Мой персональный демон - Анастасия Зинченко

— Лина?

Знакомый бархатный голос заставил на глазах выступить слезы.

— Папочка…

— Гисхильдис, Лина! Это правда ты? Дрянная девчонка, почему ты заблокировала канал Связи? Мы с мамой уже извелись, а королевский артефактор чуть было не расстался с рассудком, увидев частичную трансформацию киоссы, когда она вежливо просила попробовать обойти блокировку, не желая слушать про расстояния между континентами и морскую преграду.

Миллинарса улыбнулась, хотя взор застилало соленое марево.

— Я так по вам соскучилась, пап!

Киос Ноал вздохнул.

— Солнышко мое, я тоже очень по тебе тоскую. И мама, и дедушки с бабушкой. Как ты там, сокровище мое?

— Учусь… Успешно сдала сессию. Ну, Гиса, наверное, успела уже рассказать… — чуть было не проговорилась, что они виделись совсем недавно, но вовремя прикусила язык.

Родителям незачем знать, что их старшая дочь совершила прыжок через весь Ингиак, построив сложнейший портал, рискуя оказаться посреди бушующего Аннду, а вовсе не на корабле, который Лина арендовала не без помощи ректора Марафада.

А ведь в тот день они действительно рисковали…

Матросы, семенящие по палубе, замерли, стоило им заметить новое действующее лицо. Стоило лишь ей увидеть сестру, Миллинарса на всех порах рванула к щурившейся на солнце сестре.

— Гиса!

Сжав бпизняшку в объятьях, едва не сбив с ног, Лина втянула в себя знакомый ягодный аромат.

— Лина… Лина! Гисхильдис, Лина! У нас получилось! — Элгиссиора уткнулась в преображенные мороком волосы сестры, стискивая ее также сильно.

Младшая сестра отступила на шаг, все еще не выпуская ее из рук.

— Гиса… — зеленые глаза начали заволакиваться слезами. Но, словно очнувшись, она обернулась к морякам. — Ну чего вы встали? Порталов что ли не видели? Продолжайте заниматься тем, чем занимались!

Она потянула старшенькую за собой в каюту. Накинув на дверь необходимые заклятья, Миллинарса улыбнулась.

— Я так скучала по тебе, Гиса!

— Солнышко, я тоже безумно соскучилась…

— Что-то произошло? — она нахмурилась, вглядываясь в родное лицо. — Ты бледная…

— У меня мало времени. Перед тем, как шагнуть в портал, кое-что произошло… Где артефакг?

Миллинарса с готовностью выудила из-под блузки медальон на длинной серебряной цепочке.

— Может, расскажешь, в чем дело?

Замок щелкнул, драгоценность впервые за последние шесть месяцев покинула хозяйку.

Лина пошатнулась, схватившись рукой за стол.

— Уф… непривычно.

— Ты отвыкла от своей Силы за это время?

— Никогда не думала, что это вообще возможно. Но, кажется, да… — она поднесла ладонь на уровень глаз. — Знаешь, мы воспринимаем наши возможности как должное, даже не задумываясь, каково это — в один миг их лишиться.

Элгиссиора положила артефакт на столешницу, придвинув стул ближе.

— Твои слова… они слишком точно описывают положение, в котором я оказалась, — перейдя на магическое зрение, не отрываясь от изучения заключенного в металл минерала, Гиса вздохнула. — Все началось со снов. С моего первого дня пребывания в Ледяных Остротах. Сперва я воспринимала эти картины как обычные кошмары, но после пришло понимание, что все, что я видела — было предсказанием. Вероятным будущим.

Миллинарса опустилась рядом на койку.

— Оно уже свершилось за это время?

— Нет. Но начало положено. Я увидела того, кто являлся в зтих кошмарах. Вероятно, это был он. — Она отвела взор от тонкой работы неизвестного ювелира. — Перед моим отправлением сюда на территорию Академии проник белый медведь, оборотень из Райтара. И, чтобы ты понимала, я сбегала из места, куда обычным путникам путь заказан. Это тоннели в скале между Жеаронской Академией и землями лорда Максуэла Иррьята, наполненные множеством магических ловушек и тупиков. Однако он прошел их все, словно никаких препятствий и не было вовсе! И всему виной Унуит. — на столешницу лег белоснежный осколок.

— Унуит?.. Кажется, я не понимаю…

— Да, прости, я говорю слишком сумбурно.

Вновь обратив внимание на артефакт, скрывающий истинную Силу Высших демонов, Элгиссиора начала последовательно рассказывать обо всем, что знала сама. И о том, каким образом получила обозначенный камушек, и о своих опасениях относительно возможной атаки Белых, и о блондине с синими глазами… лишь не стала в красках описывать действие снов, сведя все к скупым фразам.

Сестра обмолвилась об ожерелье, сдерживающим ее мощь, и намекнула, что Иррьят в каждом слове пытался показать свое превосходство, словно говорил не с киоссой и даже далеко не с равной себе. Словно она была его рабыней.

Слово, которое послало по телу Миллинарсы озноб.

Рабство.

Не вовремя проведенная ассоциация с Персивалем, у которого рабская метка не могла не бросаться в глаза. Изящное украшение, но страшное в своем обозначении. Предмет, который во снах старшей сестры преобразовался в колье из белоснежного камня.

— Значит, Унуит способен ограничить нашу силу? — Миллинарса покрутила в руках осколок.

— В том числе. Я помню ощущения, которые испытывала, когда на моей груди было ожерелье из этого минерала. Тогда я отчетливо понимала, что не способна даже зажечь фитиль на свече. Так что… я предполагаю, что твой амулет может содержать часть Унуита, пусть раньше мы его и не замечали. Но, так как его содержание в самом артефакте мало, он не полностью скрывает способности, оставляя пространство для маневров. Ты ведь говорила, что можешь творить заклинания средней силы?

— Да, мне закрыт доступ только к Высшей магии.