей, тем больше совершаю необдуманных поступков.

За ширмой оказалась в два шага.

– Как вы могли не сказать о моей оплошности сразу?! – разразилась гневной тирадой в адрес Броссара.

– Метресса Алузье, я пыталась вас остановить… – чуть слышно пролепетала горничная.

– Ты не дала такой возможности, – сказал Броссар как ни в чем не бывало.

– Это не оправдание! – натягивая нижнюю юбку, окончательно запуталась в батисте.

Попрыгала на одной ноге и высунула голову из-за ширмы, чтобы одарить Броссара гневным взглядом.

– Вы должны принести свои извинения! – стальным голосом потребовала от него.

– Хорошо, уговорила. Будем считать, что ничего не видел, обращая все свое внимание на сжатые в твоих руках бутоньерки, – ответил он.

Это неслыханно! И тут я окончательно запуталась в юбке и рухнула, пребольно ударившись коленями, выпав из-за ширмы. А все он виноват!

– Метресса Алузье! – обеспокоенно вскрикнула горничная и кинулась ко мне.

С тяжелым вздохом Броссар стал помогать горничной.

– Клер, ты так до свадьбы не доживешь, если будешь впадать в панику при каждой примерке платья. Даже страшно представить, что с тобой будет, когда придет время выходить замуж тебе. И заранее сочувствую будущему мужу. – И это вместо слов поддержки и успокоения!

Хоть бы сказал традиционное «До свадьбы заживет»! Нет, ему обязательно нужно указать на недостатки. Волнуюсь я перед выходом в высший свет. И что? Это для него привычно общаться с аристократами, а для меня это, может быть, единственная возможность побывать при дворе, да еще на таком событии, как свадьба будущего короля!