Тварь - Владислав Выставной

— Это фоторобот, — пояснил Виктор. — Патрульные, что заходили ко мне, спрашивали, не видел ли я вот этого молодого человека. Просили сообщить, если увижу.

— Кто это? — недоуменно спросил Бука.

Заглянув ему через плечо, Ника удивленно воскликнула:

— Да это же ты! Себя не узнаешь, что ли?

Бука пожал плечами.

— Нет у меня привычки в зеркала пялиться. Да и не похож я совсем…

— А почему вы нам сразу не сказали, что его ищут? — спросил Антонов, забирая и разглядывая листок.

— Сомнения были, — неопределенно произнес Виктор, отвернулся, сунул в рот папиросу.

— Какие сомнения? — спросил Бука.

— Награду за тебя предлагали, — нехотя сказал Виктор. — И немалую. Очень немалую. Отсюда и сомнения — не сдать ли тебя властям? Многие мне б за это еще и спасибо сказали.

Повисла неловкая пауза. Ника поглядела на отца — так, будто видела его впервые. И молча вышла из сарая на воздух.

— А чего это вы притихли? — усмехнулся Виктор и смачно сплюнул. — Не сдал же все-таки.

Обратный путь через Периметр поначалу показался Буке куда проще, чем выход из Зоны. Словно темные силы, ведающие этими местами, радовались возвращению своего блудного сына. Однако не стоило расслабляться: этот участок Периметра был всего лишь условной линией, контуром на картах военных, на время оставивших эти места и отступивших к новым границам. Дальше начинались старые владения Зоны — места, которые диктуют свои особые правила. Куда соваться без специального снаряжения и оружия — занятие, вредное для здоровья. Последнее больше касалось Антонова, но и по поводу самого себя Бука уже не был так уверен: он чувствовал, что вырос из привычной «скорлупы» Периметра. Зона больше не была ему родным домом.

— На Агропром без защиты переться — не лучшая затея, — сказал Бука, поглаживая дробовик. — Хорошо бы раздобыть комбезы, бронежилеты и шлемы.

Они затаились в высокой траве, наблюдая за пространством, открывшемся за временно оставленным военными Кордоном. Антонов внимательно следил за показаниями детектора аномалий. Пока было спокойно, только стоило обойти крупное радиоактивное пятно по правую руку.

— Да я не спорю, — сказал Антонов. — Только где же мы все это раздобудем?

— На Барахолку надо пробираться, — сказал Бука. — Не очень хочется лезть через Свалку, но это кратчайший путь. Барахолка — ближайшее место, где можно найти снаряжение и более мощное оружие. С тем, что у нас есть, можно лезть через Периметр, но не очень-то разумно идти в глубину аномальных участков.

— Все это замечательно, — донесся из-под шлема приглушенный голос. — Но даром нам никто ничего не даст. Где хабар брать будем?

В темном мешковатом комбезе и хорошо пригнанном тактическом шлеме Нику никто бы не отличил от худощавого парня-сталкера. И двигалась она совсем не по-женски — четко, продуманно, резко. Наверное, был в этой маскировке определенный резон — не привлекать к себе в Зоне излишнего внимания. Сталкеры — народ суровый и консервативный, кто его знает, как они будут реагировать на бабу, посягнувшую на сугубо мужское ремесло?

— Хабар найдем, — уверенно сказал Бука. — Мы же Зоне.

Антонов недоуменно пожал плечами.

— Мы же не за хабаром сюда пришли! Где, как долго будем его искать? Это несерьезно!

— Несерьезно думать, что нам не понадобится жратва, медикаменты и прочие полезные штуки, которые можно выменять на артефакты, — сказала Ника, похлопывая по тугому рюкзаку, который тащил на себе Бука. — Того, что я из дому прихватила, дня на два, на три хватит. А дальше что?

— Об этом я как-то не подумал, — признался Антонов несколько растерянно.

— Верно, когда удирали из Института — думать было некогда, — сказала Ника. — Но теперь-то — самое время…

— Погоди, — сказал Бука. — Ты что же, и дальше с нами идти собралась?

— А что здесь такого? — девушка вроде бы даже удивилась. Хотя трудно распознать эмоции под мертвыми стеклами шлема. Вообще-то она правильно сделала, что защитила лицо: вдруг «жарка» или порыв «жгучего пуха»? Это мужику все равно — а такую мордашку зачем портить?

Бука осознал, что совсем не о том думает, и сказал через силу:

— Но ты же обещала отцу…

— Он тоже много чего обещал, да не все исполнил, — мстительно отозвалась Ника. — И вообще, я здесь не с тобой, я с боссом.

Она кивнула в сторону Антонова, рассеянно следившего за разговором.

— Слушай, девочка, — тихо сказал тот, — я понимаю, что ты неплохо ориентируешься в Зоне, может, даже, не хуже Буки. Но мы для тебя — плохая компания. За Букой снова началась охота — и даже твое умение стрелять здесь не поможет. Все, что нам нужно, — тихонько пробраться к Агропрому. Поверь, мы прекрасно справимся. Спасибо тебе за помощь — и отправляйся обратно.

— Но как же… — растерянно произнесла Ника. Похоже, что она не ожидала такого поворота.

— Так надо, — уже тверже, повышая голос, повторил Антонов. — Уходи! Слышишь? Убирайся отсюда, живо!

Безликая фигура сверкнула стеклами шлема, замерла — и вдруг, резко повернувшись, направилась прочь — стремительно, по-звериному, моментально растворившись в складках местности.

— По-моему, она обиделась, — глядя ей вслед, сказал Бука.

— По-моему, тоже, — согласился Антонов. — Но я хочу, чтобы голова была занята тем, ради чего мы сюда пришли, а не тем, подстрелят ли мою лаборантку бандиты, сожрут мутанты или же она сгинет в аномалии…

Бука мельком отметил про себя, что у этой девчонки куда больше шансов выжить, чем у многих опытных сталкеров. Да еще подумал о том, что предпочел бы, чтобы вместе с ними осталась ушедшая вместе с хозяйкой пара метких стволов. И о том, пожалуй, что ему просто нравилось присутствие этой необычной девушки. Но о мыслях своих промолчал, решив, что ученому виднее. Хотя почему виднее — тоже вопрос.

Путь предстоял неблизкий и довольно опасный. Окончательно утвердились в решении, что разумнее было бы идти через Свалку: по пути к Барахолке можно разжиться каким-никаким хабаром. Правда, существовала реальная опасность наткнуться на бандюков, которые считали эти места своей исконной территорией. Но другие варианты представлялись еще более сомнительными, а потому стоило рискнуть. Будь Бука один — его ничто не остановило бы: те из бандитов, кто его знал в лицо, убрались бы сами, не рискнув причинить вреда опасному выкормышу Зоны. С другими он бы справился при помощи дробовика, используя знания местности и способность маневрировать среди аномалий. Антонов же был серьезной обузой — не столько надежным товарищем по оружию, сколько ценным грузом. К тому же грузом хрупким — как какой-нибудь электронный микроскоп. Груз этот следовало доставить к лабораториям Агропрома неповрежденным, потому как даже гениальный ученый, но с пулей в башке, был бы уже без надобности.