Никакой магии - Андрей Уланов

Как и предсказывал Кард, большинство встреченных нами холмовых и болотных гномов щеголяли во фраках, причем было весьма заметно, что многим из них подобный наряд совершенно непривычен. Зато их подгорные соплеменники в этот раз выделялись не только ростом и сложением, но и куда более привычными для этих низкорослых бородачей кафтанами, разумеется, парадными — то есть бархат, атлас, парча и меховая опушка в больно режущих глаз и чувство прекрасного количествах, не говоря уж о рядах самоцветных пуговиц, нашитых где только можно. Помню, один из моих кузенов шутил, что парадная одежда гнома получается очень просто: заказчика мажут дегтем и пускают поваляться на ткани, после чего состригают лишнее и посыпают из ведерка драгоценными камнями. Сейчас мне начинало казаться, что в этой шутке истины больше, чем предполагал ее автор.

Еще одним откровением для меня оказалось, что мы с Кардом вовсе не были белыми драконами — межрасовых парочек на празднике хватало и без нас. Эльфы, гномы, тролли… в дальнем от нас конце коридора мелькнули орочьи клыки, но это могла быть и просто искусно сделанная маска.

— Кажется, — ехидно заметил полковник, провожая взглядом одну из парочек: высокий светловолосый эльф в белом фраке и человеческая девица, чей наряд сочетал людские и эльфийские мотивы в довольной странной, на мой вкус, форме — некоторые пытаются стать большими эльфами, чем сами Перворожденные.

— Одних лишь накладных ушей для этого мало! — резко возразила я. — И затянутого вопреки всем законам физиологии корсета — тоже!

— Иногда достаточно лишь мыслей.

Интересно, подумала я, полковник напитался столь неординарными идеями у кея Молинари? Или я вкушаю плоды его собственных многолетних умствований?

— Лучше скажите, как нам среди ваших… подражательниц найти супругу посла?

— В этом вопросе я целиком и полностью полагаюсь на эльфийские глаза и уши мисс Грин, — «обрадовал» меня полковник. — Человека, увы, очень легко ввести в заблуждение накладными ушами.

Удача впрямь улыбнулась мне, но вовсе не благодаря зрению или слуху. Просто идя мимо входа в один из боковых зальчиков, я уловила странный запах: едва различимый, чуть приторный, но «звучащий» наособицу — как одинокий скрипач, упрямо играющий свою партию совершенно не в такт остальным оркестрантам. Чем-то он был знаком, смутно, но если постараться вспомнить… так и не додумав эту мысль до конца, я шагнула через порог и почти сразу же увидела хэю Таринэль. Супруга посла Высоких Ветвей стояла справа, у стены, окруженная примерно двумя десятками людей, эльфов и гномов… а также вдвое большим количеством небесно-голубых бабочек. В сочетании со сложной прической, забранной тонкой сеточкой «белого серебра», и изумрудно-медовым паучьим шелком платья это выглядело впечатляюще даже на мой вкус, что уж говорить о тех, кто никогда не бывал на наших балах. И макияж безупречен, с легкой завистью отметила я, поставь нас рядом, уверена, ни один человек не скажет, кто кому в прабабушки годится.

— Эльфийская магия? — насмешливо шепнул полковник.

— Эльфийская химия, — отозвалась я, зачарованно наблюдая за танцем «живых драгоценностей». — Феромон, который их привлекает, чрезвычайно сложен и нестабилен, да и сами бабочки… морфокиприды обитают лишь в тропиках, а вырастить их довольно сложно.

— Да, гномский подход выглядит практичнее, — легким кивком Кард указал на стоящую чуть в стороне от остальной группы юную гномку, сверкавшую в самом прямом смысле слова: усыпанная бриллиантами диадема по блеску соперничала только с бриллиантовым же колье. — Камни, по крайней мере, не дохнут от морозов.

— Но и не летают! — парировала я.

— Вопрос в том, считать ли это недостатком или достоинством, — усмехнулся полковник.

— Если кому-то пустой холодный блеск бездушных камней кажется прекраснее живых красок…

— Ну, положим, насчет бездушных камней гномы могли бы проспорить с вами год-другой, с перерывами на лечение от хрипоты. Да и я, — Кард взялся за верхнюю пуговицу фрака, — мог бы рассказать историю об одном рубине. Не знаю, имел он собственную душу или нет, но вот проклятым камешек был совершенно точно.

Я тоже могла бы рассказать Карду историю… а потом еще одну и еще десяток историй, после которых даже самому тупому орку стало бы очевидно: проклятьем драгоценных камней является исключительно алчность представителей некоторых рас. Если бы это имело хоть какой-то смысл.

— Расскажите лучше, как нам привлечь внимание хэи Таринэль?

— Попробуйте свистнуть, — посоветовал полковник и получил в ответ мой злобный взгляд, — вашим знаменитым беззвучным свистом. Благо, собак здесь нет, опасаться нечего.

— Хэя не гончая, чтобы подзывать ее свистом! — возмутилась я. — И что будет, если я сфальшивлю?

— Ничего страшного, — благодушно фыркнул Кард, — внимание вы привлечете в любом случае.

Мне оставалось лишь тоскливо вздохнуть и начать припоминать комплекс дыхательных упражнений. Ультразвуковой свист, несмотря на кажущуюся простоту, заслуженно считается одним из самых сложных в исполнении вокальных приемов, это вам не простенькая соловьиная трель. Но к счастью, кто-то из добрых духов сжалился над моими страданиями и рассыпал толику золотой пыльцы — едва я закончила второе упражнение, как собравшиеся вокруг супруги посла вдруг расступились и хэя Таринэль направилась прямиком к нам.

— Какая неожиданная встреча. Вэнда Раскрывательница Тайны, вот уж кого я не ожидала увидеть на гномском празднике. Да еще со спутником.

— Мой нынешний начальник, мистер Кард, — торопливо представила я. — Он хотел бы переговорить с вами.

— И о чем же хочет поговорить малоизвестный полковник Эдмонт Кард? — пропела Таринэль.

— Об одном деле.

— О деле? — присевшие на плечи хэи бабочки отчего-то разом вспорхнули. — Для разговора о делах в посольстве существуют приемные дни.

— …и ваш досточтимый супруг, — понимающе кивнул полковник. — Но у меня не так много времени, чтобы вести диалог через ширму для глупых патриархальных варваров.

— Это было ваше требование! — не удержалась я. — Еще в Чичестерский договор специально внесли пункт, что хоть и наш лес управляется богопротивным для вас матриархатом, возглавлять постоянное посольство должен эльф мужского пола.

— Не мое требование, — мягко возразил Кард. — Хотя бы по той простой причине, что я не мог ничего требовать за три сотни лет до своего рождения.

Хэя Таринэль тихо рассмеялась.

— Вы все время общаетесь подобным образом? — обратилась она к полковнику. — Или специально для меня разыграли спектакль: «человек и эльф не могут работать вместе!».

— Мы… развлекаемся подобным образом, — невозмутимо сообщил полковник. — Что касается работы, то к инспектору Грин у меня нет ни малейших претензий.

— Просто я работаю на него чуть меньше суток, — пробормотала я.