Варвара и драконий хвост - Ирмата Арьяр

Бух! – рядом с нами свалился кусок грунта, я чихнула, а моя защитница громко заблеяла. Мол, ты там как, ничего?

Ответить я не успела.

– Драконий бог, Барбара! – рявкнуло сверху драконьим рокотом. Мессир Артур подхватил меня подмышками и прижал к себе одной рукой, одновременно второй ладонью ощупывая мои конечности на предмет травм. – Ноги целы?

– К-кажется, да… – пролепетала я, стараясь не дышать висевшей в воздухе пепельно-песочной взвесью.

Дракон поставил меня на ноги, присел и теплыми пальцами прошелся от лодыжек к коленям, проверяя, точно ли у меня всё цело. Недоверчивый! А мне стой и красней!

Конечно, мне кажется, что дракон медлит. Не может же он меня гладить?!

Всеблагие, у меня уши загорелись от этой мысли и дыхание перехватило. К счастью, Артур этого не заметил.

Он громко выдохнул, резко убрал руки, поднялся на ноги и рывком прижал меня к широкой груди. Я уткнулась лицом в мягкую ткань камзола и замерла, чувствуя, как дракон гладит меня по растрепавшимся волосам. В щеку что-то горячо укололо, но я не шевелилась. Слушала, как часто и громко бьется его сердце. Испугался? За меня?

От этой мысли у меня закружилась голова, и я не сразу расслышала заполошный вопль Изольды:

– Варька! Варюша, горе мое, ты жива?

– Чего это сразу горе? – буркнула я, пряча глупую улыбку.

– Держи ее крепче! Видишь, ни на минуту нельзя ее оставлять! – деловито посоветовала дракону Рудольфовна, но к нам не спустилась, а уселась на краю обрыва.

– Вижу, – как-то обреченно выдохнул дракон и отлепил меня от себя, с беспокойством вглядываясь в моё лицо.

Пыль уже осела, в расщелину над головой, освещая часть катакомб, просачивался свет. Он падал на чересчур красивое лицо мессира, на притихшую и не менее симпатичную Земфиру Андреевну, которая опять что-то выколупывала копытом из-под обвала.

Синие глаза дракона светились. Светился и камень на его груди: это об него я обожглась, прижавшись щекой.

Я машинально коснулась всё еще горящей кожи. Заметила, как ярко сияет опаловое кольцо на моей руке, и почему-то испугалась. Быстро спрятала руку за спину и, развернув камень к ладони, сжала кулак.

А ведь за все эти дни Артур ни разу не спросил меня о кольце… Почему же мне так тревожно?

Что-то заслонило свет: над расщелиной показалась голова Матеуса.

– Барбара! Ты живая?

– Живая, – ответил за меня Артур. – Не стоит беспокоиться!

– Я сейчас спущусь! – крикнул маг. – Открою портал!

Мы с драконом поморщились одновременно.

– Мее-ть! – возразила Земфира Андреевна.

Грозным блеяньем ей сверху откликнулся Филя.

– Какой портал? Он же тут даже с козами нестабилен! – успел удивиться Артур и тут послышался шум.

Матеус вместо того, чтобы спуститься в расщелину, почему-то кубарем перелетел через нее, за ним мелькнула крылатая туша дракозла, раздался удар, скрежет. И расщелина коварно закрылась!

Мы оказались в ловушке.

В наступившей темноте камень в драконьем кулоне светился ярче фонарика.

Я вздрогнула, а дракон взял меня за подбородок и тихо спросил:

– Боишься?

Темнота. Над головой земля. Совершенно неясно, кстати говоря, почему на нас не падающая. И в замкнутом пространстве только я, дракон и что-то ковыряющая своим копытом в сторонке коза.  Боюсь ли я?

Это ужасно, но я не боюсь ни капельки! Кажется, в этом мире я еще ни разу не чувствовала себя настолько защищенной... Ненормальная тенденция!

– А должна? – я сощурилась.

Артур улыбнулся и, наклонившись ко мне так, что я почувствовала на лице его дыхание, уточнил:

– А разве нет?

Сердце ударилось о ребра. Нет?… конечно, должна! Он абсолютно прав. Дракон не просто так оставил меня при себе! Не просто так не отпустил в горы, и дело тут вовсе не в козах и моём якобы слабом здоровье... да на мне пахать можно!

Я вспомнила его долгие внимательные взгляды, маниакальное нежелание оставлять одну, вспомнила странные совпадения, когда он будто бы отвечал на карканье Изольды. Правильно отвечал! А потом уводил разговор в сторону, притупляя мою бдительность…

Даже сейчас, пару минут назад! Его “вижу” было ответом Рудольфовне,  а не на моё “цела”!

Страх накатил волной, у меня руки задрожали. Вот и всё, нас с Изольдой давно раскрыли, он просто следил за мной, а теперь окончательно утвердился в своих подозрениях. И меня ждут застенки какой-нибудь магической тюрьмы, или и вовсе – приговор на месте.

– Должна, – голос сел от ужаса, но я так и не смогла отвести взгляд от ярко-синих глаз Артура. Если и принимать судьбу, то вот так, смело, и не отворачиваясь от неё!

Зрачки дракона расширились, сияющий синий ободок стал почти невидим. Тонкие ноздри мужчины дрогнули, он потянул носом, еще ближе склоняясь ко мне, и глубоко вдохнул ставший густым воздух. Я качнулась на ослабевших ногах, попыталась отступить назад, но Артур не дал. Одной рукой он по-прежнему крепко удерживал мой подбородок, а вторую вдруг положил на мой затылок.  

– Нет, еще не должна, – шепнул он мне прямо в губы и … поцеловал. Легко, одним касанием.

Не может быть! Мне почудилось! Я охнула то ли от удивления, то ли от разочарования – мессир отпустил меня, я не успела толком разобраться в собственных чувствах.

– А вот теперь, можешь начинать бояться, – хрипло сказал Артур и, вновь потянувшись к моим губам, крепко прижал к себе.

Все мысли улетучились из моей головы. Это был он – мой первый, головокружительный, невероятный поцелуй! Как в кино, как в любимых бабулиных книжках. Нет, в сто тысяч раз прекрасней, потому что всё это происходило со мной. Наяву.

Жалостливо заблеяла рядом коза, будто издалека, из-за слоя земли слышен был топот ног и встревоженные голоса. Похоже, Сарвен догадался, как нас найти.

– Артур! Прикрой девочку! – разобрала я его голос.

Не прерывая поцелуя, дракон закрыл нас черными крыльями, и что-то громыхнуло совсем рядом.

– Ме-е-е! – обрадовались счастливые козы друг другу.

Дракон оторвался от меня, нежно коснулся моей щеки и с явным сожалением сказал:

– Демонов полудемон, не мог на пару минут позже спасти?

– Вы как? Помощь нужна? – спросил Сарвен, а я аккуратно отодвинулась от Артура.

– Тебе нужна помощь? – выгнул он бровь.

При этом дракон не отрывал взгляда от моих губ, и мне казалось, что их будто иголочками покалывает. Может, это недостаток кислорода на меня так действует? Точно! Темнота, подземелье, стресс! И не то привидится!

Этого не может быть, потому что не может быть никогда!