Игра теней - Тэд Уильямс

Бриони кивнула, изо всех сил стараясь сдержать закипавшие на глазах слезы.

«Бедный Баррик! Благословенная Зория, прошу, не оставь моего брата! Где бы он ни был, защити его своим небесным щитом».

— Я не стал бы обучать вас владению мечом, не будь на то вашего желания, принцесса, — продолжал Шасо. — Отец ваш, как известно, потакал всем вашим прихотям. — Шасо вновь вскинул руку. — Не забывайте о терпении, ваше высочество! Я дал вам немало уроков, и вы неплохо владеете мечом — разумеется, для женщины. В конце концов, оружие не предназначено для женских рук.

Бриони хотела возразить, но встретила холодный взгляд старого воина и сочла за благо придержать язык, чтобы не тратить сил на бесполезные споры.

— Я не знаю, какие еще испытания готовит вам судьба, но не сомневаюсь: вам не придется браться за меч, — изрек Шасо. — Он не понадобится вам, пока мы здесь, а если мы уйдем отсюда, громоздкое оружие привлечет к нам излишнее внимание.

Он опустил на землю свой сверток и извлек из него деревянный штырь длиной примерно с руку Бриони от запястья до локтя.

— Я учил вас, как использовать кинжал, по большей части в сочетании с мечом. Сейчас я хочу передать вам навык сражения без меча, каковыми в совершенстве владеют воины страны Туан. Встаньте.

Бриони послушно поднялась на ноги. Шасо сжал штырь в кулаке.

— Представьте себе, что это нож. Защищайтесь.

Он сделал выпад, направив деревянный штырь прямо ей в грудь. Бриони вскинула руки и подалась назад.

— Неправильно, дитя мое. — Шасо вручил ей деревяшку. — Теперь попытайтесь напасть на меня.

Бриони в замешательстве посмотрела на своего учителя, затем шагнула вперед и занесла деревянный кинжал, однако невольно отклонилась в сторону. Шасо вскинул руку.

— Нет, так не пойдет. Бейте по-настоящему. Уверяю вас, вы не причините мне вреда.

Бриони набрала в грудь воздуха и вновь занесла кинжал. В следующее мгновение рука старого воина стремительно взметнулась и сжала руку принцессы у самого запястья, нога Шасо оказалась меж ее ногами, а другая его рука сдавила ей шею. Бриони непременно рухнула бы на землю, если бы туанец не удержал ее за рукав.

— Поняли, как надо защищаться? — усмехнулся он, забирая у нее штырь. — Делайте так же.

Понадобилось не менее дюжины попыток, прежде чем Бриони перестала чувствовать себя совершенно беспомощной. Приемы владения кинжалом отличались от приемов владения мечом, меньший размер оружия требовал большей ловкости и проворства. Наконец старый воин был вполне удовлетворен. Он показал Бриони еще несколько захватов и поворотов, позволявших не только уклониться от удара, но и выбить кинжал из рук противника.

Время близилось к полудню, небо немного прояснилось, сквозь пелену туч начали пробиваться солнечные лучи. С Бриони градом катил пот. Отражая стремительные выпады своего наставника, она несколько раз упала на каменные плиты двора и больно ушибла бедро и коленку. Шасо, напротив, не выказывал ни малейших признаков усталости и выглядел так, словно урок только что начался.

— Отдохните немного, принцесса, а то вы совсем выдохлись, — смилостивился он. — Мы достигли неплохих результатов.

— Почему ты решил научить меня обращаться с кинжалом? — спросила Бриони. — Почему именно сейчас?

— Потому что вы больше не являетесь представительницей королевской семьи, — последовал ответ. — По крайней мере, вы лишились всех королевских привилегий. У вас больше нет стражников, которые охраняют вас от врагов, и жить вам придется не за неприступными стенами замка. Если вы отдохнули, продолжим урок.

Бриони потерла ноющее бедро, спрашивая себя: как отнесется всемогущая Зория к просьбе ниспослать Шасо приступ боли в пояснице? Вряд ли богиня сочтет нужным исполнять подобную просьбу. Скорее всего, Зория просто-напросто не услышит ее — ведь она находится в доме, где почитают Великую Матерь, богиню страны Туан. Бриони оставалось лишь встать и обреченно сказать:

— Я готова.

Они сделали еще один перерыв, чтобы Бриони выпила воды и перекусила сухими фруктами и хлебом — их принес во внутренний двор слуга с огромными темными глазами. Позднее несколько женщин, обитавших в доме, собрались на крытой галерее, чтобы понаблюдать за уроком. Зрелище явно показалось им чрезвычайно забавным, они то и дело хихикали под своими капюшонами. Шасо без устали показывал своей ученице все новые приемы — захваты, повороты, удары. По его словам, с их помощью принцесса могла отразить нападение противника, едва ли не вдвое превосходящего ее размерами, разоружить его и причинить ему боль, лишив возможности продолжать схватку. Когда Шасо решил, что Бриони хорошо усвоила урок, он извлек из своего свертка еще один деревянный штырь и вручил девушке. Им предстояло изучить новые приемы — когда вооружены оба противника.

— Если враг близко к вам, следите за тем, чтоб у него не было шанса нанести удар, — наставлял Шасо. — Даже если он не сумеет размахнуться, удар может быть смертельным. Следите за его рукой, сжимающей кинжал. Выберите момент, когда он готовится к удару, и опередите его! Постарайтесь перерезать ему сухожилие на запястье. Но при этом остерегайтесь, чтобы он не выбил у вас кинжал другой рукой.

Лишь когда солнце начало клониться за крышу дома и женщины, вполне удовлетворив свое любопытство, покинули галерею, старый воин закончил занятие. Руки и ноги Бриони дрожали от усталости.

— На сегодня все, — сказал Шасо, рукавом вытирая пот со лба. — Но мы возобновим уроки завтра и послезавтра — до тех пор, пока я не буду за вас спокоен.

Шасо бережно уложил деревянные штыри в сверток из промасленной кожи. Внутри свертка что-то звякнуло, но Бриони не смогла разглядеть ничего, кроме учебных деревяшек.

— Вам предстоит знакомство с новым неизвестным миром, Бриони Эддон, — изрек старый воин. — Этот мир готовит всем нам неисчислимые испытания. Я не знаю, какой удел вас ожидает. Но я принес клятву верности вашей семье и хочу, чтобы вы с честью выдержали любые удары судьбы.

Бриони пристально посмотрела на своего наставника, пытаясь проникнуть в туманный смысл его слов. Казалось, усталость ему неведома, но принцесса заметила, что руки старого воина дрожат так же сильно, как и у нее. Грудь его тяжело вздымалась, лицо покрывала предательская бледность. Бриони внезапно ощутила острый приступ сострадания.

— Мне так жаль, что по моей вине ты оказался в тюрьме, Шасо, — пробормотала она. — Прости меня.

Взор старого воина, устремленный на нее, казался на удивление далеким и отчужденным.

— Вы поступили так, как вам следовало поступить, — произнес он. В его ровном голосе не слышалось ни малейших признаков обиды или гнева. — Все мы, великие и малые, сильные и слабые, выполняем то, что нам предначертано. Автарк мнит себя сошедшим на землю богом, но на самом деле он лишь глиняная кукла в руках Великой Матери. — Шасо сунул сверток под мышку. — Идемте, принцесса. Сегодня вы славно поработали. Достигли неплохих успехов — конечно, для женщины.